Голубая кровь - де ла Круз Мелисса - Страница 2

Их новым другом недавно стал Дилан Вард — парень с печальным лицом, длинными ресницами, глазами как тлеющие уголья, обладатель запятнанной репутации. Говорили, будто за ним числились приводы в полицию и он вот только что удрал из военного училища. Ходили также слухи, что дедушка Дилана дал школе взятку в виде пожертвования на новый спортзал, чтобы внука приняли в Дачезне. Дилан тут же сошелся с Шайлер и Оливером, распознав в них таких же отщепенцев.

Шайлер втянула щеки, от беспокойства у нее заныло под ложечкой. Они отлично проводили время у Оливера в комнате: как обычно, слушали музыку и перебирали каналы на телевизоре, Оливер загружал новую версию игры «Город зла» в режиме разделенного экрана, а Шайлер тем временем листала глянцевые журналы, воображая, будто она тоже лениво валяется на плоту в Сардинии, танцует фламенко в Мадриде или в задумчивости бродит по улицам Мумбаи. А что теперь?

— Как-то я в этом не уверена, — сказала Шайлер.

Она бы сейчас предпочла вернуться в уютную комнату Оливера, а не дрожать на тротуаре, ожидая, получится ли у них проскочить фейс-контроль.

— Не будь такой пессимисткой, — упрекнул ее Оливер.

Это была его идея: покинуть уют его комнаты и бросить вызов ночной жизни Нью-Йорка, и Оливер не хотел от нее отказываться.

— Если думать, что мы войдем, то мы войдем. Весь секрет в уверенности, уж поверь мне.

Тут его «блэкберри» пискнул. Оливер вытащил смартфон из кармана и взглянул на экран.

— Это Дилан. Он уже там, будет ждать нас у окон на втором этаже.

— Я нормально выгляжу? — спросила Шайлер.

Девушку внезапно охватили сомнения касательно ее наряда.

— Отлично выглядишь, — автоматически отозвался Оливер. — Просто зашибись, — добавил он, быстро набирая ответ на смартфоне.

— Ты даже не посмотрел на меня.

— Я смотрю на тебя каждый день.

Оливер рассмеялся, потом встретился взглядом с Шайлер, покраснел, что ему было совершенно не свойственно, и отвел глаза. Его «блэкберри» пискнул снова, и на этот раз Оливер, извинившись, отошел, чтобы поговорить.

Шайлер увидела, как на другой стороне улицы у тротуара остановилось такси. Из него вышел высокий белокурый парень. И в этот же самый момент с другой стороны промчалось на большой скорости другое такси. Оно лихо завернуло, и сперва казалось, что оно объедет парня, но в последний момент тот бросился наперерез и исчез под колесами. Такси даже не остановилось, а поехало себе дальше как ни в чем не бывало.

— Боже мой! — вырвалось у Шайлер.

Парня сбили, она была в этом уверена. Машина его переехала. Он наверняка мертв.

— Ты видел?! — спросила она, оглядываясь по сторонам в поисках Оливера, которого почему-то не было видно.

Шайлер перебежала улицу, совершенно уверенная, что сейчас увидит труп, и чуть не наткнулась на того самого парня. Он стоял, пересчитывая мелочь в кошельке. Целый и невредимый.

— Ты же должен быть мертв, — прошептала Шайлер.

— Простите? — переспросил парень и насмешливо улыбнулся.

Шайлер несколько опешила. Она узнала молодого человека. Это был Джек Форс из их школы. Знаменитый Джек Форс. Один из крутых парней — капитан школьной команды по лакроссу, исполнитель главных ролей в школьном театре, автор отчетной работы о торговых пассажах, опубликованной в «Уайред»,[3] и такой красавчик, что у Шайлер не хватало духу смотреть ему в глаза.

Может, ей померещилось. Может, ей просто показалось, будто она видела, как он нырнул наперерез машине. Наверное, так оно и есть. Она просто устала.

— Я и не знала, что ты «шибанутый», — выпалила она, подразумевая поклонника стиля транс.

— Ничего подобного. Я вообще-то вон туда, — объяснил Джек, показав на соседний с дверью «Банка» вход, как раз в этот момент очень пьяная рок-звезда проводила туда через ограждение нескольких хихикающих фанаток.

Шайлер покраснела.

— А, ну да, прости. И как я не догадалась.

Джек дружелюбно улыбнулся ей.

— Почему?

— Что — почему?

— Почему ты извиняешься? Откуда тебе было это знать? Разве ты читаешь мысли? — спросил Джек.

— Может, и так. А может, сегодня день не задался.

Шайлер улыбнулась. Джек заигрывал с ней, и она заигрывала в ответ. Ну что ж, это был исключительно плод ее воображения. Джек не бросался наперерез машине.

Шайлер сильно удивило дружелюбие Джека. Большинство парней в Дачезне так много о себе воображали, что Шайлер и не смотрела в их сторону. Все они были одинаковые, со своими модными летними брюками «Дак хед» и тщательно культивируемым безразличием, со своими плоскими шутками и куртками для лакросса. Шайлер если когда и думала о Джеке, то лишь мельком: он учился на предпоследнем курсе и был обитателем планеты под названием Популярность, может, они с Джеком и ходили в одну школу, но дышали разным воздухом. А кроме всего прочего, сестрой-двойняшкой Джеку приходилась несносная Мими Форс, у которой в жизни была одна цель — опустить всех ниже плинтуса.

«Ты никак на похороны собралась?» «У тебя что, кто-то умер и оставил тебя бомжихой?» Примерно таковы были лишенные воображения шуточки Мими. Кстати, а где Мими? Они же с братом всегда были не разлей вода.

— Слушай, ты хочешь туда войти? — спросил Джек, улыбнувшись и продемонстрировав безукоризненно ровные зубы. — Я член клуба.

Прежде чем Шайлер успела ответить, рядом с ней материализовался Оливер. Откуда он только взялся? И как это у него получается? Оливеру присуща была способность появляться ровно в ту минуту, когда его вовсе не хотелось видеть.

— Вот ты где, дорогая! — произнес он с легким укором.

Шайлер моргнула.

— А, Олли! Ты знаешь Джека?

— Кто ж его не знает? — отозвался Оливер, подчеркнуто игнорируя Форса. — Крошка, ну ты идешь? — тоном собственника осведомился он. — Там, наконец, начали впускать.

Он указал на «Банк»: неиссякающий поток подростков в черном тек между колоннами с каннелюрами.

— Мне нужно идти, — словно извиняясь, произнесла Шайлер.

— Так скоро? — спросил Джек.

В глазах его заиграли огоньки.

— Недостаточно скоро, — добавил Оливер, угрожающе улыбнувшись.

Джек пожал плечами.

— До встречи, Шайлер, — сказал он, поднял воротник твидовой куртки и зашагал в противоположную сторону.

— Что-то много народу, — проворчал Оливер, когда они встали в очередь.

Он с раздраженным видом скрестил руки на груди.

Шайлер помалкивала, но сердце ее билось учащенно. Джек Форс знает, как ее зовут.

Они продвигались вперед черепашьим шагом, постепенно приближаясь к надменно взирающему на всех из-за бархатной веревки здоровенному трансвеститу с планшетом-блокнотом в руках. Клон Эльвиры-Повелительницы тьмы окидывал каждую группу испепеляющим взглядом, но никто не отводил глаз.

— Не забывай: если вдруг к нам прикопаются, просто не нервничай и мысли позитивно. Тебе надо хорошенечко представить, что нас впускают, ясно? — с жаром прошептал Оливер.

Шайлер кивнула. Они двинулись вперед, но вышибала преградил им путь. Он поднял здоровенную лапищу и прорычал:

— Документы!

Шайлер достала водительские права на чужое имя — но с ее фотографией. Руки у нее дрожали. Оливер достал такие же права. Шайлер прикусила губу. Теперь ее точно застукают и отправят за это в тюрьму! Но она помнила, что говорил Оливер. «Не нервничай. Держись уверенно. Мысли позитивно».

Вышибала сунул их права в какое-то инфракрасное устройство: устройство не запищало. Трансвестит приостановился, нахмурился, с сомнением посмотрел на Шайлер и Оливера и принялся изучать документы.

Шайлер попыталась продемонстрировать спокойствие, которого не ощущала, сердце колотилось под слоями тонкой одежды.

«Конечно же, я выгляжу на двадцать один год! Я уже бывала здесь и раньше. И с этими правами все в порядке!» — старательно внушала себе Шайлер.

Вышибала снова сунул права в устройство. Потом покачал головой.

— Неладно что-то, — пробормотал здоровяк.