Коварный повеса - Джеффрис Сабрина - Страница 27

Энтони внимательно посмотрел на нее. Уязвленная гордость — это он вполне мог понять. Дни, что он провел у Бикемов, многому его научили.

— Вы даже представить не можете, что чувствует человек, когда все перешептываются у него за спиной, — продолжала Мэдлин. — А миссис Харрис… — голос ее дрогнул, — миссис Харрис доверяет мне, понимаете?

— То есть вы боитесь, что она перестанет вам доверять?

Мэдлин молча кивнула. Директриса действительно доверяла ей, и в этом не было ничего удивительного — ведь она прекрасно справлялась со своими обязанностями.

— А для меня не имело бы значения, из какой вы семьи, — заметил виконт.

— Но вы ведь уже подумали, что я интриганка, которой нужны ваши деньги, — заявила Мэдлин. — Вот я и решила: какой смысл рассказывать вам о моей семье?

— Что ж, вы можете рассказать мне о своей семье сейчас.

Она пожала плечами:

— Сейчас?.. Но зачем? А может, вы не хотите выполнять свое обещание? Может, вы решили…

В следующее мгновение Энтони снова привлек ее к себе и поцеловал — он ничего не мог с собой поделать и воспламенялся каждый раз, когда она показывала, что в действительности о нем думает. Он поцеловал ее, чтобы заставить замолчать.

Она на несколько секунд замерла, а потом, крепко прижавшись к нему, с готовностью ответила на поцелуй, и это еще больше его распалило — теперь он уже хотел большего.

Положив руку ей на грудь, Энтони принялся осторожно теребить пальцами сосок сквозь ткань платья. Мэдлин с тихим стоном подалась навстречу его ласке, но тут же, опомнившись, отстранила его руку и отпрянула.

— Нет, Энтони, я должна идти, — прошептала она.

— Но, дорогая, мы ведь не закончили. — Он стал покрывать ее шею обжигающими поцелуями. — Мы ведь так и не закончили наш урок обольщения. — И он все еще не получил ответов на свои вопросы. Впрочем, сейчас ему было не до вопросов, сейчас он хотел только одного — овладеть ею немедленно.

— Ах, для этого нет времени… — пробормотала Мэдлин, задыхаясь, и было совершенно очевидно: ей очень хотелось, чтобы время нашлось.

— Но нас пока не станут искать, — возразил виконт. — А объяснения Китти будут в нашу пользу, уж поверьте мне.

Она рассмеялась дрожащим смехом:

— Поверить вам? За кого вы меня принимаете?

— За красивую женщину. За красивую и желанную, — выдохнул он ей в шею.

— Желанная — потому что я нужна вам для ваших планов, — проговорила Мэдлин с горечью.

Энтони невольно вздохнул; он уже жалел о том, что произнес эти слова.

— Нужны вовсе не для планов, а для моего рассудка, — вырвалось у него.

Мэдлин на мгновение замерла. Затем, отступив на шаг, внимательно посмотрела ему в глаза.

«Проклятие! — мысленно воскликнул Энтони. — Похоже, я сказал слишком много. Не следовало показывать ей, насколько она очаровала меня. А впрочем… Если она будет смотреть на меня так же, как сейчас, можно сказать ей все, что угодно».

— А если кто–нибудь увидит нас здесь? — прошептала она неожиданно.

— Все пошли обедать, помните? Вы ведь сказали, что миссис Харрис точно не знала, куда мы с Китти пошли. А если она послала за нами кого–то еще, то мы услышим

— шаги. Но на всякий случай…

Виконт закрыл окно и задернул шторы. Когда же он снова к ней приблизился, глаза ее пылали.

— Я никогда не соглашалась на ваши условия, вы ведь знаете… — пробормотала Мэдлин, отступая на шаг.

Если она собиралась раззадорить его, то у нее это прекрасно получалось.

— Что ж, прекрасно. — Энтони пожал плечами. — Тогда мы проведем вечеринку на следующей неделе, как я первоначально и планировал.

Он повернулся к двери, но она схватила его за руку:

— Нет–нет, если хотите, можете закончить свой урок обольщения. Но, пожалуйста, побыстрее…

Из его горла вырвался смех.

— Во–первых, моя милая, вам следует запомнить: обольщать «побыстрее» невозможно. Обольщение требует времени. — Он подвел ее к каменной скамье. — Садитесь же…

Она села и вопросительно взглянула на него. Склонившись над ней, Энтони поцеловал ее в губы, затем опустил ее платье, корсет и сорочку, чтобы полюбоваться упругими грудками и розовыми сосками.

— У вас идеальная грудь, — выдохнул он, падая перед ней на колени.

— Правда? — Она смотрела на него без малейшего намека на смущение. — Но ведь они… Они не очень большие…

— Они именно такие, как требуется, — пробормотал он, целуя сначала одну грудь, затем другую.

Мэдлин тихо застонала. Потом, не удержавшись, застонала гораздо громче. Упиваясь ее вздохами и стонами, Энтони ласкал и целовал ее груди, стараясь не замечать свое быстро нарастающее возбуждение. Он страстно желал овладеть ею немедленно, однако твердо решил сдержаться, решил доказать этой женщине, что умеет держать себя в руках. В конце концов, он вполне мог потерпеть, потому что нисколько не сомневался: вскоре она поймет, что их соединение неизбежно, и тогда он получит сразу все — и Тесса непременно будет принята в школу, и эта очаровательная учительница окажется в его постели.

Чуть отстранившись, Энтони задрал повыше ее юбки и развел ноги.

— Но, Энтони… — пролепетала она.

— Позвольте мне закончить урок. — Он с улыбкой посмотрел ей в глаза. — Клянусь, речь идет только об уроке…

Опустив голову, он судорожно сглотнул; теперь ему открылся вид на сладостный соблазн, видневшийся в прорези панталончиков.

— Что–то не так? — прошептала Мэдлин.

Энтони снова посмотрел ей в лицо — теперь ее щеки были залиты жарким румянцем.

— Нет–нет, все замечательно.

В следующее мгновение он уткнулся лицом меж ее ног, и Мэдлин, содрогнувшись, едва удержалась от крика, рвавшегося из ее горла. Посмотрев вниз, она увидела голову Энтони между своих раздвинутых ног и в ужасе подумала: «Почему я позволяю ему делать это?.. Ах, это удивительно… невероятно… сладостно…» Ей никогда даже в голову не приходило, что мужчина способен на такое. И уж тем более она не могла бы представить, что ей это понравится. Однако ей не только понравилось — она страстно желала, чтобы он продолжал эти чудесные ласки.

Едва ли осознавая, что делает, Мэдлин легонько сжала его голову коленями, и Энтони, на мгновение отстранившись, бросил на нее самодовольный взгляд. Черт бы его побрал! Потом она заставит его пожалеть о таком самодовольстве. Но сейчас… Ах, сейчас ей хочется только его ласк, от которых…

Мэдлин вдруг содрогнулась всем телом, и из горла вырвался пронзительный крик, который она никак не могла сдержать; крик этот словно излился из нее, когда она достигла вершин наслаждения.

— Вот так, моя милая… — Энтони поднял голову и посмотрел на нее с дьявольской усмешкой. — Тебе ведь понравилось, не так ли?

— Но что… что это было? — пролепетала она.

Он поднялся на ноги и внимательно посмотрел на нее:

— Неужели не знаете? Это называется «маленькая смерть».

— Но я… Это совсем не походило на смерть. Во всяком случае, на мое представление о смерти. — Мэдлин попыталась собраться с мыслями. — Это было как… Словно я оказалась в раю.

Он рассмеялся, опуская ее юбки.

— Вы ведь никогда раньше не испытывали ничего подобного, верно?

Мэдлин поняла, что не сумеет солгать.

— Нет, — прошептала она.

— Ваш любовник, наверное, совершенно ничего не умел.

Мэдлин в растерянности заморгала.

— Мой любовник?..

— Мужчина, который соблазнил и бросил вас. — Он пристально посмотрел ей в глаза. — Мужчина, который вынудил вас отправиться в изгнание, то есть в школу для девочек, хотя он должен был жениться на вас.

Мэдлин едва сдержала истерический смех. О Боже, какую глупейшую историю он придумал! Неужели он действительно решил, что с ней произошло нечто подобное?

— Кто это был? — спросил Энтони. — Кто был тот эгоистичный болван, который забрал вашу невинность, даже не потрудившись подарить вам наслаждение?

— Я не хочу об этом говорить, — ответила Мэдлин, возвращая на место корсет.

Энтони отступил на шаг и пожал плечами: