Операция “Антиирод” - Каминская Полина - Страница 73

Точно. Так, пожалуй, еще гаже.

– Вот видите!

И откуда ты вообще взялся на мою голову?

– Неточное выражение. – Алексей Иванович таки докачался своим шлепанцем, что тот свалился на пол. Карлик, кряхтя, наклонился, продолжая говорить: – Не “на” вашу голову, а “из” вашей головы! Я – ничто иное, как порождение вашей фантазии. – Он развел своими цыплячьими лапками. – Вам хотелось видеть врага таким. Максимально противным и жалким, так, чтобы в случае чего и придушить одной рукой. Пожалуйста. Вот он я. Можете начинать прямо сейчас. – Алексей Иванович с готовностью вытянул из воротника желтую морщинистую шею.

Вот еще. Охота была руки пачкать.

– Боитесь? – с любопытством спросил карлик.

– Нет. Просто не пойму, зачем это мне вас душить?

А вообще-то мысль неплохая. Да вот только – чего я этим добьюсь?

– Верно, – одобрил ход Сашиных мыслей Алексей Иванович. – Ничего. А посему я предлагаю: сесть, так сказать, за стол переговоров, покончив на время с оскорблениями. Даже и мысленными.

– Вот тут ничего не могу вам обещать, – искренне признался Саша. – Но постараюсь сдерживаться.

– И на том спасибо. Присаживайтесь, – карлик указал рукой на второе кресло. – Ну-с, – обратился он куда-то в сторону, – что мы имеем?

Саша еще не успел сообразить, что происходит, а знакомый голос его проводника уже тянул занудливым голосом:

– Самойлов Александр Юрьевич, 33 года, разведен. Ближайшие родственники: мать, младшая сестра. Работает четвертым механиком на рыболовном судне.

Саша спокойно слушал, не понимая, к чему затеян весь этот спектакль. Его неугомонный спутник на сей раз превзошел сам себя, превратившись в допотопный магнитофон-приставку “Астра”. Кратко изложив скучным голосом Сашину биографию, “Астра” как-то странно хрюкнула, дернув пленку, и заговорила бодрее:

– Психика неустойчивая, раним, мнителен, страдает комплексом неблагодарного сына, мужа-неудачника, нереализованного отцовства, коммерсанта-простака. Гипертрофированный романтизм, профессиональное зазнайство. Речевые нарушения урбанистического типа. Интеллект вялый, незадействованный. Алкоголизм – стадия первая, законченная. – Саша понял, что краснеет. – Желание подвигов – выше среднего, способности – ниже среднего. Предпочтительный вариант – Героический Одномоментный сильной мотивации, окрас романтический. Совокупная потенция – 0, 41. Отклонение от Стандарта: желаемое – 0, 87, реальное – 0, 05. Рекомендации положительные.

Саша чуть было не встрял с вопросом, что означают эти цифры, но прикусил язык.

Алексей Иванович молча и равнодушно выслушал кляузную “Астру” и снова уронил свой тапок.

– Все, – с сожалением произнесла “Астра”.

Карлик молчал.

Молчал и Саша, чувствуя себя раздетым догола.

Через несколько минут Алексей Иванович сдержанно покашлял в кулачок и нетерпеливо взглянул на Сашу.

– Что? – спросил тот, не узнавая своего голоса.

– Я жду.

– Чего вы ждете? Чтоб я, в натуре, здесь разделся? Вам еще на мою голую задницу охота посмотреть?

– Не интересуюсь, – сухо ответил карлик. – Я ждуэ чтобы вы наконец сообщили, зачем сюда пришли.

– Да? – искренне удивился Саша. – А я как раз собирался задать вам этот же вопрос: зачем я здесь?

– Ты что – ничего ему не объяснил? – сердито обратился карлик к... нет, не к магнитофону. Теперь наш неистощимый выдумщик и фантазер принял форму сантехнического фаянсового чуда вполне определенного назначения.

– Я не успел, – ответил он густым булькающим голосом, и в памяти тут же всплыло старинное, студенческих времен: “за стеной хлопотливо забормотал унитаз”. – Вы сами приказали: дать ему осмотреться, привыкнуть, а уж затем подружиться и поговорить по душам. Вот я и...

– Всю жизнь мечтал иметь в друзьях говорящий унитаз, – вполголоса заметил Саша.

– Не хотите как хотите! Для вас же стараюсь! – обиженно булькнул проводник и снова превратился в зеленую каплю.

– Если вам не трудно, – сдерживая смех, попросил Саша, – вы не могли бы снова превратиться в гербарий? Мне этот образ понравился больше всего.

– Пожалуйста. – Вы когда-нибудь видели, как пожимает плечами ваза с цветами? Жаль, жаль... Незабываемое зрелище. Хотя с говорящим унитазом, конечно, не сравнить.

– Вы зря устраиваете весь этот фарс, – устало произнес Алексей Иванович. – Поразительная несерьезность... – Тут его голос окреп, Саше даже показалось, что где-то зазвучало эхо. – Вы, Самойлов Александр Юрьевич, прибыли сюда для того, чтобы, как вы считаете, сразиться и победить неведомых пришельцев, посягнувших на ваши души. Так?

– Так. – Саше захотелось встать.

– Я думаю, нет смысла больше притворяться и играть в детские игры. Вижу, вижу. Дай вам волю, вы бы тут же устроили какое-нибудь бестолковое сражение с наспех выдуманными драконами. Так вот. Ничего этого не будет. Хотя... какие-то разумные зерна можно отыскать и в ваших так называемых сказках. – Карлик потер лоб. – Для начала хочу вам сообщить – так для общего сведения, – что никакой неприязни к вашей цивилизации мы не испытываем. И никакого вреда вам не причиняли и не причиним.

– Обычно такие слова употребляют самые отъявленные негодяи перед тем, как сделать большую гадость, – зло перебил его Саша, которому сильно не понравилось, с каким выражением Алексей Иванович произнес “вашей цивилизации”.

– Оставьте ваш агрессивный тон. Ни один из ваших самых обидных терминов не будет уместен в приложении к цивилизации... – Ага! Заметили? Совершенно другой оттенок! Их-то цивилизация, оказывается, пишется с большой буквы “ЦЫ”! – ...настолько далеко ушедшей в своем развитии...

– Вот что, дяденька, вы этот свой ликбез бросьте, мне совершенно наплевать, куда вы там идете и ушли. Мне важно, чтобы на этом своем пути вы в наш огород не заходили! – Саше было абсолютно не страшно. И даже не интересно. – Чего вы у нас-то забыли?

Алексей Иванович устало взглянул на вазу с цветами.

– Неусточивые логические цепи, эмоциональные флуктуации, варварские обычаи, культ насилия, сильные религиозные веяния... – с готовностью забубнил тот.

Сейчас я ему...

– Многоуважаемый Александр Юрьевич, – ласково произнес карлик, – уверяю вас, что вы ничего не добьетесь, дав, как вы изволили мысленно выразиться, мне “по уху”. В конце концов, я в какой-то степени ваша собственная фантазийная конструкция...

– Хорошо, – спокойно согласился Саша. – В таком случае, многоуважаемая конструкция, не подскажете ли какой-нибудь другой способ расправиться с вами?

– Я? Конечно, нет. Это против всех правил. Где вы видели Кощея Бессмертного, который на каждом углу трезвонит о своей смерти, которая, если не ошибаюсь, на конце иглы? – Алексей Иванович снова гадко захихикал. – К тому же я и сам не знаю, КАК НАС победить.

– Ладно. – Саша положил ногу на ногу и, передразнивая карлика, закачал носком ботинка. – Тогда валяйте рассказывайте дальше вашу сказку.

– Я могу предложить вам три задания. Или вопроса – называйте, как хотите. – Саша согласно кивнул. Черт с тобой, Кощей переодетый, задавай свои вопросы. – Итак. Вопрос первый. А существует ли в действительности то, что вы так активно пытаетесь спасать?

– То есть? – не понял Саша.

– Существует ли душа? Или ментально-психосоматическая субстанция, как ее изящно называет Игорь Валерьевич Поплавский.

– То есть как это – существует ли? Разве есть какие-то сомнения?

– И еще какие, уважаемый Александр Юрьевич! Самые серьезные! И пока ни одного сколько-нибудь веского аргумента с вашей стороны! Согласитесь, что все эти авантюрные эксперименты доктора Поплавского можно, в конце концов, объяснить чем угодно, да хотя бы – действием неизвестного наркотика!

– И что я должен делать?

– Идите, – Алексей Иванович сложил на груди руки с видом злодея экзаменатора, который за пять секунд доказал студенту, что тот – непроходимый тупица. – И докажите, что душа есть. Как та самая пресловутая реальность, данная нам в ощущениях. Так, кажется, выражаются ваши философы?