Желанная - Хенли Вирджиния - Страница 25

Кристиан заметил страх в глазах девушки и решил рассеять его. Если он хочет добиться Брайенны, нужно умело использовать каждую встречу. Для всего, что происходит в жизни, существует определенный ритуал, и Кристиан знал по меньшей мере двенадцать ступеней ухаживания, или соблазнения, ведущих в конечном итоге к интимной близости. Но сначала Кристиану необходимо увериться в духовной связи с той, которая его влечет. Эта связь не обязательно будет основана на любви, ее источником могут стать ревность и ненависть, страх или ненависть. Но, конечно, гораздо приятнее, если вместо них возникают радость или даже безрассудная страсть. Хоксблад задолго до встречи с Брайенной прошел первую стадию близости, видел ее лицо и тело, и был мгновенно и безнадежно очарован.

А для Брайенны две начальные ступеньки слились в одну в тот момент, когда она увидела Кристиана. Первая встреча глаза в глаза была слишком долгой, что запрещалось правилами этикета, тем более для незнакомых между собой людей. Когда мужчина пристально смотрит на женщину, это считалось непристойным, но в данном случае все было гораздо хуже. Хоксблад объявил ее своей! Брайенна сопротивлялась, посылая ему ледяные взгляды, а потом опустила ресницы и отвернулась, ясно давая понять, что поведение Хоксблада недостойно рыцаря. Но тот, казалось, ничего не понимал и не обращал ни малейшего внимания на ее предупредительные сигналы.

Теперь они находились на третьей ступеньке близости — «голос к голосу». До сих пор они всегда виделись на людях, но, тем не менее Кристиан ухитрялся сказать что-нибудь интимное, предназначенное только для ее ушей. Он назвал ее своей леди. Пытался заставить танцевать с ним, чтобы достигнуть четвертой степени близости — касания рук. Брайенна отказывала арабу, избегала его, всячески выказывая свой гнев. Назвав ее своей, Кристиан сразу внес интимную нотку в их отношения и продолжал подталкивать Брайенну ко все большей близости.

Хоксблад мгновенно воодушевился. Ярость — могучее чувство. Сегодня Кристиан намеревался достичь четвертого уровня близости, а может быть, продвинуться и дальше.

Брайенна, вскинув голову, рассерженно оглядела рыцаря, явно обвиняя его в случившемся с ней:

— Я заблудилась!

Улыбнувшись, он покачал головой:

— Но теперь вас нашли.

На запястье Кристиана по-прежнему сидела Саломе. Брайенна сообразила, что вряд ли он что-нибудь сможет сделать с нею, пока его рука занята.

— Вижу, вы знаете подход к любому животному! — бросила она с явным осуждением, но Кристиан притворился, что принял ее слова за комплимент.

— Благодарю. По-моему, вам понравилась сегодняшняя охота. Единственная из воинских забав, какой может наслаждаться женщина.

— Воинские забавы! Такого слова нет в моем словаре!

Война и убийство доставляют радость только мерзким, злым людям!

— Ваш король придерживается другого мнения, — сухо заметил Кристиан. — Но, надеюсь, вы не настолько лицемерны, чтобы утверждать, будто сегодняшнее утро не доставило вам удовольствия.

— Мне нравится соколиная охота, но я ненавижу убивать животных из луков и арбалетов! Это ужасно!

Каждым словом девушка словно бросала вызов Кристиану, и тот решил немного осадить ее.

— Вам нравится охотиться с соколами, потому что не приходится убивать собственными руками? Считаете, что грех не на вас? Но ведь хищная птица такое же орудие смерти, как копье или стрела.

— Думайте что угодно, сэр. — Будь она проклята, если назовет этого ублюдка «милордом»! — Не люблю проливать кровь!

— Возможно, — заметил он, — вы поэтому и носите красное, чтобы кровь не была заметна!

«Более мой, — подумала Брайенна. — Ведь именно поэтому я интуитивно надела это платье, и он сейчас объяснил истинный мой мотив».

— Я знаю это, потому что сам иногда перед битвой надеваю красный дублет. Если меня ранят, враг ничего не заметит.

Глаза девушки расширились.

— Вы читаете мои мысли!

— Совершенно верно, моя госпожа, — признался он.

Брайенна почувствовала, что с нее довольно, и подняла хлыст, чтобы ударить его. Но лицо Кристиана мгновенно приняло свирепое выражение, а глаза превратились в голубые льдинки. Рука Брайенны застыла в воздухе и почему-то не хотела опускаться.

«Ему под силу остановить меня» — лихорадочно подумала девушка.

— Я не ваша и никогда не буду вашей! — выдохнула она

— Никогда — это очень, очень долго.

— Вот именно! Ни в этой жизни, ни в следующей!

— Вы говорите так, — рассмеялся Кристиан, — словно обладаете даром бессмертия, леди Бедфорд. Но я почему-то подозреваю, что о подобных вещах вы знаете весьма мало.

«Но бессмертие попросту невозможно», — думала Брайенна, приглядываясь к собеседнику повнимательнее.

— Я обручена с сыном Уоррика, — бесстрастно объяснила она.

— Я сын Уоррика.

— Его незаконнорожденный сын! — выпалила она и тут же прикусила губу, не понимая, как осмелилась на такое.

— Ах, от оно что! Леди Бедфорд слишком горда, чтобы одарить взглядом бастарда[31]!

Неужели ему нравится издеваться над ней?!

— Это неправда! — вспыхнула она.

— Слава небесам, — торжественно объявил он. — Значит, мне еще можно на что-то надеяться!

Брайенне неожиданно захотелось смеяться.

— Вы сам сатана, Кристиан Хоксблад! Развлекаетесь недостойными играми! Наслаждаетесь тем, что дразните меня, желая, видимо, посмотреть, что из этого выйдет.

Как она хороша, когда смеется! Истинная женщина. Ее чувственность пьянит и возбуждает. Кристиан представил смеющуюся Брайенну в постели, придавленную тяжестью его тела. Как только он завладеет ею, то часами не будет отпускать ее, радуясь, что может смотреть сверху на восхитительный смеющийся рот, в глаза, полные любви. Кристиан решил, что на этот раз не расстанется с Брайенной, пока не отведает вкус ее соблазнительных губ.

— Вы такой же злой, как принцесса Изабел, мучаете меня ради забавы!

— Неправда! — запротестовал он с веселым блеском в глазах. — Я наказал ее, чтобы не портила вам обед.

— Я так и знала, что вы всему причиной. Вы действительно обладаете таинственной силой, сэр?

— Просто трюк фокусника, что-то вроде чтения мыслей.

— Какой трюк? — с опаской спросила Брайенна.

— Гипноз. Никто ничего не подсыпал ей в еду. Я просто внушил принцессе, что все ее блюда горчат.

— Вы демон, — прошептала Брайенна, крестясь. Хоксблад снова рассмеялся. Белые зубы ярко блеснули на темном лице.

— Здесь нет ничего демонического. Все дело в силе ума и воли. Едем, я провожу вас в замок, прежде чем вы вообразите себя околдованной.

Она послушно держалась рядом, почти не сомневаясь в невероятных способностях Хоксблада. Ведь Брайенна сама видела, что, стоило ему протянуть руку — и ястреб послушно слетел вниз. Может ли Хоксблад обладать такой же властью над женщиной? Может ли обладать такой же властью над ней, Брайенной?

Постепенно окружающий пейзаж становился все более знакомым, и Брайенна поняла, что они приближаются к обширным паркам Виндзора.

— Отсюда я сама смогу найти дорогу. Пожалуйста, верните мой рожок.

Лицо Кристиана было спокойным и непроницаемым, но слова прозвучали с откровенной страстью:

— По-моему, нам рано расставаться — от меня не так легко отделаться.

Приподняв подбородок, девушка с досадой поморщилась.

— А что вы дадите взамен рожка? — осведомился Кристиан.

— Взамен? Да вы с ума сошли, — вспыхнула от смущения Брайенна.

— О, неужели вы подумали о поцелуе?

Как она могла отрицать, когда этот дьявол читал ее мысли?!

— А я имел в виду небольшой сувенир в знак благосклонности, такой, который я мог бы надеть на турнир.

— Но я уже пообещала отдать его Роберту!

— Подарите мне алую ленту из косы. Никто, кроме меня и вас, не будет знать, чей подарок развевается на рукаве победителя.

Брайенна невольно расхохоталась, так позабавил ее дерзкий прогноз.