Оплаченные долги (Капризная, упрямая) - Дансер Лэйси - Страница 22

Киллиан уткнулся подбородком ей в макушку, опираясь руками на плечи.

Силк хотелось откинуться, поддаться его силе. Но вместо этого она гневно нахмурилась, взлянув на лежавшие перед ней бумаги.

– Изволь вести себя как следует, а то кто-нибудь войдет и увидит, как ты на мне повис!

– Но мне нравится на тебе виснуть.

Вопреки своим словам он отодвинулся, чтобы ей не мешать. Только его ладонь осталась лежать у нее на плече: сам в том не признаваясь, он испытывал потребность сохранить между ними контакт.

Силк медлила: ей нравилось ощущать его прикосновение. До этого мгновения она не сознавала, как чутко настроена на его появление. Бюрократические анкеты вдруг перестали казаться ей такими невыносимыми. Ручка стремительно запорхала по строкам, заполняя их несколько отредактированными фактами ее жизни.

– Ну, вот и все! – объявила она через несколько минут.

Киллиан взял анкету, быстро просмотрел и кивнул.

– Займись тем, что так любят все женщины, а я пока отдам это Микки, а потом мы отправимся искать место, где можно было бы поесть.

Силк встала и взяла сумочку, улыбаясь тому, как он зациклен на еде. Ей казалось, что в чем-то она знает Киллиана уже очень давно. С ним она чувствовала себя удивительно непринужденно – чего еще никогда не случалось с ней в обществе мужчин. Казалось, он готов пылинки с нее сдувать и лелеять. Какие старомодные слова – а ведь она всегда считала, что не способна воспринимать старомодные ценности и взгляды. Встречаясь с Киллианом в холле здания «Дуглас Пластике», Силк все еще продолжала улыбаться своему странному поведению.

– Когда мы окажемся с тобой вдвоем, ты должна будешь сказать мне, что означала эта улыбка, – сказал Киллиан, усаживая ее на переднее сиденье своей машины.

– Это не для посторонних, – ответила она, когда он устроился за рулем.

– Тогда я попробую угадать. Она расхохоталась и откинулась на спинку сиденья, готовясь насладиться поездкой.

– Рискни.

Он искоса посмотрел на нее.

– Такой озорной улыбки, как у тебя, я еще никогда не видел.

– Вот и прекрасно. Мне никогда не нравилось теряться в толпе.

– Думаю, у тебя это не получилось бы, даже если бы ты захотела попробовать.

– Ах, комплименты, комплименты!

Она тряхнула головой, наклонилась к нему и на секунду прижалась губами к его щеке.

Киллиан вздрогнул: он не ожидал подобной ласки. До этого момента в их отношениях он играл роль охотника. Перемена ролей вывела его из равновесия.

– Черт побери, невозможная женщина! Ты могла хотя бы подождать, пока я не выберусь из этого жуткого движения!

Силк гортанно рассмеялась своему счастью и тому, как он на нее реагирует.

– Кажется, новая жизнь мне нравится!

– В чем дело, дорогая? – Мягко спросил Джеффри, глядя, как его жена беспокойно мечется по гостиной. – Казалось бы, после звонка Киллиана ты должна быть довольна. Силк прекрасно устроилась. У нее есть квартира и работа у друга Киллиана.

– Я никак не могу забыть об этих наркотиках. Возможно, ты был прав. Может быть, нам следовало рассказать Киллиану все, Если с Силк что-нибудь случится, я себе этого не прощу! – Она подошла к Джеффри, ухватилась за руки, которые он протянул к ней, и уселась рядом с ним. – Может, надо ему позвонить?

Джеффри и не пытался успокоить Лоррейн уверениями, которые были бы всего лишь пустыми словами. Он тоже испытывал сильное беспокойство.

– Прежде чем мы это сделаем, нам следует поговорить с тем человеком, который был боссом Силк. Так мы сможем узнать, считают ли они, что ей угрожает опасность. Нет смысла сообщать Киллиану об угрозе, если ее вообще не существует.

– Но мы же не знаем, кто был ее боссом.

Взгляд Джеффри стал жестким и решительным.

– Я это выясню.

– А это не будет опасно для Силк?

– Не думаю. Комиссар – мой друг. Он может получить эти сведения так, что об этом никто, кроме нас двоих, знать не будет.

– Я чувствую себя такой беспомощной!

– Киллиан будет ее оберегать.

Комната была обставлена богато, даже роскошно, но в то же время не аляповато. В ней, как и во всем доме и окружавшем его парке, ощущалось некое дыхание вечности. Хотя поместье и большинство его слуг было куплено совсем недавно, пройдя по коридорам и комнатам, об этом догадаться было нельзя. Здесь проводились благотворительные вечера и деловые и торжественные собрания элиты Филадельфии. За узорчатыми чугунными воротами шла жизнь, о которой большинство могло только мечтать. Но у этой красивой жизни была своя темная сторона, тень, которую отбрасывал человек, скрывающийся под маской бизнесмена и филантропа.

Джеймс Спано сколотил свое состояние на улицах, в переулках, в чуланах грязных притонов. Он держал город в руках, но, как ни смешно, большинство его обитателей даже не подозревали, что находятся в осаде, О, они, разумеется, были наслышаны о наркотиках, свободно продававшихся на улицах, в школах. Для них это было поводом для разговоров, когда надоедало говорить о политике и спорте. Торговля наркотиками и преступность являлись излюбленными темами для бесед за коктейлями. Джеймс – Джимми также участвовал в этих разговорах, и его замечания были такими же равнодушными, слепыми и бессмысленными, как и высказывания окружающих. А тем временем ежечасно, с помощью своей сети, опутывавшей почти всю восточную Пенсильванию, он загребал тысячи долларов. Однако сегодня он был отнюдь не равнодушен. Кто-то позволил себе раскачать его яхту, так благополучно плывшую по морю человеческой жадности. Начинался шторм, приближавшийся с такой скоростью, какой он не предвидел.

– Ты узнал, откуда шла утечка? – спросил он угрожающе мягким тоном.

Сидевший перед ним худой и нервный мужчина кивнул:

– Кажется, да.

– Кажется?!

Тонкие брови взлетели вверх, подчеркнув прозвучавший в вопросе сарказм.

Его собеседник покраснел и нервно дернулся на стуле.

– Мы считаем, через женщину по имени Силк Сент-Джеймс.

Джимми нахмурился, изумленный тем, кто оказался его роком.

– И как ты пришел к такому выводу?

– Одну из наших девиц взяли пару недель назад. Пока ее оформляли, она случайно увидела знакомое лицо. Оказалось, это секретный агент. А еще оказалось, что в прошлом году этот агент был помолвлен с той самой Сент-Джеймс и водился с богатенькой молодежью.

– И?

– Я начал копать, задавать вопросы, поскольку знал, что вы очень хотите найти эту утечку.

– А еще ты знал, что я хорошо заплачу за информацию.

Мужчина снова кивнул:

– Вы всегда расплачивались по справедливости.

– Так будет и на этот раз… – Джимми поднял руку, не дав собеседнику себя прервать. – …но только если твоя информация подтвердится.

– Но я все проверил. Это точно она.

– Тогда тебе не о чем беспокоиться. Ты получишь свои деньги, когда я буду удовлетворен – и не раньше.

Мужчина кусал губы: желание спорить оказалось слабее инстинкта самосохранения.

– Хорошо, – недовольно согласился он.

Джимми махнул рукой в сторону двери.

– Когда ты мне понадобишься, я с тобой свяжусь.

Как только Джимми остался один, он набрал номер телефона своего человека в полиции. Тридцать минут спустя он повесил трубку. Лицо его застыло от едва сдерживаемой ярости.

– Ты – труп, Силк Сент-Джеймс, – угрожающе прошептал он. – Ты труп, хотя пока этого даже не подозреваешь. Никто не встанет на пути Джимми Спано.

8

– Ну, что скажешь? – требовательно спросила Силк, отступая назад, чтобы осмотреть свою новую кровать. Белое покрывало и постельное белье с английским шитьем обещали сладкий сон и прекрасно сочетались с ярко-синим ковром на полу.

– Почти не хуже моей. И гораздо лучше спальников, в которых мы провели прошлую ночь, – ответил Киллиан, обхватывая ее за талию и притягивая к себе. – А я уже решил, что этой ночью мы оба опять будем спать на полу. Я недооценил, каким мощным оружием могут оказаться женские ресницы и слащаво-беспомощный голосок. Тот продавец был готов вынести наши кровати со склада на спине, если бы ты его попросила.