Страстная женщина - Хенли Вирджиния - Страница 23

Бесс оглядела стоящего перед ней человека и решила, что он ей нравится. Сэру Джону было лет тридцать, но густые каштановые кудри, ниспадающие на лоб, придавали ему мальчишеский вид. Оценив его речь, манеры, руки и честные зеленые глаза, Бесс решила, что ее собеседник добр, умен, трудолюбив и, самое главное — порядочен. Короче, он был бы превосходным кандидатом в мужья.

— А вы знакомы с Хардвиками, сэр Джон?

— До сих пор не имел такого удовольствия, зато хорошо знаю Хардвик-Мэнор. Особняки — мое увлечение.

— И я обожаю красивые дома, сэр Джон! Они завораживают меня.

— Я недавно начал строить дом в Брентфорде.

— О, я была там! Это не ваш дом над рекой, возле Хэмптон-Корта?

— Да, я купил участок по соседству с Зайон-Хаусом лорда Дадли.

— Ваш дом должен быть прекрасным, сэр Джон. Столь восхитительная оправа заслуживает великолепного драгоценного камня. — Прикрывшись веером, Бесс доверительно заметила:

— Зайон-Хаус весьма внушителен, но, признаться, более уродливого особняка я еще не видывала!

Сэр Джон засмеялся:

— Значит, у нас с вами немало общего. — За несколько минут они сблизились так, будто были знакомы всю жизнь.

Сэр Уильям Кавендиш нарочно опоздал на бал, да и приехал лишь потому, что обещал Фрэнсис наведаться хоть на полчаса. Поскольку Генрих пожаловал ему рыцарский титул, Кавендиш полагал, что его назначат королевским казначеем. Уильяму нужен был дом для приемов, и Фрэнсис Грей великодушно предоставила Суффолк-Хаус в его распоряжение.

Сэр Уильям обошел стороной большой бальный зал, где кружились, скользя по паркету, танцующие пары, и направился в игорную комнату. Там мужчины наслаждались азартными играми и превосходным вином.

— Даже не вздумай, Повеса! — Фрэнсис преградила ему путь и ударила по плечу веером. — Запомни правило номер один: не проходи мимо бального зала!

— У меня собственные правила, — улыбнулся Кавендиш. — Насколько мне известно, долг вежливости обязывает гостя пригласить на танец хозяйку.

Фрэнсис взяла его под руку и повела к залу.

— Не надейся легко отделаться, негодник! Зал переполнен богатыми наследницами, герцогинями и дебютантками.

Уильям, ведя хозяйку дома танцевать куранту, поморщился при виде множества пышных белых платьев.

— Боже милостивый, они похожи на незаправленные постели!

— Какую же из них ты предпочитаешь?

— Только не богатую наследницу, не герцогиню и не дебютантку.

Ловко маневрируя, Фрэнсис подвела партнера туда, где стояла Бесс.

— А что, вдовушки тебя не прельщают?

Кавендиш словно прирос к полу, уставившись на рыжеволосую красавицу, которая оживленно беседовала с его другом Джоном Тайном.

— Прости, Фрэнсис, — рассеянно пробормотал Уильям и направился к Бесс.

Увидев друга, Джон Тайн просиял:

— Уильям! Поздравляю тебя!

— Сэр Джон. — Кавендиш кивнул, не отрывая глаз от женщины, стоящей рядом. — Бесс!

Удивленно приподняв брови, девушка слегка нахмурилась:

— Разве мы знакомы, сэр?

Благожелательный Джон Тайн поспешил на помощь:

— Позвольте мне познакомить вас. Госпожа Элизабет Барлoy, это мой давний друг сэр Уильям Кавендиш, недавно посвященный в рыцари!

Бесс старалась сохранить спокойствие и невозмутимость, хотя при виде Кавендиша ее кровь забурлила. Несмотря на два с половиной года разлуки, этот человек по-прежнему волновал ее, будь он проклят! Кавендиш выглядел еще более мужественным и полным сил, чем раньше, а рыцарский титул явно прибавил ему уверенности в себе. Бесс, решив выказать полное равнодушие, томно обмахивалась веером.

— Знакомство с вами — большая честь для меня. Полагаю, жена гордится вами. Она сегодня здесь?

Увидев коварный блеск в глазах Бесс, Кавендиш сразу догадался, что она решила отомстить ему.

— Моя жена больна, — сказал он и обратился к Джону:

— Мы с госпожой Элизабет познакомились два года назад, в Лондоне.

Бесс приняла задумчивый вид.

— Если бы мы встречались раньше, я бы наверняка запомнила вас. Впрочем, не важно… Даже если мы были знакомы, я этого не помню.

Повеса Кавендиш скрипнул зубами. И тут музыканты заиграли вступление к гальярде.

— Позвольте пригласить вас на танец, госпожа Барлоу.

— О, я так люблю танцевать! Сэр Джон, не пригласите ли меня?

Глядя, как Бесс кружится в объятиях Джона, Уильям ощутил жгучую ревность. Он подошел к Фрэнсис. Та, стоя неподалеку, явно наслаждалась спектаклем.

— А что ты можешь поделать? Преимущество на стороне сэра Джона, — насмешливо улыбнулась Фрэнсис.

— Ты думаешь? — мрачно осведомился Кавендиш.

— Сэр Джон холост.

— К черту Джона!

— Люблю петушиные бои… — иронически обронила Фрэнсис.

Вступив в круг танцующих, Уильям бесцеремонно похлопал Тайна по плечу:

— Прошу прощения, Джон.

Сэр Джон, уже догадавшийся, что Бесс и Кавендиш знакомы, удивленно, но безропотно отступил.

Бесс все еще пыталась казаться равнодушной, однако ее охватило смятение. К счастью, она знала, что сегодня встретит Кавендиша, и подготовилась к трудному разговору.

Низкий, бархатный голос Уильяма несказанно взволновал ее. Внешняя холодность давалась Бесс с огромным трудом. Она вдруг осознала, что глубоко вонзает ногти в ладони каждый раз, когда ей приходится говорить. Будь проклят Кавендиш! Как это он ухитрился так взволновать ее?

Бесс знала, что Уильям обнимет ее в танце, но даже не представляла себе, какое впечатление произведет этот невинный жест. Жар его ладоней словно проникал под одежду Бесс. Кровь Бесс превратилась в жидкое пламя и струилась по жилам, охватывая ее огнем. Грудь высоко вздымалась, соски затвердели, живот напрягся, а между ног стало горячо и влажно. Полузакрыв глаза, она покачивалась в танце, напоминающем совокупление. Сильные руки Кавендиша обхватили ее талию, большие пальцы коснулись груди.

Высоко подняв партнершу в одной из быстрых фигур, Уильям закружил и поставил ее на пол. Бесс казалось, что время остановилось. Ей хотелось смеяться и кричать от возбуждения. Более того, так и подмывало совершить какой-нибудь дерзкий поступок — например, взъерошить волосы Кавендиша или укусить его. Но ничего подобного она не сделала. Ее спас внезапный приступ ярости. Как он посмел бросить Бесс, вычеркнуть из своей жизни, а затем вдруг вернуться и в считанные минуты вскружить ей голову?

Почувствовав под ногами паркет, Бесс вскрикнула от боли.

— Господи, я подвернула ногу! Вряд ли я смогу танцевать. Прошу простить меня, сэр Уильям. — Она собиралась отойти, убедительно прихрамывая, но Кавендиш бережно взял ее на руки, отнес к стене, усадил в кресло, опустился перед ней на колени и внимательно осмотрел щиколотку. Бесс недоумевала: неужели он и вправду озабочен? Или же просто воспользовался случаем, чтобы прикоснуться к ней?

— Боль уже прошла, не беспокойтесь. — Бесс надеялась, что Кавендиш не слышит, как гулко стучит ее сердце.

— Бесс, я так счастлив видеть тебя! Ты стала еще прекраснее, чем прежде. Может, найдем какой-нибудь уединенный уголок и поговорим спокойно?

Он вновь пытался обольстить ее! Бесс поняла, что пора спасаться бегством. Она вздохнула с облегчением, увидев, что к ним спешит встревоженный сэр Джон Тайн.

— Что с вами, госпожа Барлоу?

— Прошу вас, помогите мне разыскать хозяйку дома. Я не хотела бы утруждать сэра Уильяма. — Опершись на руку сэра Джона, Бесс с надменным видом удалилась.

Кавендиш бродил по комнатам Суффолк-Хауса, разыскивая Фрэнсис. Он решил во что бы то ни стало заставить Бесс выслушать его. Но для этого необходимо остаться с ней наедине. Увидев в одной из комнат Генри, Уильям обратился к нему, рассчитывая на помощь. Но Генри нахмурился и заявил:

— Я не стану обманывать Бесс — мы с ней друзья. Имей в виду, я твердо намерен защитить ее.

— От чего? — удивился Кавендиш.

— От твоих домогательств! Ты смотришь на нее с вожделением.

— Генри, Бесс уже не шестнадцатилетняя девственница, а вдова!