Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Божественная комедия (илл. Доре)

Алигьери Данте

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Божественная комедия (илл. Доре) - Алигьери Данте - Страница 138

138

Изменить размер шрифта:

Таким вот было пенье этих светов;

И кто туда подняться не крылат,

Тот от немого должен ждать ответов.

Когда певучих солнц горящий ряд,

Нас, неподвижных, обогнув трикраты,

Как звезды, к остьям близкие, кружат,

Остановился, как среди баллаты* ,

Умолкнув, станет женщин череда

И ждет, чтоб отзвучал запев начатый,

В одном из них послышалось* : «Когда

Луч милости, который возжигает

Неложную любовь, чтоб ей всегда

Расти с ним вместе, так в тебе сверкает,

Что вверх тебя ведет по ступеням,

С которых сшедший — вновь на них — ступает,

Тот, кто твоим бы отказал устам

В своем вине, не больше бы свободен

Был, чем поток, не льющийся к морям.

Ты хочешь знать, какими благороден

Цветами наш венок, сплетенный тут

Вкруг той, кем ты введен в чертог господень.

Я был одним из агнцев, что идут

За Домиником на пути богатом,*

Где все, кто не собьется, тук найдут.*

Тот, справа, был мне пестуном и братом;

Альбертом из Колоньи* он звался,

А я звался Фомою Аквинатом.

100

Чтоб наша вязь тебе предстала вся,

Внимай, венец блаженный озирая

И взор вослед моим словам неся.

103

Вот этот пламень льет, не угасая,

Улыбка Грациана, кем стоят

И тот, и этот суд, к отраде Рая.*

106

Другой, чьи рядом с ним лучи горят,

Был тем Петром, который, как однажды

Вдовица, храму подарил свой клад.*

109

Тот, пятый блеск, прекраснее, чем каждый

Из нас, любовью вдохновлен такой,

Что мир о нем услышать полон жажды.

112

В нем — мощный ум, столь дивный глубиной,

Что, если истина — не заблужденье,

Такой мудрец не восставал второй.*

115

За ним ты видишь светоча горенье,

Который, во плоти, провидеть мог

Природу ангелов и их служенье.*

118

Соседний с ним счастливый огонек —

Заступник христианских лет, который

И Августину некогда помог.*

121

Теперь, вращая мысленные взоры

От света к свету вслед моим хвалам,

Ты, чтоб узнать восьмого, ждешь опоры.

124

Узрев все благо, радуется там

Безгрешный дух, который лживость мира

Являет внявшему его словам.

127

Плоть, из которой он был изгнан, сиро

Лежит в Чельдоро* ; сам же он из мук

И заточенья принят в царство мира.*

130

За ним пылают, продолжая круг,

Исидор, Беда и Рикард с ним рядом,

Нечеловек в превысшей из наук.*

133

Тот, вслед за кем ко мне вернешься взглядом,

Был ясный дух, который смерти ждал,

Отравленный раздумий горьким ядом:

136

То вечный свет Сигера, что читал

В Соломенном проулке в оны лета

И неугодным правдам поучал».*

139

И как часы* зовут нас в час рассвета,

Когда невеста божья,* встав, поет

Песнь утра жениху и ждет привета,

142

И зубчик гонит зубчик и ведет,

И нежный звон «тинь-тинь» — такой блаженный,

Что дух наш полн любви, как спелый плод, —

145

Так предо мною хоровод священный

Вновь двинулся, и каждый голос в лад

Звучал другим, такой неизреченный,

148

Как может быть лишь в вечности услад.

вернуться