Сезон мертвеца - Хьюсон Дэвид - Страница 42

Ханрахан удивленно поднял брови:

– Торговаться можно о чем угодно.

– Кардинал Ватикана, – задумчиво произнес Ник. – Полагаю, наша помощь в этом деле вам не нужна. Вы вполне можете сами отпустить его на все четыре стороны, причем немедленно и безо всяких совещаний с полицией. Насколько я знаю, на территории Ватикана есть вертолетная площадка. Отправьте его хоть к черту на рога и не морочьте мне голову. У меня и без вас забот предостаточно. – Он повернулся было, чтобы уйти.

– Ник, – остановил его Ханрахан, с трудом скрывая разочарование. – Будь все так просто, мы управились бы и без вас. Нет, все намного сложнее. Во-первых, кардинал не хочет расставаться с Ватиканом таким образом, не хочет, чтобы это напоминало паническое бегство. И правильно не хочет, между нами говоря. Во-вторых, мы не можем делать вид, что Ватикан одобряет подобное бегство. Понимаете, здесь есть немало... тайных пружин и подводных камней. Денни нужен легальный отъезд, свободный проход через терминал аэропорта и официальные документы. Мы хотели бы организовать чартерный рейс, а полиция могла бы отвлечься минут, скажем, на пятнадцать и ничего не заметить.

– Вы просите об этом от его имени? – поинтересовался Ник. – Он сам прислал вас ко мне с этим заданием?

– Не совсем так. Видите ли, он сейчас переживает не самое лучшее время. У него появилось много серьезных проблем. Люди, которых он считал своими сторонниками и друзьями, неожиданно ополчились против него. А он уже в весьма преклонном возрасте и очень боится неприятностей. Ему вообще не хочется оказаться в центре грандиозного скандала. Когда-то он был прекрасным священником и вполне заслужил спокойную старость, но пресса нынче слишком агрессивна и беспощадна. Вот вы, например, можете сказать, что все газетные статьи о вашем отце – чистая правда?

Ник посмотрел на отцовский дом и подумал: "Любопытно, что там сейчас происходит?"

– Да, всякое писали, но мой отец никогда не был мошенником, – грустно заметил он, – чего не скажешь о вашем кардинале Денни.

– Значит, вы заранее уверены, что он виновен? – воодушевился Ханрахан. – Вы следователь и судья в одном лице?

– Нет, я самый обыкновенный сыщик, – спокойно отреагировал Ник. – Моя задача – поймать преступника и передать его в руки правосудия, а уж оно определит степень его вины.

Ханрахан громко рассмеялся:

– И вы считаете себя итальянцем? Гражданином страны, в которой нет и никогда не было ни черного, ни белого, а только серое? Вы сами-то верите в то, что говорите?

– Верю, – твердо заявил Ник. – И еще одна вещь. Вдруг кардинал Денни имеет какое-то касательство ко всем этим убийствам? Тогда я, уступив вашей просьбе, упущу важного свидетеля или того хуже – соучастника преступлений.

Ханрахан мгновенно изменил манеру поведения.

– Ник, я готов поклясться, что это не так. Кардинал не имеет к этим преступлениям никакого отношения. Более того, он понятия не имеет о моем визите к вам. Я просто хочу помочь ему покинуть страну и добиться для него некоторых гарантий личной безопасности, вот и все. Вы остаетесь со своими проблемами, а я – со своими.

"Убить двух зайцев сразу, – с грустной ухмылкой подумал Ник. – Как же он похож на Фальконе! Тот тоже слишком суетлив в достижении не вполне благовидных целей".

– Значит, вы хотите сказать, что Денни не знаком с Сарой Фарнезе? – спросил он.

– А как кардинал мог познакомиться с ней, черт возьми? – театрально возмутился Ханрахан. – Или вы имеете в виду тот злосчастный телефонный звонок в Ватикан? Так я вам объясню. На коммутаторе работают более сорока человек. Не исключено, что кто-то из них по ошибке соединил вас с офисом Денни. Никакой тайной связи Фарнезе с кардиналом не существует. Если вы еще раз наберете тот номер, то вполне можете попасть на меня. Повторяю, кардинал Денни не связан с этими убийствами, как, впрочем, и любой другой высокопоставленный чиновник Ватикана. Тем не менее, так как я давно слежу за этими людьми, у меня накопилась определенная информация, она, думаю, представляет для вас интерес. Конечно, я ничего не обещаю, но готов сделать все возможное, чтобы помочь в расследовании. Однако сразу предупреждаю: никакой связи с Майклом Денни она не имеет. Я просто могу назвать вам одно имя, а дальше все зависит от вас. – Ханрахан пристально посмотрел на Ника. – Есть у меня в запасе еще кое-что, весьма интересная история. Но я расскажу ее вам только на взаимовыгодных условиях. Вы же понимаете, я не обязан предоставлять вам служебную информацию, не так ли?

Ник Коста бросил тоскливый взгляд на уходящую вдаль дорогу. На обочине под деревом стояла группа полицейских, они дымили сигаретами, огоньки ярко высвечивались в темноте. Похоже, полицейские умирали от скуки. Только сейчас Ник понял, что в действительности помощи от них никакой: вряд ли они сумеют задержать убийцу, если тот вдруг вздумает проникнуть в дом. Фальконе просто тешит себя иллюзиями относительно надежной охраны свидетельницы.

– Вы меня не убедили, – сказал Ник ирландцу.

– Ну и черт с вами, – к его удивлению, ответил Ханрахан. – Значит, я ничем не могу быть вам полезен?

– Устройте мне встречу с кардиналом Денни, – неожиданно для себя попросил Ник. – Где-нибудь в Ватикане. В то время, которое его устроит.

Ханрахан вытаращил глаза:

– И это все, что вам от меня нужно?

– Пока все. – Ник снова повернулся, чтобы уйти.

– Постойте! – Ханрахан крепко ухватил его за руку. – Вы шутите? Вы серьезно рассчитываете на встречу с человеком, которого мечтаете упечь в тюрьму? Вы, простой сотрудник сыскной полиции Рима, – с кардиналом католической церкви? Интересно, как, по вашему мнению, мне это удастся?

– Скажите ему, что я хочу поговорить о проблемах религии, – спокойно ответил Ник. – Скажите, наконец, что я хочу принять крещение.

Он выдернул руку и зашагал к дому, не дожидаясь ответа Ханрахана.

27

Сара сидела возле камина неподалеку от инвалидной коляски, в которой спал старый хозяин дома. Увидев Ника, она сначала приложила палец к губам, призывая соблюдать тишину, а потом прошептала:

– Тебя не было очень долго.

– Извини.

– Что-то очень важное?

– Да, Сара, но я ничего не могу сказать.

Она насупилась и тяжело вздохнула.

– Понимаю. Я дала ему, – сказала она, кивнув на Марко, – таблетки, он попросил...

– Спасибо, Сара, ты так добра к нему, – отозвался Ник. – Иногда он бывает невыносим из-за своих капризов.

Сара кивнула. Она с трудом выдержала рассуждения старика, хотя благодаря им стала лучше себя понимать.

– Ничего, Ник, не стоит благодарности.

Их взгляды встретились. Ник подумал, что она в чем-то изменилась.

– Знаешь, Ник, – продолжила Сара, – он сильно любит тебя и очень волнуется за твою судьбу. Он боится, что ты не справишься со своей работой.

– Боится за меня?

– Ну да. А о ком ему еще беспокоиться? О себе, что ли? Он осознает, что происходит вокруг, и опасается за твою жизнь.

Ник вздохнул и подумал, что она права. Отец действительно переживает из-за него, только виду не подает. А Сара молодец, сумела развлечь старика. Однако до чего же она красива! Ник был рад, что пригласил ее в свой дом, хотя и понял, что просчитался. Убийца ни за что на свете не появится здесь. Такое количество полицейских способно отпугнуть кого угодно. Остается надеяться лишь на то, что Сара проникнется к нему доверием и выложит полезные для расследования подробности своей жизни. Сегодня ночью он будет спать в нескольких шагах от нее. Он попробовал представить, как она выглядит в постели, на белоснежной простыне, и не смог.

– Сплошное разочарование, – констатировал он, искоса поглядывая на Сару.

Она покачала головой, хотя и не поняла, к чему это он.

– Спокойной ночи, Ник, – тихо сказала она, встала и нежно поцеловала его в щеку.

Ник долго смотрел, как она поднимается вверх по лестнице, затем впервые за последние годы налил себе полный стакан граппы.