Выйти замуж за эльфа - Андрианова Татьяна - Страница 93

Следующим произведением моей не в меру разыгравшейся фантазии оказался эльф, лезущий в окно с букетом наперевес. Его я мысленно огрела принесенным веником, и он растаял. Затем появился летучий мышь верхом на брыкающейся кобыле… Пришлось открыть глаза и сосчитать до десяти, чтобы глупые видения наконец рассеялись. Я еще раз глубоко вздохнула и закрыла глаза. На сей раз более результативно. Облик возник где-то с третьей попытки: немного туманный и расплывчатый, но вполне узнаваемый.

Не в пример облику, заклинание вызова сформировалось легко и привычно, прозрачным сгустком оформилось в ладони и густой каплей стекло на гладкий отполированный хрусталь. Поверхность сферы замутилась, пошла разводами, словно круги расходились по воде от камня, брошенного в пруд. Когда поверхность кристалла успокоилась, внутри прозрачной сферы возникло недовольное лицо Бельвиора.

— Не может быть! Это опять ты! — возмущенно произнес он.

— Конечно, я, — мило улыбнулась я в ответ. — А ты кого ожидал увидеть, невоспитанный демон? Деда Мороза?

— Почему невоспитанный?

— А где твое «здравствуйте, милая ведьма»? Или, на худой конец, «добрый день», если ты не желаешь мне здоровья. Кстати, и тебе не хворать.

Бельвиор насупился, как хомяк, у которого собрались отобрать все запасы.

— Если ты меня беспокоишь только для того, чтобы сообщить мне о досадных промахах в моем воспитании, то я полностью с тобой согласен и спешу откланяться на этой радостной ноте.

— Стоп! — Мой вопль многократно отразился от зеркал и заставил стеклянные поверхности жалобно задребезжать. Правитель вздрогнул, Тьма сделал шаг вперед, чтобы защитить хозяина, а Васька шустро нырнул за мою спину. Истребители, умудренные опытом общения со мной, любимой и непредсказуемой, рухнули на пол как подкошенные и, как по команде, заслонили головы руками, дабы в случае чего не получить серьезных увечий.

— Не так быстро, шустрый наш. От меня тебе просто так не избавиться. Не забудь, с тебя должок.

— Какой должок? — округлил глаза он.

— А такой… Кто мне обещал амулет перемещения? Или забыл уже? Если это приступ раннего склероза — могу вылечить.

Бельвиор заюлил, как уж на сковородке. С одной стороны, ему очень не хотелось признавать за собой неоплаченный долг. Плюс ко всему вышеупомянутая хвостатая напасть, называемая в простонародье Викторией, и так возникала, как черт из табакерки, стоило только немного расслабиться и забыть о ее существовании. Перспектива наличия у вездесущей, неуемной ведьмы амулета перемещения удручала демона и вгоняла его в холодный пот.

Минут пять я не без злорадства наблюдала за обеспокоенным выражением лица демона и только потом наконец смилостивилась:

— Ладно. Насчет амулета я спрошу в следующий раз. Цени мою щедрость.

— Твоя щедрость просто не имеет никаких границ, — не удержался от сарказма тот.

— Согласна. У меня доброе, отзывчивое сердце, и некоторые демоны беззастенчиво этим пользуются, — спокойно согласилась я, игнорируя иронию демона. — Просто помоги мне переправить сюда мою лошадь. Это все.

Бельвиор тяжело вздохнул. В его голове слабо толкнулась мысль: ведьма не отстанет, пока не получит обещанного, амулет придется-таки достать, иначе ему грозит участь добровольного мальчика не побегушках. В том, что ведьма прекратит использование демона для бесплатной транспортировки живности из одной точки своего мира в другую, используя Темный мир как перевалочный пункт, Бельвиор не верил. Не с его счастьем подобный всплеск благотворительности со стороны хвостатой эксплуататорши демонов.

— Ты уверена, что действительно так необходимо… — вяло запротестовал он.

— Бельвиор… — Проникновенный взгляд ведьмы просветил замершего демона насквозь лучше рентгеновского аппарата.

Бельвиора прошиб холодный пот, мысли в панике заметались в голове, как стайка кузнечиков по полянке. Уж не погорячился ли он? Она ведь может явиться собственной персоной, и тогда ему, мягко говоря, не поздоровится.

— Злить меня не самая хорошая идея. Гораздо проще сделать как сказала.

Демон решил не дразнить гусей — себе дороже выйдет. Бельвиор коротко вздохнул и кивнул. Кристалл погас.

Васька осторожно вынырнул из-за спины и тихонько прошептал:

— А может, не надо? Ну их, эти телепорты… Кто знает, что оттуда вылезет.

Надо признать, кот был в чем-то прав. В прошлый раз у Бельвиора вышла накладка, и из зеркала вылезло нечто непонятное, к тому же смердящее. Еле запихали обратно совместными усилиями эту мерзость. С другой стороны, не доверяю я щедро предложенной высокомерной скотинке, и скорее отправлюсь в путь пешком, чем вручу свою хрупкую жизнь животному, которое считает ниже своего достоинства даже смотреть в мою сторону. Хвостом чую, такой подход просто обязан выйти боком или как минимум шарахнуть по рогам. А они мне чем-то дороги. Привыкла я к кокетливым костяным наростам на лбу.

— Думаю, на этот раз все обойдется, — неуверенно протянула я.

С тяжелым вздохом извечного страдальца фамилиар извлек из сумки внушительную сковороду на ручке и постарался прикрыть ею свое пушистое тельце, как средневековый рыцарь щитом. Вышло не очень похоже, но вполне функционально. Истребители тоже подниматься на ноги отнюдь не спешили. Из-за широкой спины Тьмы осторожно выглянул Повелитель.

— Леди, я настоятельно не рекомендую… нет, я просто запрещаю вам проводить здесь свои эксперименты, не посоветовавшись со мной.

Я смерила надоеду уничижительным взглядом, словно из нас двоих именно я разменяла пару тысячелетий:

— Я не поняла. Вы желаете избавиться от меня или нет? Правитель притих. Видимо, решил, что разрушение любимой конюшни — небольшая цена за счастливое освобождение от назойливой ведьмы. С этого дня в сознании Лориндэля ведьмы стали прочно ассоциироваться с тараканами: стоит только завестись одной, и избавиться от нее практически невозможно.

Я расценила задумчивое молчание Повелителя как знак согласия и вернулась к прерванному занятию. Все-таки трусоватый народ эти эльфы. Чуть что — сразу против экспериментов. Подумаешь, вылезет из зеркала какое-нибудь экзотическое чудо-юдо. Ну и что? Здесь присутствуют целых три истребителя нежити, включая меня, как-нибудь справимся с монстром. Я пожала плечами и подошла к зеркалу. Окружающие заметно напряглись в ожидании очередной пакости с моей стороны. Их совместный пристальный взгляд ощущался как большая тяжелая ладонь где-то в области лопаток. Ощущение не из приятных, но с этим ничего не поделать, можно только смириться. Рука привычно коснулась серебряной глади стекла.

— Бельвиор, — шепотом позвала я. — Бельвиор.

Ни ответа ни привета. Я нервно забарабанила кончиками пальцев по стеклу. Опять надул, паразит. И самое обидное в этом прискорбном факте было как раз то, что я купилась, как последняя простушка, на обещание сладкого пряника от подозрительного дяденьки уголовной наружности. Стало досадно до слез. Будто кто-то на лбу крупными буквами вывел «ЛОХУШКА». «Ну погоди у меня! — мысленно погрозила я невидимому собеседнику. — Доберусь я до тебя». Руки чесались отвесить увесистого тумака обманщику. Пришлось потереть их о штаны, чтобы не зудели так. Будто подслушав мои мысли, поверхность зеркала пошла разводами, словно в жидкую ртуть бросили камень, затем на поверхности образовалась огромная выпуклость, которая принялась увеличиваться в размерах, как мыльный пузырь.

— Ложись! — в ужасе завопил кот и с лязгом тевтонского рыцаря грохнулся навзничь.

Ахурамариэль тоже не решился рисковать моим здоровьем (тело-то у нас одно на двоих) и на всякий пожарный случай материализовался в руке. Тьма воззрился на гордый эльфийский клинок, как тигр на охапку сена в кормушке, сунулся было поближе, но вспомнил об обязанностях телохранителя и, явно досадуя, осадил назад. Все замерли, чувствуя важность момента. Я в волнении принялась кусать губы. Помогало мало.

Между тем выпуклость в зеркале медленно стекла на пол, с громким чпоком лопнула, и из нее показался черный, лоснящийся конь с глазами цвета янтаря и поперечными кошачьими зрачками. Серебряные брызги водопадом опали на пол и мерцающим бисером втянулись обратно в зеркало. Поверхность стекла стала такой же гладкой, как и несколько минут назад. Конь по-кошачьи потянулся, встряхнулся и с любопытством попробовал воздух змеиным раздвоенным языком.