Сеть для игрушек - Ильин Владимир Леонидович - Страница 52

– Так вы все-таки его вычислили? – спросил Клур.

– Да, – самодовольно сказал Куров. – Надеюсь, вы сами понимаете, что его следует уничтожить.

– Послушайте, – сказал я, – черт бы вас побрал обоих! Разбирайтесь тут сами в своем балагане, а я пойду спать!..

– Нет, – сказал Куров, – никуда ты отсюда не выйдешь, малыш. Потому что настоящий Шлемист – это ты…

Адриан уставился на меня так, будто видел меня впервые.

– Что вы несете, Ген Вениаминович? – сердито закричал я. – Адриан, скажи, что ты ему не веришь!..

Клур медленно-медленно поднял ствол пистолета и навел его на меня.

– Я ему верю, Рик, – глухо проговорил он, и было в его интонации нечто зловещее, от чего я зажмурился.

В следующее мгновение я услышал выстрел.

Лишь спустя несколько секунд до моего сознания, наконец, дошло, что я все еще жив. Потом я сообразил, что если бы Клур стрелял в меня, то я никак бы не успел услышать выстрел. И я открыл глаза.

Куров лежал на полу, и голова его представляла собой зрелище не для слабонервных. Слишком малой была дистанция выстрела… В его правой руке был зажат небольшой, почти игрушечный пистолетик.

Клур стоял над ним и неотрывно смотрел, как кровь пропитывает толстый ковер.

Потом он оглянулся на меня и сказал:

– Вот так-то, дружище Рик. Наконец-то мы с тобой одолели Шлемиста, приятель…

Во рту моем было сухо и гадко.

– Зачем ты убил его? – едва ворочая языком, спросил я.

Он внимательно вгляделся в меня и прищурился:

– Но ведь он и был Шлемистом, не так ли? Неужели ты поверил, что я куплюсь на его сказки про то, что он резидент Контроля?

– Да, – сказал я, – он был Шлемистом… Но разве это давало тебе право убивать его?

Клур сморщился, будто во рту у него оказалась долька лимона. Швырнул пистолет в угол комнаты, подошел ко мне и похлопал по плечу.

– Малыш, – сказал ласково он. – Если бы я не убил его, то через секунду на полу лежали бы мы с тобой… Я специально разыграл весь этот спектакль с тобой, чтобы проверить его реакцию. А у него нервы сдали, и он вытащил вот эту штуку…

Он присел на корточки и осторожно вытащил из скрюченных пальцев убитого пистолетик. Только теперь я разглядел, что это не обычное оружие: ствол «пистолетика» заканчивался набалдашником странной формы.

– Знаешь, что это такое? – не поворачивая головы, спросил Клур. – Это чрезвычайно эффективный для бесшумных убийств на близком расстоянии ультракоротковолновый фибриллятор, который частенько применяется у нас в Контроле. В отличие от обычного огнестрельного оружия, стреляет не пулями, а игольчатым пучком электромагнитных волн, диссонанс которых с биополем человека вызывает мгновенную остановку сердца у жертвы. Этакий инфаркт миокарда по заказу… Вполне подходяще для того, чтобы бесшумно отправить нас с тобой на тот свет, якобы в целях самообороны!

Непрошеная мысль обожгла меня кипятком с ног до головы.

– Постой, Адриан, – пробормотал я. Голова моя шла кругом. – Скажи мне, геймеры… это правда, что не они одни используют «игрушек»? Это правда, что с самого начала это был эксперимент Контроля?

Клур внимательно вгляделся в мое лицо.

– Да, – сказал он, – я вижу, этот подонок наговорил тебе черт знает что, а ты развесил уши, балда!.. – Он взял меня за плечи и сильно встряхнул.

– Малыш, – сказал он, – нам пора уходить. С тобой все в порядке?

– Да, – сказал я. – Конечно, Адриан, конечно… Со мной все в полном порядке.

Глава 16

Когда до нужного мне дома остается два квартала, я решаю позвонить из уличного автомата.

На другом конце долго не отвечают на вызов, потом, наконец, я слышу знакомый голос:

– Да?

– Рик, это я, – говорю я, наблюдая за улицей. – Некто Адриан Клур…

– Где ты пропадал, Адриан? – радостно заорал Любарский. – И где ты сейчас?

– На вокзале, – говорю я. – Решил звякнуть напоследок старому знакомому… Ты извини, Рик, что так получилось: я тут кое-чем был чертовски занят, так что времени и возможности не было позвонить тебе.

– Что, уже уезжаешь?

– Да, пора.

– А почему ты не включаешь видеорежим? Дай хоть посмотреть на тебя на прощание!

– Понимаешь, малыш, тут автомат такой разбитый, у него только звук работает, а другой искать уже некогда.

– Ну, понятно… Слушай, черт старый, ты бы хоть заглянул попрощаться!.. Выпили бы на посошок с тобой!

– Прости, малыш, но никак не могу. Служба, знаешь ли… Я-то – человек служивый, в отличие от тебя.

– Жаль, – говорит Рик. – Может, мне приехать, а? Когда твой поезд уходит?

– Не стоит, Рик, через пару минут я отбываю. Уже второй сигнал к отправлению дали…

– Ну, смотри… Ладно, желаю тебе удачи, Адриан. Счастливого пути.

– Спасибо, – говорю я. – И тебе счастливо оставаться. Может, дай Бог, придется еще когда-нибудь встретиться…

– Прощай, Адриан, – говорит Рик, и я отключаю визор.

Ровно четыре минуты. Не думаю, что меня могли бы засечь меньше, чем за пять минут. Но на всякий случай бросаю взгляд вокруг себя.

«Хвоста» вроде бы нет, и ощущения слежки нет, но «контролеру» никогда нельзя быть уверенным до конца. Собственно говоря, именно эта подспудная мысль двигала мной, когда я разыгрывал фарс с убийством Курова. То есть, убийство-то было настоящим, но предназначено оно было лишь для того, чтобы скрыть мои истинные намерения…

… Когда Куров предъявил мне пароль Контроля на языке жестов и назвался резидентом Контроля, он едва ли лукавил. Он, пожалуй, в самом деле мог быть тем самым Менеджером, о личности которого в нашей среде ходили легенды. Поговаривали, например, что Менеджер работает в условиях полнейшей секретности и замыкается лишь на Первого. О том, какое задание он выполнял в Интервиле, можно было лишь предполагать… Во всяком случае, Шлемистом он быть не мог – во всяком случае, истинным главарем геймеров. Может быть, он говорил правду, утверждая, что лишь подделывался под Шлемиста. Наверное, этим он сбил с толку даже Сигнальщика, который поднял ложную тревогу и навлек на себя настоящего Шлемиста.

И, тем не менее, я убил Курова. Я должен был убить его, чтобы все-таки добраться до Шлемиста. Потому что Шлемист был на данный момент опасностью номер один для Контроля, а профессия наша не терпит сентиментальности, и если нужно пожертвовать своим человеком ради достижения победы, даже если это – глубоко законспирированный резидент, мы делаем это…

С самого начала я вел игру так, чтобы всячески продемонстрировать противнику, что меня можно водить вокруг пальца и подсовывать мне различные варианты-"пустышки". Я решил проглатывать эти «пустышки» не моргнув и глазом, чтобы в нужный момент поставить все с ног на голову и самому диктовать правила игры…

Такой момент пришел. В квартире Курова было еще слишком рано, а сейчас – в самый раз. Умение оперативника нанести решающий удар в нужный момент вырабатывается годами. У меня, во всяком случае, был достаточный опыт за плечами, чтобы определить, что удар надо наносить сегодня.

Остается только надеяться, что задуманная мной операция идет как надо. Что в этот самый момент, пока я преодолеваю оставшееся мне расстояние в обличье ничем не примечательного среднестатистического мужчины (грим, парик и изменение походки весьма способствуют созданию этого образа), на вокзале мой двойник, облаченный в нелепые цветастые шорты, футболку с кричащей надписью и шапочку с длинным козырьком, торопливо поднимается на пандус перрона магнитоэкспресса, отправляющегося в Вену через две минуты. Что за этим вторым "я" наблюдают несколько пар глаз, в числе которых – и «глаза» Шлемиста.

Сейчас двери поезда сомкнутся с легким шипением, и, мигая разноцветными габаритными огнями, поезд с нарастающей скоростью устремится прочь из Интервиля, и тогда геймер номер один спокойно вздохнет, потому что будет считать, что обвел меня вокруг пальца.

Он еще не ведает, что я, как истребитель-перехватчик, уже произвел захват цели в перекрестие электронного прицела, вышел на боевой курс и палец мой лежит на гашетке пуска ракет в готовности к открытию огня…