Загадочный наследник - Хейер Джорджетт - Страница 31

Ничего хорошего никогда не выходило из противостояния главе семейства, продолжала размышлять она, вспоминая с внутренним содроганием опустошительные сражения, которые вели Гранвилль и ее муж Руперт, когда были еще живы.

И насколько она понимала, перспектива перепалок Хьюго с Винсентом не слишком светлая. В остроте ума майор, конечно, уступает Винсенту, но если дело дойдет до рукопашной (а у нее было такое предчувствие), об исходе лучше не думать. Удивительно, что милорд позволил Хьюго отменить свой приказ. Замашки лорда Дэрракотта день ото дня становятся все более диктаторскими, а нрав — все более раздражительным. Леди Аурелия сказала, что это все признаки старости, но такое утверждение не слишком утешило миссис Дэрракотт. Его светлости действительно было восемьдесят лет, но трудно найти человека со столь молодой душой. Его энергии могли бы позавидовать и юные. И никто, увидев его верхом на лошади после целого дня, проведенного на охоте, не мог бы дать ему больше пятидесяти.

Вероятно, Хьюго спасло от неминуемого нагоняя лишь его умение держаться в седле. Милорд наблюдал, как он ехал по парку с Антеей, и, несомненно, был приятно удивлен, поскольку сказал Мэтью, что этот парень, во всяком случае, неплохо держится в седле и у него твердая рука. Миссис Дэрракотт сочла это замечание наивысшей похвалой и осмелилась лелеять надежду, что Хьюго постепенно начинает завоевывать благосклонность милорда. Она заметила также, что его светлость неоднократно бросал на Хьюго взгляды, пока разговаривал с Антеей. Конечно, утверждать, что в его взгляде теплилась доброта, было бы слишком, однако там читалось до определенной степени одобрение.

К несчастью, оно недолго там продержалось. После того как дамы удалились из-за стола и была постелена свежая скатерть, удача снова отвернулась от Хьюго.

— Могу угостить тебя бренди, если желаешь, — сказал милорд, обращаясь к Мэтью, который обошел вокруг стола, чтобы занять стул, который освободила его жена. — Прикажи Чоллакомбу, пусть принесет тебе немного.

— Осторожнее, сэр, — предупредил Винсент. — Я уверен, и не без причины, что вы предлагаете моему отцу беспошлинную выпивку.

— Естественно, — ответил его светлость. — Ты что же, считаешь меня совсем уж бестолковым?

— Очень даже толковым, — улыбнулся Винсент. — Вы во всех отношениях осмотрительны, сэр. Опасаюсь лишь, что в наших рядах предатель. — Он повернул голову и посмотрел на Хьюго, бросая ему вызов насмешливым взглядом. — Вы ведь против контрабандной торговли, кузен, не так ли?

Однако в неудобное положение попал Ричмонд, а не Хьюго. Он залился краской и опустил глаза, пожалев, что доверился Винсенту. Хьюго же весело ответил:

— Если вы имеете в виду контрафактную торговлю, то верно: я против!

Лорд Дэрракотт бросил на наследника разъяренный взгляд и рявкнул:

— Значит, ты против? А что, черт тебя подери, ты об этом знаешь?

— Немного, — смиренно ответил Хьюго.

— Тогда держи язык за зубами!

— О, я ведь и так не слишком болтлив, — доверительно сказал Хьюго. Он одарил Винсента приветливой улыбкой и добавил: — Если вы думаете, что я могу донести на вас, то…

— Донести! — воскликнул Мэтью. — Боже правый, что за ерунду вы вбили себе в голову! Полагаю, не думаете же вы, что ваш дедушка… или любой из нас… в сговоре с контрабандистами?

— Не-е-е, мне такого и в голову не приходило, сэр, — вымолвил ошеломленный Хьюго.

К Мэтью стал постепенно возвращаться былой цвет лица.

— Можете не сомневаться. Мой департамент не имеет никакого отношения к таможне. Осмелюсь заметить, я знаю о контрабанде не больше вас.

— Да перестань ты притворяться! — перебил его отец. — Я не состою в сговоре с торговцами контрабандными товарами и не дружу с самими контрабандистами. Но, видит бог, если бы мне пришлось между ними выбирать, я бы выбрал пиратов. Хотя это прозвище больше подходит сборщикам акцизов. Вот уж ловчилы! Как сороки: так и норовят тащить все, что блестит, к себе в гнездо. Вот что я вам скажу: за хороший куш они готовы упустить дюжину контрабандных грузов.

— Нет, отец, — смущенно возразил Мэтью. — Все не так уж плохо. Есть, конечно, еще такие случаи, возможно… Жалованье у таможенников маленькое, вознаграждение за арестованный груз тоже не бог весть… Вы же понимаете, Хьюго?

— А я-то думал, ты ничего об этом не знаешь, — поддел сына милорд.

— Некоторые вещи известны всем и каждому, сэр.

— Да, и любому известно, что во многие порты свободно доставляются контрабандные грузы. А вот сколько из облагаемых налогом грузов декларируется — это лишь дело договоренности между таможенным офицером и капитаном судна! — в запальчивости заявил Ричмонд.

— Ты тут не прав, парень. Какая разница? — сказал Хьюго. — Нечестность среди таможенников ничего не меняет.

— Конечно! — подхватил Мэтью. — Торговля контрабандными товарами, как это ни прискорбно, существует. Никто же не отрицает. Но пока налоги будут оставаться на прежнем уровне, соблазн избежать пошлины на такие товары, как чай, табак, спиртное, будет…

— Пока налоги будут оставаться на прежнем уровне, — сурово прервал его милорд, — таможенная служба получит ценный подарок в виде береговой охраны. Береговая охрана! Наша надежда и опора! Боже правый, меня выводит из терпения, когда я узнаю, как все больше и больше денег бросают на ветер ради так называемых превентивных мер. Теперь, когда у нас имеется специальная береговая служба, то бишь форменное надувательство, контрабанде, видите ли, будет положен конец. Могу поспорить на что угодно: эти мерзавцы пронесут товар у них под носом.

— Тут и спорить нечего, — согласился Винсент. — Лично я не имею чести быть знакомым ни с одним из этих господ — по крайней мере, пока. Но я отношусь с величайшим восхищением к людям столь дерзким. К несчастью, должен сознаться, что дерзости во мне гораздо меньше, чем в них.

Ричмонд рассмеялся, а Мэтью сказал недовольным тоном:

— Прошу тебя, прекрати молоть чепуху! Что о нас подумает Хьюго?

— О, только не это! Что это пришло вам в голову, папа? Неужели вы думаете обо мне, кузен?

Хьюго отрицательно покачал головой.

— Нет. И вообще, не мне вас судить, — вежливо вымолвил он.

Мэтью вытаращился на него, а потом натянуто рассмеялся:

— Так тебе и надо, Винсент!

— Как скажете, сэр. А в береговой охране все же что-то есть. Просветите мое невежество, кузен. Ваша праведная нелюбовь к контрабандистам берет свои истоки из… тщательно скрываемого уважения к ним или из какого-нибудь определенного случая, связанного, возможно, с торговлей шерстью?

— Теперь же вывоз шерсти из Англии легализован, — возразил Ричмонд.

— Что легализовано? — переспросил Клод, внезапно заинтригованный.

— Вывоз шерсти из страны. Но это было во времена закона, запрещающего экспорт шерсти, верно, дедушка? Тогда по всему побережью расцветала контрабанда.

— Я об этом не думал, — сказал Хьюго. — Из страны во Францию контрабандой вывозилось две вещи, пока мы были в состоянии войны с Бонапартом. И это нанесло больше ущерба, нежели контрабандный вывоз шерсти.

— Что же это было? — спросил хмуро Ричмонд.

— Гинеи и информация. Неужели вы ничего не слышали о кораблях, построенных в Кале, — тех, что перевозили деньги? Это было, конечно, еще до твоего рождения. Но именно английское золото позволяло империи держаться на плаву. Бонапарт поддерживал английских контрабандистов и получал массу разнообразной информации, что никак не облегчило нам задачи.

Ричмонд был просто обескуражен, но лорд Дэрракотт сказал брюзгливо:

— Несомненно! Но возможно, что и мы получаем информацию по тем же самым каналам. Воображаешь, что ты здесь единственный, кто считает контрабанду незаконной? Мы все так считаем! Но контрабанду породила веская причина, и что бы я ни делал, она будет продолжаться. И не говори мне о всех преимуществах и недостатках контрабанды! Плохие законы создаются для того, чтобы их нарушать!

Милорд замолк, пальцы его вцепились в подлокотники кресла, потому что у Хьюго вырвался смешок. Винсент поставил свой бокал и посмотрел на кузена: