Любовь жива - Хэтчер Робин Ли - Страница 68

Саула не стало. Как она и боялась, трагедия произошла. Он так никогда и не узнал свободы, которую Тэйлор дала ему. Он решил остаться с ней. Дорогой Саул. Он поддерживал ее во все тяжелые времена.

Тэйлор открыла дверь в свою комнату. Ничего не изменилось. Она чуть улыбнулась, взглянув на старую служанку:

— Вы прекрасно со всем управлялись, Сюзан. Я очень вам признательна.

— О чем вы говорите, — рассердилась та. — Это, в конце концов, и мой дом.

…Солнце уже проронило свои первые лучи, когда Тэйлор прилегла на кровать и уснула.

Глава 35

Она ждала его, ждала каждую минуту. По утрам она сразу выглядывала из окна, всматриваясь в дубовую аллею, надеясь увидеть, как он спешит к ней. Каждую ночь она ложилась в постель с чувством разочарования. Она была уверена, что он обязательно прибудет, как только сможет, но ожидание переносила слишком тяжело. В свое время она ненавидела работу в Атланте: пронзительный вой снарядов, взрывы, плач, стоны, голодные, оборванные солдаты, раненые и мертвые… Но все же там ее дни были заполнены до предела, так что не оставалось времени горевать и раздумывать. Вот и теперь, думала Тэйлор, ей непременно нужно было чем-то заняться, чтобы заглушить тоску.

Джош и Филип проводили время на охоте и рыбной ловле, что помогало разнообразить скудный стол. Мима и Сюзан готовили, убирали в доме. Мэрили возилась с детьми. Тэйлор же ничего не могла делать. Она могла только ждать — и она ждала.

Они больше не видели янки, но знали, что те здесь, рядом. Неестественные, нереальные тишина и спокойствие повисли над всей местностью, словно все вокруг чего-то ждало вместе с Тэйлор.

День следовал за днем. Августовский зной выжег все на полях. Многие люди снялись со своих мест и ушли. Беллманы ничего не знали даже о своих ближайших соседях. Все в Спринг Хавене взывало о помощи, требовало порядка и должного внимания, но и здесь не осталось никого, кто мог бы в полной мере ответить на этот зов. Мужчины и женщины, смотревшие за хозяйством, включая слуг, старались делать то, что могли, но их было уже слишком мало, да к тому же они были так неопытны.

А Брента все не было.

— Ты, правда, не хочешь поехать с нами, Тэйлор, — спросил Филип, заканчивая проверять упряжь и снаряжение. Мэрили стояла рядом, держа на руках своего малыша. Она поддержала мужа:

— Тэйлор, мы остановимся там лишь на несколько дней. За это время ничего не изменится, вот увидишь.

— Нет-нет, спасибо. Я должна остаться здесь. Вы поезжайте и хорошо проведите время, а потом мне обо всем расскажете. Мэрили, передай, пожалуйста, мои симпатии своему отцу.

— Я передам. Ну, ладно, Тэйлор, скоро увидимся.

Тэйлор стояла и смотрела, как старый фургон, трясясь и накреняясь то в одну, то в другую сторону, покатил по дороге, и думала о том, как, наверное, волнуется сейчас Мэрили. Прошлой ночью они узнали, что преподобный Стоун вернулся в Беллвилл из Вирджинии. Он послал молодого раба узнать, здесь Мэрили или еще в Атланте. Мэрили решила, что ее семья должна нанести визит в город без промедления. Преподобный Стоун еще ни разу не видел своего внука. Нет, Тэйлор поступила правильно, отклонив их любезное предложение. Она не должна упустить возможность первой встретить Брента.

— Ну, что, Бренетта, — спросила она дочь, держа маленькую ладошку в своей руке, — чем мы займемся сегодня?

— Хочу покататься на лошадке, — прошепелявила та.

Тэйлор взяла ее на руки:

— Извини, дорогая, лошадка сказала нам «до свидания» и увезла дядю Филипа. Может быть, мы поохотимся на кроликов?

Бренетта взвизгнула, одобряя это предложение. Конечно же, она не знала, что когда взрослые находят кролика в одной из ловушек Джоша, что случается не так уж часто, то он становится частью их обеда. Для Бренетты, полуторагодовалой девочки, кролики были просто мягкими, пушистыми зверьками, с которыми было так приятно играть.

Они долго и безуспешно ходили по саду, выходили в поле и, наконец, вернулись домой, уставшие и голодные. Бренетта поела и тут же сама метнулась в кровать. Тэйлор уютно устроилась в плетеном кресле-качалке на веранде и закрыла глаза. Через какое-то время она услышала:

— Миссис Тэйлор, миссис Тэйлор!

Заплетая ногами, к дому бежал Джош и размахивал над головой руками. Он остановился у ступенек, возбужденно дыша.

— Миссис Тэйлор, они… они захватили Атланту.

«Так, — подумала она, — это, наконец, произошло».

— Кто тебе сказал, Джош? Где ты об этом узнал?

— Зеб из Розвуда сказал мне. Он услышал это от чернокожей девушки Медсенса, которая вернулась прошлой ночью. Извините меня, миссис, но я обещал Зебу, что сразу передам эту новость в Оук Лаун.

— Да, Джош, иди. Люди должны знать. Хотя ни для кого это уже не будет неожиданностью.

Трэйлор снова закачалась в кресле. Она задумалась: что же будет дальше? Станут ли солдаты Союза грабить и жечь, или они выше этого? Теперь, когда Атланта пала, предпримут ли они наступление на другие штаты? Но она не смогла продолжать свои размышления.

Восемь солдат Союза с грохотом мчались к их дому. Она замерла от страха. Теперь здесь нет даже Филипа, чтоб хоть он поддержал ее в случае опасности. Но вот… Да, она узнала в одном из всадников того, кого так сильно ждала. Позабыв обо всем, она вскочила и бросилась навстречу. Брент спрыгнул с седла и, схватив в свои объятия, закружил ее в воздухе. Оба при этом смеялись от переполнявшей их радости. Они услышали тихое покашливание, и Брент развернул ее лицом к красивому, с густой рыжей бородой, мужчине.

— Тэйлор, я должен представить тебя капитану Джеймсу.

— Очень рад, — сказал капитан и стукнул пятками.

После чего снял шляпу и поклонился.

Ничего пока не понимая, Тэйлор тихо произнесла:

— И я тоже, капитан.

— Тэйлор, капитан Джеймс приехал, чтобы обвенчать нас. Если ты хочешь этого, конечно. Утром я должен буду уехать. Атланта пала, но у нас еще очень много дел. Так мы поженимся, Тэйлор? Ты готова выйти за меня сегодня?

Стремительный напор его слов привел ее в смятение. Но Тэйлор не стала долго думать над ответом. Она достаточно думала все последние дни.

— О, да, я выйду за тебя, Брент Латтимер.

Она вдруг вспомнила, что вместе с Брентом и капитаном прискакали солдаты. Они уже спешились и стояли с улыбками на лицах.

— Господа, — сказала она, — поставьте своих лошадей в стойла, и я предложу вам кое-что, чтобы вы могли освежиться.

Она взяла Брента за руку и потянула за собой к дому.

— Они тоже останутся на ночь? — спросила она, беспокоясь, найдет ли для всех еду.

— Нет, любовь моя, эта ночь принадлежит только нам.

Голос его был низок и так интимен, что она ощутила, как по спине пробежала приятная дрожь. Тэйлор взглянула на Брента через ресницы и с овладевшим ею чувством сказала:

— Я люблю тебя.

Он улыбнулся, глаза обо всем сказали за него.

— Подожди здесь, Брент, я скажу Миме, чтобы она приготовила что-нибудь для тебя и твоих друзей.

— Прекрасно, Тэйлор. И еще одно…

— Да?

— Найди, пожалуйста, что-нибудь подходящее, что в таких случаях подобает надеть невесте. Я не намерен больше тратить время только на разговоры.

— Хорошо, сэр, — засмеялась она, шутливо «отдавая честь», и скрылась.

Одетая в свое старое платье из атласа с розовым кружевом и юбкой-колоколом, выглядевшей без обручей довольно непривычно, Тэйлор стояла перед зеркалом и расчесывала свои густые волосы. Мысли ее вернулись на пять лет назад, ко времени ее первого замужества. Она вспомнила, как выглядела тогда — в настоящем подвенечном платье. Жаль, что Брент никогда не видел ее в нем и что не он тогда был ее женихом. Потом она вернулась в настоящее и принялась критически рассматривать себя. Теперь уже не глупый, несмышленый подросток смотрел на нее из зеркала, а настоящая женщина, успевшая дважды овдоветь и родить ребенка, пережить войну и вынести на себе многочисленные тяготы. Теперь, к двадцати двум годам, она, наконец, близка к тому, чтобы вступить в отношения с мужчиной, для которых она, Тэйлор это точно знала, была рождена. Наконец-то она обретет себя и свое счастье, хотя и сейчас еще, с трудом верила, что это реальность.