Индокитай: Пепел четырех войн (1939-1979 гг.) - Ильинский Михаил Михайлович - Страница 116

– Руки за голову! Встать лицом к стене! – последовал приказ.

При обыске у каждого из шпионов было обнаружено огнестрельное оружие, ножи, пачки вьетнамских денег. На первом допросе лазутчики пытались утверждать, что они пришли во Вьетнам, чтобы купить партию контрабандного опиума. А других целей они не преследовали. Конечно, отрицали какие-либо связи с китайской разведкой.

– Откуда вьетнамские деньги и оружие?

– Когда совершается сделка, нужны наличные, – последовал ответ. – А оружие – видите ли, для личной безопасности. Ведь когда ведется торг из-за опиума, то возможна и перестрелка…

– Почему пытались усиленно «проверяться» на горных тропах?

– Да это уже вошло в привычку. Это – и «стиль работы» контрабандистов. Но не принимайте нас за шпионов. Можете судить нас за контрабанду, но за шпионаж? У вас нет доказательств…

Доказательства были обнаружены. У одного из контрабандистов в вороте рубахи были зашиты микрофильмы со снимками военных объектов СРВ. Лазутчикам пришлось признать, с какой подлинной целью объявились они на улице Коклэу.

Одного из шпионов звали Хыонг Чи Шонг. Уроженец провинции Юньнань. Четыре раза секретно пробирался во Вьетнам. Имя другого Лыу Чи Ман, тоже уроженец Юньнани. В СРВ бывал дважды. Последний раз, перед тем как переплыть реку, нанес ножевой удар в спину вьетнамскому пограничнику, тяжело ранил его.

Первая явочная квартира шпионов находилась в Хатуене, у некоего Тхао Сео Банга. Цель дальнейших действий – сбор шпионской информации о положении в пограничной зоне, о вьетнамской армии и об экономике страны.

На явочной квартире Ванга, в тайнике, что находился в подполе, были обнаружены 1035 вьетнамских донгов, 1695 юаней КНР, 18 пар японских часов. В саду под деревом были закопаны в специальной шкатулке 14 441 донг и золотые слитки. Здесь же в саду оборудован потайной подземный ход, через который китайские шпионы могли уйти от наблюдения и преследования. В тайнике в одной из стен у входа в подземелье было обнаружено десять килограммов опиума.

Кто же такой сам хозяин «Двух бабочек» Хыонг Чи Хонг? Родился в 1923 году в китайской провинции Юньнань. В 1945-м – служил в армии Чан Кайши, участвовал в репрессиях против крестьян на земле Вьетнама. На его счету несколько убийств в Йенбае, Лайтяу, Фонгтхо в 1950 году. Активно сотрудничал с французской колониальной контрразведкой. По его доносам были арестованы несколько человек. В шестидесятых годах промышлял торговлей опиумом, за что отбывал наказание в местах заключения.

– Еще в начале 60-х годов, – признался Хыонг Чи Хонг, – я был привлечен китайцами в так называемый секретный центр контрабандной торговли опиумом. Он находился на территории КНР на берегу реки Намтхи, неподалеку от пограничного вьетнамского города Лаокай.

В двухэтажном доме, построенном в первые годы XX века, производилась скупка вьетнамских лекарственных трав, ценных металлов, редких изделий, тайно вывозимых из страны.

Сначала Чи Хонг думал, что это – лишь перевалочный пункт контрабандистов и спекулянтов. Ведь, например, один килограмм корицы, стоивший во Вьетнаме три донга, в Китае продавался уже за 60, почти в двадцать раз дороже. Но, оказалось, там занимались не только спекуляцией и контрабандой. Под «маской» нелегальных торговцев действовали специальные службы Китая. Секретные агенты заводили досье на многих контрабандистов, подкупали и вербовали их, затем в качестве своих агентов направляли во Вьетнам. Наиболее крупные группы шпионов были заброшены во Вьетнам в начале «культурной революции» в Китае.

Чи Хонгу и двум его напарникам было поручено осесть в северных районах Вьетнама и создать отделение «союза китайских эмигрантов», которые якобы бежали от преследований на территории КНР. Но пришли они во Вьетнам со значками Мао Цзэдуна и пекинской пропагандистской литературой. Поселились они не вместе. Контакты между собой не раскрывали. Связь держали секретно.

Вместе с завербованными агентами во Вьетнам проникали и кадровые разведчики КНР. Так, два резидента китайской разведки были обнаружены в деревнях Синсайтханг и Синфичунг.

Казалось бы, деревни как деревни. Обычные для этого края дома на сваях, бамбуковые заросли вместо изгороди, рисовые поля. Но при проверке стало известно, что многие дома, даже магазины, принадлежали китайцам. Здесь работала своя служба безопасности. Небольшая радиостанция принимала сообщения из Пекина, а затем, получив соответствующие инструкции, распространяла сведения, компрометирующие вьетнамские органы народной власти. Вещание велось на вьетнамском и языках национальных меньшинств.

Китайский шпион Тхао Сео Вант также осел во Вьетнаме во время «культурной революции». Под предлогом «бегства от хунвэйбинов». Но на допросе он рассказал, как был завербован китайскими спецслужбами:

– Это было октябрьской ночью. Я лег рано, но был разбужен резким стуком в дверь. Моим «гостем» оказался Ли Хань – сотрудник административных органов уезда. Он сказал, что у него весьма срочное и секретное дело, не терпящее отлагательств. Я оделся, закурил трубку.

– Мы проверили тебя и знаем, что ты ненавидишь Вьетнам. Знаем, что после 1954 года потерял большие суммы денег и стадо буйволов. Все было конфисковано вьетнамской властью. Ты должен отомстить. И твое время пришло.

Ли Хань помолчал с минуту. Я разлил чай в пиалы. Ночной посетитель продолжал:

– У тебя есть родственники во Вьетнаме? Сколько их и кто они?

Я ответил: «Всего пятеро. Двое из них милиционеры. Один из родственников, кажется, избран старостой в деревне, остальные крестьяне…

Ли пожал мою руку, затем почесал подбородок и, ухмыльнувшись, заметил:

– Вот это здорово! Мы недаром делали на тебя ставку! Ты войдешь в доверие к своим родственникам. Можешь говорить о нас что угодно и первое время делай вид, будто верой и правдой служишь Вьетнаму. Рано или поздно тебе поверят. У тебя должно хватить ума не лезть на рожон и не вызывать никаких подозрений. Начнешь работать на нас, когда пробьет твой час. Сейчас Вьетнам борется против американских агрессоров (шел 1967 год), и, как ты знаешь, мы помогаем Вьетнаму. Но Ханой не желает следовать нашим указаниям. И чем дальше, тем больше. И зря. Мы этого не потерпим. Заставим этих строптивых встать на колени.

Затем Ли вытащил из кожаного портфеля крупномасштабную карту северных провинций Вьетнама.

– Укажи, где живут твои родственники.

Я ткнул пальцем в район Лаокая.

– Нет, здесь тебе появляться не надо. Может быть, со временем, когда легализуешься. Мы тебя переправим в деревню Намчау, в провинцию Хоантлиеншон. Оттуда переберешься в Хатуен, где тебе временно предстоит жить. Туда же перебросим твою жену и детей: они тоже будут работать на нашу разведку. Когда оформишь все документы, утвердишься на новом месте, напиши письмо родственникам и договорись с ними о встрече. В случае неудачи или если у них возникнут подозрения, найди причину для ссоры и прерви с ними всякие связи. Дальше будешь работать один.

Но Ванг оказался не столь ловким разведчиком, как рассчитывали специальные службы. Он был разоблачен. Несколько месяцев находился под наблюдением, затем был арестован и сел на скамью подсудимых.

«Добрый старик» из племени мео

Как был выявлен Ванг?

… В 1970 году в поле зрения контрразведки попал некий «добрый старик» из племени мео. Его уже знали люди не только деревни Намчау, но и в Лаокае, Хатуене. Он неделями пропадал в джунглях и горах, где собирал лекарственные травы. К народной власти, казалось бы, относился со всей душой и никогда не допускал никаких компрометировавших его высказываний. За свои услуги и поставки лекарств с местных жителей денег не брал. Короче говоря, у старика была репутация «порядочного доброго человека». Однажды выделил даже несколько сот донгов на строительство школы, купил детям книги и тетради.

Все считали, что деньги-у него водились, но источник никому не был известен. Такое случалось у многих горцев. Пришло время, и Тхао Сео Ванг выписал из Китая свою жену и детей. Вот уж был праздник! Ванг не жалел вина. Еще бы! Его жена и дети спаслись от хунвэйбинов! Люди сочувствовали Ванту, и каждый участливо спрашивал его, не нуждается ли он в помощи. Ванг отмахивался и говорил, что в жизни научился выкручиваться сам, а если что случится, то непременно обратится к своим соседям. Люди открыто говорили Вашу о своих опасениях, о том, что Китай готовится к агрессии против Вьетнама. А «добрый старик», подливая в рюмки вино, как бы невзначай выспрашивал о том, как и где строятся вьетнамцами укрепления, размещаются воинские подразделения.