Индокитай: Пепел четырех войн (1939-1979 гг.) - Ильинский Михаил Михайлович - Страница 110

Еще недавно многие студенты носили военную форму, сражались против американских агрессоров. Когда наступил мир, они демобилизовались, сели за студенческую скамью. Но война, развязанная Китаем, заставила их вновь взять в руки автомат.

Студент Ли Тао Та, приехавший в Ханой из пограничной провинции Хоанглиеншон, просил отправить его в родные края, чтобы вместе со своими братьями сражаться против китайских налетчиков. 30 тысяч молодых ханойцев создали полки, носящие имя национального героя Нгуен Хюэ (Куанг Чунг). Отряды юных добровольцев отправлялись в северные провинции. Перед уходом добровольцев на фронт в районах, связанных с победами вьетнамского народа в борьбе против северных захватчиков, проходили митинги. Тысячи людей в Донгда приходили к легендарному Баньяновому холму. Десятки тысяч ханойцев собрались перед центральным городским театром, откуда отправлялись в пограничные районы 17-й, 18-й, 19-й полки столичных бойцов.

Нахлобучив синюю рабочую фуражку, стоял на площади перед городским театром паренек, слесарь с ханойского механического завода. Его отец в прошлом боец Столичного полка. Старшие братья защищали город от налетов американской авиации. Теперь в борьбе против новых интервентов эстафету отца и старших братьев принял этот юноша по имени Тхань из рабочего квартала Хайбачынг.

В ханойских медицинских учебных заведениях, госпиталях «Батьмай», «Вьетнамо-советской дружбы» и «Вьетнамо-германской дружбы», в Центре матери и ребенка были созданы мобильные группы, состоявшие из хирургов и санитаров. Они направлялись в пограничные провинции для оказания помощи раненым и пострадавшим от налетов.

С утра до позднего вечера тысячи жителей столицы приходили в Центральный выставочный зал, что находится рядом с озером Возвращенного меча в доме № 93 по улице, носящей имя национального героя Динь Тиен Хоанга, разгромившего в 969 году китайских поработителей. С первых дней войны здесь выставлялись последние сводки боевых действий, фотографии, давалась информация о положении на фронте.

– На протяжении тысячелетий, – говорил мне директор института археологии писатель Фам Хюи Тхонг, – многие этнические группы боролись с китайскими захватчиками. И неправда, что наши земли некогда населяли китайцы. Мы опровергли эти измышления.

В зоне, прилегающей к долине Красной реки, археологи обнаружили стоянки человека эпохи неолита. Наиболее характерной считается стоянка Фунгнгуен, что открыта в провинции Футхо в 1958 году. Орудия труда из обтесанного камня, разнообразные орнаменты на гончарных изделиях, следы ткацкого производства свидетельствовали о том, что сфера распространения культуры неолита, получившей название «цивилизации Фунгнгуен», охватывала главным образом средневозвышенный район к северу от дельты Красной реки – именно тот, где и зародилась вьетнамская нация при легендарных королях Хунтах. Более четырех тысяч лет назад.

Вьетнамская территория располагает многочисленными залежами меди, олова, свинца, цинка. И не случайно производство бронзы получило здесь широкое развитие. Абсурдны заявления некоторых представителей Пекина о том, что и бронзу издревле завозили во Вьетнам из Китая.

– Вопреки шовинистическим заявлениям некоторых лжеисториков из Пекина, на обширных территориях Вьетнама к концу первого тысячелетия до н. э. вьетнамская цивилизация, отличная от китайской, достигла высокого уровня развития. Проанализируйте остатки памятников древней вьетнамской архитектуры, – продолжал Тхонг. – Король АН Зыонг перенес столицу государства Ау Лак (древнее название Вьетнама) из горного края на равнину, в Колоа[47], примерно в двадцати километрах от современного Ханоя. Крепость Колоа стала самым значительным памятником древней истории Вьетнама, а не Китая. Город был опоясан тремя крепостными стенами высотой от 3 до 4 метров. Толщина кладки достигала 12 метров в верхней части, 25 – у основания. Перед земляными валами отрывались глубокие и широкие рвы, соединенные с рекой Хоангзианг. В отличие от китайских крепостей, имевших строго геометрические формы, вьетнамские оборонительные укрепления возводились в соответствии с ландшафтом, природными условиями, приспосабливаясь к течению и разливу рек.

В 1959 году с южной стороны, в 300 метрах от крепостной стены Колоа был обнаружен арсенал с несколькими тысячами бронзовых наконечников стрел. Арсенал всегда создавался в самой безопасной зоне. Поэтому становилось ясно, что угроза нападения нависала над крепостью обычно с Севера. Размеры крепости Колоа, наличие больших арсеналов бронзовых стрел указывали на появление профессиональной армии и создание государственного аппарата. Вокруг Колоа стали находить топоры, сделанные из отшлифованного камня и бронзы. В 1966 году откопаны бронзовые лемеха от плугов, что доказывало оседлость коренного вьетнамского населения, его давнее умение вести сельскохозяйственные работы.

– Колоа представляла собой по тем временам надежное укрепление, созданное с большим искусством, – продолжал Тхонг. – Только объем земляных работ достигал более двух миллионов кубических метров.

Строительство столицы государства Ау Лак, конечно, происходило не без трудностей. Древние легенды гласят, что «демоны», которых ветры приносили с севера, препятствовали возведению Колоа до той поры, пока «дух Золотой черепахи» не пришел на помощь. Он вручил королю «магический коготь», который становился смертоносным оружием против любого врага, каким бы многочисленным он ни был. «Коготь» этот, по преданию, был направлен в первую очередь против северных захватчиков. Китайские лазутчики выкрали однажды этот коготь и придали огню земли Ау Лак.

– Все первое тысячелетие нашей эры, – подчеркнул Тхонг, – было отмечено многочисленными восстаниями вьетнамского народа против китайской феодальной империи. Восстания легендарных сестер Чынг (40–43 гг.), Чиеу Тхи Чинь (248 г.), Ли Бона, создавшего королевство Ван Суан (544 г.), Май Тхык Лоана (722 г.), Фунг Хынга (791 г.) и Кхук Тхуа Зу (905 г.) вошли в историю Вьетнама Победа Зу ознаменовала восстановление независимости.

О «благодарности Вьетнама» Китаю говорить очень трудно…

С III века до н. э. вплоть до XIX века Китай был самой могущественной державой на Дальнем Востоке. Династии феодальной империи, именовавшей себя «Срединным государством», постоянно стремились раздвинуть свои границы, пытались покорить и ассимилировать соседние народы. В походах на юг (Камбоджу, Таиланд, на острова Суматру, Яву, Цейлон) Вьетнам рассматривался как «необходимый плацдарм» и потому находился под постоянной угрозой захвата.

Пережив тысячелетнее китайское иго (с 39 года до н. э. до 939 года н. э.), подвергнувшись впоследствии многочисленным вторжениям со стороны Китая с 1407 по 1427 год, Вьетнам вновь подпал под жесточайшее владычество. Но Дайвьет (с XI до XVIII) всегда выходил победителем. Каждый вьетнамец гордо сообщит вам исторические даты боевых побед над китайскими захватчиками. Вот главные из них: битва на реке Батьданге (938); сражение на реке Ньынгует (1077), победа над монголами на реке Батьданг (1288), сражения при Тиланге, Нгокхое и Донгда… Каждое вторжение во Вьетнам северных захватчиков заканчивалось обязательно их полным поражением. Таков опыт почти двухтысячелетней истории. Правда, бытовала легенда, будто в старину, побив захватчиков с Севера, вьетнамцы дарили им в виде выкупа «Золотого Будду» и при этом говорили: «Мы вас здорово побили. Извините, если очень сильно. Но за это вам на память изваяние Золотого Будды. Понимайте, как пожелаете».

– Ты знаешь, о чем я думаю? – спрашивал меня в первые дни после начала китайской агрессии прозаик То Хоай. – В глубокой древности в феодальном Вьетнаме короли, а затем императоры считались наместниками Неба на земле. В их руках была сосредоточена вся полнота власти. И все-таки даже от тех давних времен сохранилась у нас во Вьетнаме пословица: «Государева воля отступает перед обычаями народа».