Взломщики кодов - Кан Дэвид - Страница 38

Во-первых, существование комнаты 40 и ее криптоаналитические возможности являлись одним из самых тщательно скрываемых секретов. Каким образом Англия могла предать гласности содержание шифртелеграммы Циммермана, чтобы Германия не догадалась, что ее коды вскрываются? Можно было бы свести риск до минимума, намекнув, что открытый текст шифровки украден. Однако и в этом случае существовала опасность, что Германия заподозрит неладное, сменит коды и лишит Англию доступа к секретной информации.

Во-вторых, разгласив содержание шифртелеграммы Циммермана, Англия тем самым косвенно признала бы, что контролирует переписку нейтральной Швеции. Американцам не составило бы особого труда сообразить, что заодно со шведской Англия, возможно, осуществляет контроль за перепиской Соединенных Штатов, которые, как и Швеция, работали на немцев в качестве телеграфного курьера и передали в Вашингтон эту шифртелеграмму. США оказались бы в затруднительном положении, что отнюдь не способствовало бы их вступлению в войну на стороне Англии.

В-третьих, шифртелеграмма Циммермана все еще не была прочитана полностью. После предания гласности полученного открытого текста возникли бы обоснованные сомнения в правильности выполненного дешифрования в силу его отрывочности. Например, при частичном вскрытии кода 0075 англичане могли пропустить частицу «не», присутствие которой в открытом тексте совершенно меняло его смысл. Или могли неверно прочесть место, которое представили как свидетельство двуличности Германии. Более того, эти искажения в открытом тексте прямо указывали бы именно на вскрытие кода, не допуская каких-либо отговорок о похищении телеграммы. В результате тайна, которую Англия желала всеми силами сохранить, была бы непременно раскрыта.

Но наиболее веский довод против публичного разоблачения немецкого заговора сводился к тому, что, возможно, сам ход событий сделает этот рискованный шаг ненужным. Отношения между Германией и Соединенными Штатами становились все более натянутыми. Американское общественное мнение стремительно менялось не в пользу Германии. Суда торгового флота США не осмеливались выходить в море, порты были переполнены, людей увольняли, деловая жизнь затихала. Объявление войны казалось делом ближайшего будущего. Поэтому Англия продолжала ждать и надеяться.

Однако Холл не желал сидеть сложа руки. Его работа была бы выполнена наполовину, если бы он заполучил в свое распоряжение лишь открытый текст шифртелеграммы Циммермана, не подготовив почву для его практического использования в интересах Англии. Поэтому Холл составил план, который одним махом помог бы преодолеть неблагоприятные последствия, связанные с публичным разоблачением немецкого заговора против США в случае, если это понадобится. Холл рассуждал примерно так.

Шифртелеграмма Циммермана в том виде, в котором она была послана в Мексику через шведов, в мелких деталях могла отличаться от его шифртелеграммы, отправленной в Вашингтон через американцев. Почти наверняка у нее была другая дата и, возможно, другой порядковый номер. Кроме того, вероятно, она была снабжена дополнением, предназначенным для Берншторффа и предписывавшим переслать ее в столицу США. Если бы Холл сумел заполучить экземпляр открытого текста именно для этого варианта шифртелеграммы Циммермана, немцы, вероятно, пришли бы к заключению, что он был украден в Мексике, и кодов своих не заменили бы.

Другие дополнительные штрихи могли бы сделать «мексиканскую легенду» более правдоподобной для американцев. Благодаря чтению немецких шифртелеграмм, проходивших по «шведскому окольному пути», английским криптоаналитикам из комнаты 40 стало известно о том, что дипломатическая миссия Германии в Мексике, не пользовалась кодом 0075. В таком случае Берншторффу, очевидно, пришлось перешифровать телеграмму Циммермана с использованием другого кода. Поэтому если бы американцы узнали о ее содержании от англичан в том виде, в каком она была послана «шведским окольным путем», то поверили бы, что этот код был скомпрометирован и его вскрытие не представляло для англичан никакого труда или что английские агенты в Мехико получили доступ непосредственно к открытому тексту шифртелеграммы Циммермана. Оба варианта устраивали Холла.

5 февраля Холл предпринял первые попытки заполучить открытый текст шифртелеграммы Циммермана в том виде, в каком он был отправлен в Мексику из Берлина. По заданию Холла английский агент раздобыл на телеграфе в Мехико шифртелеграмму Берншторффа Эккардту, открытый текст которой дублировал открытый текст шифртелеграммы Циммермана.

Холл оказался прав: у Эккардта не было кода 0075, поэтому Берншторффу пришлось перешифровать открытый текст шифртелеграммы Циммермана по одному из кодов, которые имелись в распоряжении Эккардта. Это был код 13040, введенный в действие раньше кода 007554 и являвшийся по сравнению с ним более простым. Он представлял собой гибрид алфавитного и неалфавитного кодов.

По своей трудности вскрытие гибридного кода занимает промежуточное место между алфавитным и неалфавитным кодами: оно сложнее для первого из них, но легче для второго. Благодаря относительной слабости кода 13040 и наличию большого количества накопленного еще до войны перехвата английские криптоаналитики давно вскрыли большинство кодовых групп кода 13040, которые наиболее часто встречались в перехваченной шифрпереписке. Поэтому в комнате 40 смогли прочесть шифртелеграмму Берншторффа к Эккардту почти целиком. В тех немногих ее местах, где какая-нибудь кодовая группа встречалась в первый раз, потребовалось провести небольшую дополнительную работу. В результате была подтверждена правильность полученного Монтгомери и Греем варианта открытого текста первоначальной шифртелеграммы Циммермана, отправленной из Берлина в Вашингтон 16 января. Английские криптоаналитики также обнаружили незначительные изменения, внесенные Берншторффом в исходный открытый текст шифртелеграммы Циммермана.

Теперь его можно было передать американцам с наименьшей вероятностью скомпрометировать источник полученной информации. Однако риск того, что немцы догадаются о нем, был все еще слишком велик. И поскольку дальнейшее развитие событий могло сделать этот риск ненужным, Холл продолжал хранить открытый текст шифртелеграммы Циммермана в секрете и выжидал.

Дни проходили в томительном ожидании. Англия и Франция изнемогали в битве не на жизнь, а на смерть, однако никаких признаков того, что Соединенные Штаты собираются вступить в войну на стороне Антанты, заметно не было. Посол США в Англии Пэйдж, давний друг президента Вильсона и искренний сторонник оказания военной помощи Антанте, раздраженно написал в своем дневнике:

Напряжение росло. Обстановка тех дней, как впоследствии охарактеризовал ее один английский дипломат, «во многом напоминала состояние бутылки с шампанским, с которой уже снята проволока, но ее пробка еще не выстрелила». 22 февраля 1917 г., понимая, что промедление в этом деле смерти подобно, англичане помогли пробке «выстрелить». С одобрения министерства иностранных дел Холл показал открытый текст шифртелеграммы Циммермана Эдварду Беллу, секретарю американского посольства в Лондоне. Белл прочитал поразительную историю немецкого заговора против своей страны: