Украденный экстаз - Хауэлл Ханна - Страница 69

– Но я могла бы помочь, – возразила она, подхватив несколько ружей, которые еще не успела зарядить.

– Угу, и заработать себе дырку. Ладно, сиди в углу и перезаряжай ружья, но не вздумай высовываться, только выкладывай их и не забывай пригибаться пониже. Береженого Бог бережет.

– Эй, этот парень смахивает на Пита! – Джед указал на мужчину, который крался к их домику, перебегая от камня к камню.

Выглянув из окна, Чарли чертыхнулся и пальнул – мелкие камешки брызнули во все стороны у самых ног Пита, который показался из-за укрытия в двадцати шагах от дома.

– Еще один шаг, и ты труп, Пит!

– Это ты, Чарли, негодяй? – заорал Пит и тут же юркнул в укрытие.

– Уж конечно, не твоя родная мамочка, засранец несчастный. Отправляйся-ка лучше к ней под юбку. Здесь мигом схлопочешь пулю, это мне раз плюнуть.

– Да выслушай меня, Чарли. Я хочу договориться с тобой. Даем вам редкий шанс остаться в живых. Меня послали потому, что мы старые друзья. Давай договоримся.

– Вот уж нет, Пит. Не надо набиваться мне в друзья, мы ими никогда не были. Я очень разборчив в выборе парней, которых называю друзьями. Выкладывай, что тебе велели передать, а потом уноси побыстрее ноги, пока я не использовал тебя как мишень, чтобы не потерять сноровку.

Чарли оглянулся на Лину, которая высунулась из-за своей баррикады в углу.

– Ну-ка немедленно спрячься, девочка. Не смей и носа высовывать.

Когда она послушно скрылась за мешками, он снова выглянул в окно.

– Ну, я теряю терпение. – Он пальнул по выступу скалы, за которой прятался Пит.

– Слушай меня внимательно. Уоткинсу нужна эта девчонка.

– Какая девчонка?

– Да ладно тебе, Чарли. Ты прекрасно знаешь какая. Чертова маленькая сучка, которая помогла Хантеру заманить Уоткинса в ловушку. Так вот, Уоткинсу нужна эта девка. Ты только передай ее нам с рук на руки, и все будет окей. И вы с Джедом спокойно уедете отсюда. Уоткинс даже готов забыть о всех твоих грешках перед ним.

– Дьявол тебя забери, Пит! Ты думаешь, что говоришь? Мы с Джедом хоть и не блещем умом, но пока еще не совсем сдурели.

– Ты хочешь сказать, что я вру?

– Вот именно! – рявкнул Джед. – Ты лжешь как сивый мерин. А ну выйди из-за камешка и докажи обратное!

– Вы же сами понимаете, что у вас никаких шансов выжить, парни. А ни одна женщина не стоит того, чтобы ради нее помирать. – Пит стал ползком приближаться к дому. – Считайте себя мертвецами, жалкие ублюдки. Совсем чокнулись. Мы же вас порежем на куски, а все равно доберемся до этой сучки.

Чарли прицелился в бугрящуюся над землей часть тела уползающего Пита и выстрелил. Ругань Пита тут же сменилась ревом боли. Чарли ухмыльнулся.

– Они и правда думали, что мы отдадим им Лину? Ублюдки!

Высунувшись из своего укрытия, Лина спросила:

– Ты считаешь, что этот договор сплошная липа? Уоткинс и не подумает сдержать слово?

– Можешь быть уверена в этом на все сто, – ответил Джед. – Он на наших глазах не раз давал такие обещания, и бедняги, которые верили ему, кончались в страшных муках. Но дело не в этом...

– Как вы думаете, что они теперь предпримут? – прошептала Лина.

– Думаю, что дадут нам небольшую передышку, пока сообразят, как получше выкурить нас отсюда, – ответил Чарли, пристально вглядываясь в горы.

Уоткинс смотрел со скалы на домик.

– Оказывается, наши старые знакомые не столь глупы, как мы думали.

Он резко развернулся и бешеными глазами зыркнул на Пита, который громко стонал и жаловался, что никто не хочет помочь ему остановить кровь.

– Если ты немедленно не заткнешься, то я разом прекращу твои страдания, всего одной пулей.

Пит тут же затих, и Уоткинс снова воззрился на охотничий домик.

– Эта хибара строилась с умом, может выдержать долгую осаду.

– Да уж. – Мартин плюнул вниз. – Будет нам кое-чего стоить.

– Ну, нам есть что расходовать. Должно хватить.

– Надолго ли хватит, если будем долго подставлять под пули своих людей? Я-то помню этого Чарли. У него зрение как у орла. Видит на километр, а стреляет – настоящий снайпер.

– Тогда мы пока не станем их беспокоить. Надолго припасов им все равно не хватит. Дождемся, когда кончатся патроны, а тогда уж и дадим прикурить. Пусть ребята постреливают время от времени, просто чтобы вынудить их тратить пули.

Уоткинс задумчиво потер подбородок.

– Как ты думаешь, сколько на все это уйдет времени?

– Понятия не имею... Только сдается мне, что кто-то их предупредил. А это значит, что и припасов у них больше, чем мы думаем. Наверное, дельце затянется.

– Если мы тут застрянем, то кто-то, глядишь, может и на подмогу примчаться. Ты же сам говорил, что Хантер разыскивает ее.

– Я выставил патрульного приглядывать за тропой. Эта бабенка Черити сказала, что вроде никто не знал про это местечко. Ты подстрелил Такмена, так что если кто и сунется, то их будет совсем немного. Конечно, здесь непременно объявится Хантер, но не сразу – домик ему придется поискать. Кстати, очень хитроумное сооружение этот домишко. Надо же было придумать – задней стеной прислонить дом к скале. Попробуй теперь окружи их.

– Пошли-ка кого-нибудь вниз, пусть расположатся вокруг дома. Только спрячутся понадежнее.

Мартин послушно двинулся выполнять приказ, но вдруг остановился.

– А как насчет того, чтобы устроить пожар? Небольшой костерок – и все сгорят?..

– Трудно. Если кому-то и удастся подобраться поближе, то нет ни сушняка, ничего горючего. Да и потом, мне эта сука нужна живьем. В дыму она может задохнуться, а это для нее слишком легкая смерть, понял? Нет, никакого пожара.

Уоткинс махнул рукой, отправив Мартина выполнять приказ, и снова повернулся к домику.

– Ну, давай окружай.

Чарли смачно выругался, когда заметил, что люди Уоткинса окружили дом с трех сторон.

– Так, кажется, начинается.

– А они не особенно торопятся, черт побери! Вроде как охота на глухарей. Уж не свихнулся ли Уоткинс окончательно?

– И не надейся, Джед. Ты получше приглядись. Ни один из них и носу не высовывает из-за укрытия. Мне кажется, Уоткинс хочет навязать нам свою волю. Дескать, стреляйте, парни, нам это даже на руку, тем меньше у вас останется патронов. Так что не очень-то горячись, расходуй экономно. Стреляй с умом. Только придерживай их в укрытии, чтобы не очень-то наглели. Может, повезет поймать на мушку парочку беспечных дураков.

Лину передернуло, она даже подскочила, когда раздался первый выстрел. Это была та особенность ее друзей, о которой она не хотела знать. Чарли и Джед знали мир насилия, мир оружия и стрельбы. Знали, что надо сделать, чтобы потом уже не беспокоиться о противнике. И сейчас это были совсем не те робкие и добрые парни, с которыми она подружилась. И в то же время это были Чарли и Джед, которые решили самоотверженно защищать ее.

Тряхнув головой, она отругала себя за дурацкие сетования. Тоже мне нежная душа! От страха мозги совсем размягчились. Ей бы радоваться, что они так прекрасно знают свое дело. Оки рискуют своей жизнью. А грозит им не просто смерть, а такая, что и черти в аду позавидуют. Включая и невинную душу, подумала она, невольно обхватив живот, в котором тревожно заворочался ребенок. Таких подонков, как Уоткинс, надо и встретить соответственно – не ведая жалости и хладнокровно отвечая ударом на удар. Так что лучше помолиться, чтобы у Чарли и Джеда не дрогнула рука. С Уоткинсом можно только так.

Она уже почти привыкла к перестрелке и начала перезаряжать ружья почти автоматически. Изредка даже сама подползала к стрелкам, чтобы они не отвлекались от выслеживания цели. Вот тут-то у нее и появилось время подумать о Хантере. Возможно, он и выехал на поиски, только она сомневалась, что он сумеет отыскать ее. Она, конечно, рассказывала ему об ОМалли, но не упоминала, где именно расположен этот охотничий домик. Он знал только приблизительно – где-то в горах Сан-Хуан. Она была уверена, что Уоткинс прикончил Черити, а вполне вероятно, и Такмена, так что не осталось никого, кто мог бы сообщить Хантеру об этом месте. Конечно, если Хантер сейчас где-то поблизости, то непременно услышит грохот перестрелки. И звон, поморщилась она, потому что пуля выбила очередное стекло, которое усыпало пол мелкими осколками. Да, звуки выстрелов разносятся эхом далеко в горах, словно отражаясь от каждого камня. А Уоткинс и не пытается вести себя тихо. Будем надеяться, не потому, что слишком уверен в победе.