Драконий оборотень (СИ) - Витушко Евгения - Страница 38

Песня называлась «Безымянная могила», и на моей памяти исполнялась обычно после энной кружки пива планомерно ударявшимся в лирику старшим королевским конюхом. Однако, в отличие от него, у Грейна оказался на редкость приятный и звучный голос. Я с удивлением обнаружила, что песня, ранее казавшаяся мне довольно унылой, в его исполнении неожиданно обрела совсем иной смысл и звучание.

— У Грейна настоящий талант, — тихо проговорил Сев, явно заметивший, какое впечатление произвела на меня игра рыжеволосого оборотня.

— Жаль, что такой одаренный музыкант зарывает свой талант в землю, занимаясь вместо музыки дипломатической службой, — с искренним сожалением заметила я.

— Это он-то? — усмехнулся Сев. — На этот счет можешь не волноваться. Скорее уж, Грейн тщательно зарывает в землю любые попытки заставить его заниматься общественно-полезным трудом. А на музыку у него всегда хватает времени.

— Я думала, он состоит в дипломатическом корпусе при дворе вашего правителя, — удивилась я. — Разве нет?

— Дипломатическая служба в Сорбронне была упразднена за ненадобностью много лет назад, когда контакты с иностранными державами были сведены к жесткому минимуму. Я уже объяснял тебе, почему. Поэтому, в случае возникновения каких-либо внештатных ситуаций, «и.о. официальных представителей державы» обычно назначаются из числа приближенных к правителю лиц, более-менее разбирающихся в возникшей ситуации. А все остальное время они занимаются своими обычными делами.

Ничего себе порядки, подумала я, однако от комментариев мудро воздержалась. Как говорится, в чужой монастырь… Вместо этого я спросила:

— И чем же занимается обычно Грейн?

— Он придворный менестрель.

— Серьезно? Тогда это многое объясняет.

Оборотень молча кивнул.

— Хотя, на мой взгляд, это все же странный выбор для дипломатической миссии, — осторожно добавила я, немного помолчав.

— Видишь ли, — к моему удивлению, Сев немного замялся. — Дело в том, что Грейн здесь не совсем официально. Точнее, совсем не.

И, поймав мой недоуменный взгляд, поспешил пояснить:

— Просто Хират не хотел оставлять его в долине без присмотра. Да и я тоже, честно говоря.

— Это почему же?

— Потому что в привычной среде обитания Грейн обладает удивительной способностью находить себе приключения на самые разные места. После того, как разгневанный отец его очередной возлюбленной в красках расписал, что он с ним сделает, когда поймает, Хират решил больше не спускать с него глаз.

— Ясно. А чем занимается сам Хират?

— О, он у нас важная шишка, — усмехнулся Сев. — Что-то вроде главнокомандующего сорброннской армии.

— У вас есть армия??

— А как же, — серьезно ответил оборотень. — Наличие регулярной армии обязательно для любого мало-мальски уважающего себя государства. И пусть она невелика, да и нужды в ней давно не возникало, но она есть. Хотя, в принципе, у нас все мальчишки с детства обучаются владению оружием и приемам одиночного и группового боя — это приучает их к дисциплине и воспитывает уверенность в собственных силах. Так что, все мы, своего рода, армия. А Хират — ее генерал.

Да уж, успешность подобного обучения мне уже довелось повидать на практике.

— Ну, а сам-то ты? — я пытливо прищурилась на сидящего бок обок со мной оборотня. — Кто таков будешь? Придворный чтец, писец или на дуде игрец? Или тебя там тоже какой-нибудь отец семейства с вилами поджидает?

— Ну что ты, — ответствовал оборотень, одаривая меня еще одной белоснежной клыкастой улыбкой. — Пожалуй, я здесь самое, что ни на есть, официальное-преофициальное лицо.

И с этими словами он подмигнул мне, так, что я сразу поняла — более правдивого ответа на этот вопрос я от него сейчас все равно не добьюсь.

К тому времени, когда подрумянившиеся кролики закончили, наконец, свой земной путь, упокоившись в наших желудках, солнце завершило свой дневной небесный маршрут и теперь устало клонилось к западу. На поляну легли длинные тени, а костер разгорелся ярче, разгоняя сгущающиеся под деревьями сумерки. Сытые и умиротворенные, мы все подобрались поближе к огню, наслаждаясь ощущением сытости и теплом.

— Да, — расслабленно произнес Грейн, сидя на корточках перед костром и щурясь на пляшущие над дровами желтые языки пламени. — Хоть ты и зануда, Хират, но охотник знатный, что уж тут скрывать.

Светловолосый оборотень иронично покосился на братца, принимая этот довольно своеобразный комплимент, и столь же непринужденно откликнулся:

— Да уж. Это тебе не рыбу портками ловить.

Не ожидавший подобного предательства, Грейн досадливо крякнул и недовольно покосился на нас с Севом. Мы, не сговариваясь, дружно пожали плечами, мол, ничего не знаем, сами удивляемся.

— Ну, ты и язва, — укоризненно покачал головой он, снова разворачиваясь к брату. — Это же случайность была.

— Счастливая случайность, я бы сказал, — легко согласился Хират. — Рыба ведь могла и щукой оказаться. Вот бы тогда папаша твоей Сьенны обрадовался…

— Ах ты!.. — видимо, на этом миролюбивый настрой у Грейна закончился, зато под рукой обнаружился запас перепрелых прошлогодних шишек. Хират тихо рыкнул, получив трухлявым снарядом в плечо, но тут же наклонился вперед и, исхитрившись, дернул братца за ногу. Грейн с воплем полетел на землю, однако тут же перегруппировался, извернулся и бросился на обидчика. Оборотни с рычанием сцепились и покатились по земле.

— Эй! — дернула я за рукав сереброволосого оборотня. — Ваш менестрель главнокомандующего бьет!

— Пускай бьет, — милостиво разрешил Сев, лениво наблюдая за их потасовкой с противоположной стороны костра. — Разомнутся после плотного ужина, лучше спать будут.

— Тебе их не жалко? — удивилась я. — Синяков же друг другу наставят.

— Не жалко. Пусть намнут друг другу бока хорошенько, потом пару дней ругаться не будут. У них всегда так, уж поверь. А насчет синяков… пока закончат пинать друг друга, уже ни одного синяка не останется.

— Это как? — не поняла я.

— А вот так.

Оборотень поднял с травы нож, которым до этого разрезал мясо, и тщательно вытерев лезвие о штанину, неожиданно полоснул себя им по ладони.

— Ты что делаешь?! — охрипнув от неожиданности, в ужасе вскрикнула я.

— Тсс-с, не кричи так, — отозвался Сев, едва заметно морщась и отставляя руку так, чтобы не испачкать хлынувшей кровью одежду. — Просто смотри.

Он мог бы, в принципе, и не просить. Я и так, словно зачарованная, уставилась на кровоточащую ладонь дарга, совершенно забыв о продолжающих мутузить друг друга оборотнях. Пару мгновений ничего не происходило. Потом поток крови начал быстро иссякать. Еще миг — и на царапине образовался свежий струп, который быстро засох, почернел и отвалился. Теперь о недавнем ранении напоминала только тоненькая белая полоска на коже, которая тоже быстро исчезала.

— Ничего себе… — ошеломленно пробормотала я.

— Это называется регенерация, — спокойно откликнулся Сев, вытирая руку. — Свойство внутривидовое, врожденное и весьма полезное, надо сказать. Главное, чтобы в рану грязь не попала, тогда заживает дольше.