Кот в мешке (Муж, который живет на крыше) - Александрова Наталья Николаевна - Страница 40

При этих словах Трофим с надеждой посмотрел на внимательного мужика и откашлялся со значением:

— Такой коньячок душевный.., как вспомню, так прямо слеза прошибает. А ты ведь, голубь, тоже чего-то сейчас говорил насчет выпить?

— Говорил, говорил, — кивнул симпатичный незнакомец, — только сперва мне одну вещь прояснить требуется. Тетя моя родная третьего дня из дому ушла и затерялась… Так вот, не могла ли она ненароком в вашем морге обнаружиться? Я уж все как есть окрестные больницы обошел, везде спрашивал, ваша последняя осталась…

— Не положено, голубь… — протянул Трофим, оглядываясь на дверь покойницкой, — только если через доктора Ахмеда Абгаровича…

— А говорил — хочешь выпить! — поморщился незнакомец. — Если через Ахмеда Абгаровича, так тебе, друг, мало чего останется…

— Уж это точно… — тоскливо согласился Трофим.

— А у меня хороший коньяк, — понизил голос змей-искуситель, — не то чтобы маршальский, но тоже очень душевный…

— Когда, говоришь, тетка твоя из дому-то потерялась? Ну давай поглядим, какие тут имеются жмурики невостребованные…

Трофим подошел к стене, где, как стандартные ячейки автоматической камеры хранения, располагались в несколько рядов выдвижные лотки с замороженными покойниками, терпеливо дожидающимися решения своей посмертной участи.

— Этот, кажись, не годится, — озабоченно проговорил Трофим, выдвинув первый лоток и с сомнением разглядывая молодого мертвеца с разбитым лицом и резаными ранами груди, — это бандюган, ночью возле метро подобрали, а никто за своего не признает…

Санитар задвинул бандита в стену и выкатил следующий лоток, на котором покоилась маленькая сморщенная старушка.

— Во, голубь, погляди — не твоя ли тетка? «Скорая» с улицы привезла, а никто не хватился.., не иначе твоя!

— Нет, — в ужасе замотал головой незнакомец, — это не моя! Моя-то тетя молодая, видная, а ты мне хочешь рухлядь какую-то подсунуть.., этой, наверное, лет сто будет!

— Вот еще — разбираться он будет! — поморщился Трофим. — Покойник — он и есть покойник, не все ли тебе равно? Заколотил гроб, никто и не поинтересуется! Ишь какой привередливый!

— Нет уж, дядя, хочешь выпить — предоставь мне мою тетю в натуре! Она мне, может, дорога как память о золотом детстве!

— Ну ладно, — прокряхтел Трофим, убирая невостребованную старушку и выкатывая следующий экземпляр своей коллекции.

— Да, — проговорил он, присмотревшись к трупу и судорожно сглотнув, — навряд ли это твоя тетя!

На лотке покоилась девушка редкостной красоты и от силы двадцати лет от роду.

— А с этой-то что случилось? — удивленно спросил «племянник».

— Что-что… — проворчал Трофим. — Наркоты перебрала.., не видишь, что ли? — Он показал мелкие отчетливые следы от уколов на руке покойницы. — Каждый день таких привозят.., только этих быстро забирают, родители ищут.., а эта, видно, не здешняя, так никто и не хватился.

Трофим задвинул обратно лоток с мертвой наркоманкой и выкатил из стены следующий.

— А эта вроде своими ногами до приемного покоя добралась, в очереди преставилась, — проговорил он, разглядев новый труп, — тоже видать не твоя, больно молода…

— Она, она! — воскликнул «племянник», разглядев очередную покойницу. — Она это, тетя моя!

— Ну видишь, голубь, как оно удачно обернулось. — Трофим облизнулся и с ожиданием уставился на клиента. — У нас оно всегда в порядке.

Ежели к нам попадет, ничего не затеряется! Чего ты мне давеча говорил, вроде бы насчет выпить у тебя имеется?

— А как же! — «Племянник» покойницы полез во внутренний карман. — У нас тоже полный порядок, если что обещано, так не заржавеет. — Он достал из кармана плоскую стеклянную фляжку дагестанского пятизвездочного коньяку на четверть литра.

— Это.., как бы.., маловато будет, — разочарованно протянул Трофим, — что тут пить-то.., хоть бы поллитру за труды полагается…

— Будет и поллитра, — понизив голос, проговорил «племянник», — только еще одно дело сделать требуется…

— Что еще за дело? — подозрительно покосился Трофим на клиента. — Ежели что.., меня Ахмед Абгарович не приласкает… Он знаешь какой крутой — чуть что не так, и в рожу может…

— Не волнуйся, ничего тебе не будет. Всех-то делов — по телефону разок позвонить.

Клиент достал из кармана мобильный телефон, набрал на нем номер и протянул трубку Трофиму:

— Как ответят, скажи: «Вы разыскиваете по известному делу Ирину Леопольдовну Крылову? Так вот, она лежит без документов в морге Пятой городской больницы».

— И тогда еще целую поллитру дашь? — с надеждой посмотрел на клиента Трофим.

— Железно! — Мужик полез в карман и действительно вытащил оттуда аккуратную бутылку с пятью звездочками на этикетке.

— Следственная часть! — раздался в трубке бравый молодой голос. — Капитан Ананасов!

— Ой! — Трофим от неожиданности чуть не выронил трубку, но клиент уставился на него немигающим гипнотическим взглядом и выразительно повертел в руке пятизвездную бутылку. — Это… — Санитар с трудом преодолел испуг и проговорил, запинаясь и не отводя взгляда от бутылки. — Вы, значится, Ирину эту разыскиваете… Леопард овну.., как ее…

Крылову, так она имеется без документов в морге, значится, Пятой городской больницы… — И он отбросил телефон, как будто это была ядовитая змея.

Затем он поднял на хитрого мужика глубоко обиженный взгляд мутно-серых глаз и проговорил:

— Это что же, ты, выходит, из ментов? Я ведь с ментами никаких дел в жизни не имел…

— Ничего не из ментов, — успокоил его Маркиз, — я и сам с ментами не очень.., не того… Просто так уж положено, чтобы если покойника нашли, обязательно в ментовку сообщить. Они опознание теперь устроят, свидетелей всяких привезут… Ну что я тебе рассказываю, ты ведь сам в морге не первый год работаешь, должен эти порядки знать.

— Это да, это конечно, — солидно кивнул Трофим, — опознание, это уж как полагается… Однако беспокойство тут начнется, ходить будут всякие, антисанитарию разводить…

Поскольку бутылка коньяка благополучно перекочевала в карман его несвежего халата, настроение отставного живописца значительно повысилось, и он уже собрался уединиться и приступить к дегустации благородного напитка, но посетитель, представившийся племянником покойницы, все не уходил и снова начал искушать нестойкую душу Трофима:

— А как насчет литра?

— Это значит — еще одного литра? — уточнил сообразительный Трофим, поглубже засовывая прежде заработанное питье.

— Само собой, — подтвердил племянник.

— Что надо сделать? — деловито осведомился Трофим. За литр хорошего коньяка он запросто согласился бы продать незнакомцу всех своих подопечных покойников в оригинальной подарочной упаковке. Но того покойники больше не интересовали. Он задумал такую шутку, что Трофим, выслушав, что от него требуется, расхохотался.

— И за это литр? — на всякий случай еще раз уточнил осторожный санитар. — Да со всем нашим удовольствием! Это же надо, такую штуку придумать! Это просто умереть можно со смеху!

— Умирать не нужно, по крайней мере, пока все это не закончится, — сказал «племянник» на прощание.

— Лолка, дело на мази! — весело приветствовал Леня открывшую ему дверь Лолу. — А что ты такая сердитая?

— А тебе не приходит в голову, что я боюсь? — процедила Лола.

— Слышал, слышал! — Леня удалился в ванную и теперь старался перекричать льющуюся воду. — Ты боишься не за свою жизнь, а за Пу И, который останется сиротой. Не горюй, обещаю тебе позаботиться о малыше…

— Дурак ты, Ленька, — тихо сказала Лола, — я боюсь за тебя…

— Что ты там бормочешь, из-за воды не слышно! — кричал Маркиз. — И вообще, есть очень хочется, ты что-нибудь приготовила?

Лола молчала, и Леня забеспокоился.

— У тебя что — весенний упадок сил, что ты такая бледная? — Он высунулся из ванной.

«У меня аллергия на тебя!» — рассердилась Лола, но вслух ничего не сказала.

— Так я не понял — есть нечего или как? — теперь в голосе Лени послышалось раздражение голодного мужчины.