Черный сад. Армения и Азербайджан между миром и войной - де Ваал Томас - Страница 39

В августе на участке северной границы между Азербайджаном и Арменией завязалась трехдневная перестрелка. Для восстановления порядка туда были переброшены части внутренних войск МВД СССР, но в ходе вооруженных стычек с обеих сторон погибло 16 человек и было ранено 50. Тер-Петросян воспользовался этим инцидентом, чтобы взять под контроль ополченцев. Его парламентская администрация формально распустила одно из этих негосударственных вооруженных формирований. "Нам сказали, что мы следующие, – вспоминает Левон Эйрамджянц, один из основателей ААН. – Когда стало ясно, что с нами поступят так же, как с АОА, мы решили создать партию, чтобы обеспечить себе политическую крышу". ААН превратилась в политическую партию и после принятия декларации о суверенитете формально сложила оружие. Две тысячи бывших ее бойцов присягнули на верность новому министерству внутренних дел Армении (8).

Новое армянское руководство не желало иметь в республике вооруженные отряды, которые могли бы посягнуть на его власть и вызвать недовольство Москвы. Оно приветствовало их решение отправиться в Карабах, где тлеющий конфликт стал разгораться с новой силой после приезда туда администрации Поляничко. "Мы поняли, что они просто позовут на помощь внутренние войска министерства внутренних дел СССР, чтобы их руками задушить нас, -говорит карабахский лидер Аркадий Гукасян. – А потом стали формироваться партизанские группы, которые наносили удары по частям внутренних войск. Стало ясно, что война неизбежна". В самом Карабахе оружие либо покупали у советских солдат, либо изготавливали сами. Один бывший боец рассказывает, как в то время на мебельной фабрике в Степанакерте тайно наладили выпуск самодельных пистолетов и оболочек для мин. ОМОН несколько раз устраивал на фабрике обыски, но ее тайна так и осталась нераскрытой (9).

В борьбу включалось все большее число ополченцев из Армении, проникавших в горные районы Карабаха и армянские деревни на территории Азербайджана. Новые подразделения повстанцев выбирали себе названия, которые не вспоминались со времен армянского партизанского движения на рубеже веков. Они создавали "джокаты" – "отряды". А себя именовали "фидаинами". Это слово, заимствованное из арабского, означало бойцов, готовых жертвовать своей жизнью ради священной борьбы. Армянский писатель и политический активист Зорий Балаян рассказывает о более чем двухстах операциях армянских партизан против администрации Поляничко. Они взрывали мосты и участки железных дорог, нападали на колонны военной техники, брали заложников, которых затем обменивали на армянских заключенных из шушинской тюрьмы (10). В ответ на их действия Поляничко закрыл все дороги, связывающие Нагорный Карабах с Арменией.

Операция "Кольцо": планирование

В 1991 году, в последний год существования Советского Союза, Армения и Азербайджан уже двигались по совершенно разным политическим маршрутам. Горбачев работал над новым союзным договором, который как он надеялся, смог бы сохранить Союз путем делегирования союзным республикам больших властных полномочий. Армения совместно с Грузией, Молдовой и прибалтийскими республиками начала движение к независимости и отказалась сотрудничать с Горбачевым. Азербайджан согласился принять участие в работе над договором и остаться в составе Союза – на определенных условиях.

Азербайджанский партийный босс Аяз Муталибов становился ключевой фигурой в процессе политического торга. В "черном январе" он стал лидером республики едва ли не случайно, но теперь цепко держался за свое кресло. Муталибов был нетипичной в тогдашнем Азербайджане политической фигурой, главным образом потому, что родился в Баку, а не в Нахичевани, вотчине Гейдара Алиева. Он сделал традиционную партийную карьеру, много лет проработав директором машиностроительного завода. Культурный но поерхностно мыслящий, Муталлибов хотя и не обладал природным авторитетом Алиева, но оказался достаточно умелым политиком, чтобы участвовать в московских партийных играх. Он использовал свою лояльность, чтобы заручиться сильной политической поддержкой Москвы.

Направленный в январе 1991 года в ЦК КПСС письменный доклад Муталибова был исполнен тревожных предсказаний относительно будущего Азербайджана. Отзыв на этот доклад, датированный 11 января и написанный Вячеславом Михайловым, экспертом ЦК КПСС по национальному вопросу, сохранился в партийном архиве. Михайлов приводит слова Муталибова о том, что ситуация в Азербайджане все более осложняется из-за "притязаний Республики Армения на Нагорный Карабах. В телеграмме особо подчеркивается, сколь значительное количество вооружений сосредотачивается у вооруженных формирований, узаконенных Верховным Советом Армении, и указывается на возможность эскалации вооруженного конфликта".

Судя по изложению Михайлова, письмо Муталибова было отчасти предупреждением, отчасти угрозой: "Дальнейшее развитие событий может привести к широкомасштабному военному противостоянию между Азербайджаном и Арменией и, в конечном счете, к захвату власти экстремистскими кругами Народного фронта Азербайджанаї Вполне вероятно, что в случае неспособности центра принять экстренные меры, Верховный Совет Азербайджанской ССР примет решение о создании национальной армии, упразднит автономный статус Нагорно-Карабахской автономной области и откажется подписать новый Союзный договор. Положение Коммунистической партии и ее авторитет, завоеванный на выборах в Верховный Совет республики, будут подорваны самым серьезным образом". (11)

Михайлов рекомендовал, чтобы "министерство обороны, министерство внутренних дел и КГБ СССР немедленно осуществили специальную операцию в регионе совместно с соответствующими республиканскими органами Армении и Азербайджана с целью разоружения незаконных вооруженных формирований". 17 января 1991 года ЦК КПСС согласился с этими рекомендациями.

Оба эти документа показывают, насколько тесно проблема Нагорного Карабаха была связана с политикой Москвы. Муталибов использовал призрак внутренних беспорядков в Азербайджане, чтобы заручиться согласием на еще более жесткое подавление армян. Московский истеблишмент согласился на сделку и оказал решительную поддержку Муталибову и Поляничко. В краткосрочной перспективе это решение оказалось выгодным азербайджанскому руководству, так как в регионе для острастки карабахских армян были размещены части советской армии и МВД. Однако в долгосрочной перспективе это решение оказалось губительным для Азербайджана, поскольку республика значительно отстала от Армении в строительстве собственных силовых структур.

17 марта 1991 года советское руководство провело всенародный референдум о будущем СССР. Азербайджан принял участие в референдуме и послушно сказал "да" сохранению Советского Союза в рамках нового союзного договора. Армения, где правило АОД, была одной из шести непокорных республик, которые бойкотировали референдум. Более того, Армения заявила о проведении в сентябре собственного референдума о независимости.

Продемонстрированная руководством Азербайджана лояльность стала необходимым условием для проведения очередного раунда политики твердой руки как внутри, так и вокруг Нагорного Карабаха – реализации плана "разоружения незаконных вооруженных формирований". В самом Азербайджане эту операцию именовали "проверкой паспортного режима", но она обрела печальную известность по своему кодовому названию "Операция "Кольцо". Сутью операции стала проверка наличия штампа прописки в общегражданских паспортах. Азербайджанские власти говорили о намерении проверить паспорта у жителей ряда населенных армянами деревень вдоль границы с Карабахом, в которых якобы укрывались фидаины, выселить лиц без прописки и тем самым восстановить порядок.

Муталибов сейчас признает, что план операции, как он говорит, по "ликвидации террористов" существовал на бумаге еще с 1989 года и лишь ожидал своей реализации. Он откровенно рассказывает, каким образом ему удалось убедить кремлевское руководство в политической целесообразности такой операции: "Я изложил суть дела в политических терминах, ведь я знал, как надо работать в Москве" (12).