Стратагемы. О китайском искусстве жить и выживать. ТТ. 1, 2 - фон Зенгер Харро - Страница 257

Эта сцена, взятая из исторического романа [гл. 28] цинской поры (1644–1911) [некоего Чу Жэньхо] «Повествование о [династиях] Суй и Тан» [ «Суй Тан яньи», 1686], имеет историческую основу. Соответствующее свидетельство находится в историческом труде «Всеотражающее зерцало, управлению помогающее» [ «Цзычжи тунцзянь»] Сыма Гуана (1019–1086) в описании 605 г. [5-й месяц, гл. 180]. Находчивость наложницы позволила развеселить императора Ян-ди. Весенний пейзаж развеял его тягостные думы. Устройство такого красочного представления помогло госпоже Цинь завоевать благосклонность императора. Даже узнав, каким образом удалось создать искусственную весну, сын неба не переставал восхищаться чудным зрелищем.

С военной точки зрения стратагему 29 рассматривает пекинский исследователь стратагем Ли Бинъянь. Итак, перед нами дерево, на котором нет цветов. Тогда из разноцветного шелка можно изготовить цветы, прикрепить их к веткам и создать пейзаж, выглядящий как настоящий. Если не присматриваться, невозможно понять, что это за цветы. А поскольку военные явления труднее поддаются пониманию по сравнению с прочими общественными явлениями, а еще меньше поддается проверке их достоверность, то различными призрачными образами можно исказить субъективную оценку вражеским военачальником положения дел. Созданием ложных обстоятельств и сознательным введением в заблуждение можно изобразить отсутствующую в действительности силу, даже превосходство и тем самым запугать противника. В качестве примера Ли Бинъянь приводит 13-ю бригаду, зимой 1947 г. во время гражданской войны входившую в состав армии под командованием Чэнь Гэна (1903–1961) и на протяжении месяца заставлявшую думать Ли Те, командующего пятой армией гоминьдановских войск, что перед ним основные силы противника. 13-й бригаде удавалось водить за нос противника числом оставляемых костров, разведением как можно большего количества бивачных огней и поднимаемой при ходьбе пылью. Тем самым и перед вражеской воздушной разведкой удавалось разыгрывать скопление больших сил.

29.4. Потемкинские деревни[402]

«В 1783 г., по инициативе виднейшего государственного деятеля времен Екатерины II кн. Г.А. Потемкина (1739–1791), к России был присоединен Крым, включенный в состав Новорос-сии. Своеобразная фигура Потемкина породила огромную литературу, уделившую немалое внимание и поездке Екатерины II совместно с ним в 1787 г. на юг. Современники рассказывали, что Потемкин, с целью показать Екатерине процветание новой территории, возвел на пути императрицы селения, бывшие лишь декорациями, выставлял для встречи ее празднично одетых людей, пригнанных издалека, но выдававшихся за местных жителей, показывал склады хлеба, в которых мешки вместо муки были набиты песком, перегонял ночью из одного места в другое одно и то же стадо скота, насадил в Кременчуге и других городах парки, причем посадка производилась на несколько дней, так что насаждения гибли после проезда Екатерины, построил в Херсоне крепость, не выдержавшую первой грозы, соорудил корабль, который нельзя было спустить на воду, и т д. Источником всех этих рассказов были описания иностранцев, из которых одни участвовали в поездке Екатерины, другие писали с чужого голоса (см. письма австрийского императора Иосифа II, участвовавшего в поездке Екатерины под именем графа Фалькенштейна, в книге: A. v. Arneth. Joseph II und Katharina von Russland. Wien, 1869, S. 359; J. Castéra. Histoire de Catherine II. Paris, 1799, v. III, p. 17; Taurische Reise der Kaiserin Katharina II. Koblenz, 1799, S. 35, 102–103, 123, 178, 184 [автор этой анонимной книги лейб-медик Вейкард]; August v. Kotzebue. Das merkwürdigste Jahr meines Lebens. 1802, B. II, Anhang «Über die «Mémoires secrets sur la Russie», S. 221; Potemkin. Ein interessanter Beitrag zur Regierungsgeschichte Katharines der Zweiten. Leipzig, 1804, 3. 115, 116, 123 [автор этой книги Гельбиг (Heibig), саксонский резидент при дворе Екатерины. (Он печатал в 1797–1800 гг. в гамбургском журнале «Minerva» биографию Потемкина: «Potemkin der Taurier. Anekdoten zur Geschichte seines Lebens und seiner Zeit». — Прим. пер. ]). В ряде писем с дороги Екатерина опровергала дошедшие до нее слухи о мерах, принятых Потемкиным в целях маскировки непорядков в Новороссии. Однако показания французского посла при дворе Екатерины графа Сегюра разоблачают приемы Потемкина: «Города, деревни, усадьбы, а иногда и простые хижины были так разукрашены и замаскированы триумфальными арками, гирляндами цветов и нарядными архитектурными декорациями, что вид их обманывал, превращая их у нас на глазах в великолепные города, внезапно воздвигнутые дворцы, в сады, роскошно созданные» (Comte de Ségur. Mémoires ou souvenirs et anecdotes. Paris, 1827, v. III, p. 112, 121–123, 130–132, 182,213 [на рус. яз.: «Записки графа Сегюра о пребывании его в России в царствование Екатерины II (1785–1789)». Пер. с франц. СПб, 1865, с. 11—208 // Россия XVIII в. глазами иностранцев. Л.: Лениздат, 1989, с. 438–440. — Прим. пер.]. См. также: Г.В. Есипов. Путешествие императрицы Екатерины II в Южную Россию в 1787 г. // «Киевская старина», 1890, № 11 и 12; 1891, № 1–5, 7–9, 11–12; 1892, № 2, 3, 5). Широкое распространение мемуарной литературы о путешествии Екатерины на юг привело к тому, что уже с 20-х годов XIX в. в литературной речи стали пользоваться образом «потемкинские деревни», но давали его первоначально описательно. Например, в «Комете» (1822) немецкого романтика Жан Поля (И.-П. Рихтера, 1763–1825) читаем: «Сколь иной облик представляет такой новый Николополь… я разумею, сколь иной облик сравнительно с теми расписанными голыми деревенскими фасадами Потемкина, на которых все было слепо, не только окна, но и стены, но которые все же (согласно Коцебу) полководец издалека, со столбовой дороги, показывал великой Екатерине… У Екатерины все было — видимость, здесь все — истина» (Jean-Paul. Sämtliche Werke. Berlin, 1842, S. 29, S. 40). В русской литературе А. И. Герцен прибегает к такому же развернутому образу: «Юбилей в Вольном экономическом обществе дал случай отличиться нашим неокрепостникам. Что такое это вольное общество, знает всякий, а кто не знает, пусть прочтет отчет В. Безобразова. Это — одна из тех неискусных декораций, которыми Екатерина II обманывала Европу, вроде картонных деревень, которыми Потемкин обманывал ее» («Крепостники». 1866, Собр. соч., изд. Акад. наук СССР, т. XIX. М., 1960, с. 8). С течением времени подобные многословные сравнения сократились в лаконическую формулу «потемкинские деревни», под которой разумеют: очковтирательство, показной блеск, скрывающий неблагополучное состояние чего-либо».

В китайском языке словосочетание «потемкинские деревни» можно передать выражением «делать пустое, заниматься подлогами» («нун-сюй цзо-цзя»), что означает также «пускать пыль в глаза» (Фразеологический китайско-немецкий словарь. Пекин, 1981, с. 172). Другое китайское выражение для фразеологизма «возводить потемкинские деревни» дословно означает «украшать / отделывать фасад» («чжуан-хуан мэнь-мянь»).