Без единого свидетеля - Джордж Элизабет - Страница 42

Он без особых проблем перебрался на другой берег реки к Гейбриелс-Варф, дорогостоящему прямоугольнику асфальта примерно посредине между Ватерлоо и Блэкфрайерс — двумя мостами, соединяющими берега Темзы. Это было место для летнего сезона — полностью под открытым небом, с разноцветными гирляндами, натянутыми над площадью, и огнями, светящимися, несмотря на светлое время суток. Но зимой покупателей на торговой площади было немного. Салон проката велосипедов и роликов не привлекал ни одного клиента, и, хотя в маленьких обшарпанных галереях, протянувшихся по периметру бывшей верфи, бродили несколько любителей прекрасного, в остальных заведениях царила тишина. К этим заведениям относились рестораны и кафе, которые летом ломились от наплыва желающих полакомиться вафлями, пиццей, сэндвичами, печеным картофелем и мороженым; сейчас же случайные прохожие по большей части игнорировали их.

Нката нашел «Хрустальную луну» меж двух ресторанчиков, торгующих навынос: слева продавали вафли, справа — сэндвичи. Это была восточная часть верфи, где невзрачные лавки и галереи подпирали задними стенами жилую улочку. Верхние этажи на этой улице в силу какого-то модного поветрия были расписаны ложными окнами, каждое — в своем стиле, так что прогулка здесь казалась моментальным путешествием по Европе. Лондонские окна георгианского периода через четыре шага сменялись парижским рококо, а те, в свою очередь, уступали Венеции дожей. Таким вот образом улочка вносила свой вклад в причудливую атмосферу всей верфи.

«Хрустальная луна» тоже была выдержана в эксцентричном стиле: чтобы войти в магазин, нужно было раздвинуть вышитую бисером занавеску, на которой изображалось звездное небо с куском сыра вместо луны. Нката осилил эту преграду и открыл входную дверь, ожидая, что внутри его встретит одетая в балахон последовательница хиппи, называющая себя как минимум Афродитой, а на самом деле — обыкновенная Кайли из Эссекса. Однако, к своему удивлению, он увидел за прилавком пожилую тетушку в нежно-розовом костюме и с ниткой сиреневых бус. Она сидела на высоком стуле рядом с кассовым аппаратом и листала глянцевый журнал. Рядом с ней горела ароматическая палочка, наполняя воздух запахом жасмина.

Нката кивнул, но не подошел сразу к ней, а решил сначала осмотреть предлагаемый на продажу товар. Как и следовало ожидать, широко был представлен хрусталь, свисающий на шнурах с потолка, украшающий разнообразные абажуры и подсвечники, насыпанный горками в маленькие корзинки, расставленные тут и там. Помимо хрусталя здесь в изобилии имелись благовония, карты Таро, свечи, ароматические масла, флейты, плееры и не совсем уместные в данном заведении декоративные палочки для еды. Нката подошел к стойке с маслами.

Чернокожий мужчина в магазине. Белая женщина, одна. В обычных обстоятельствах Нката поспешил бы погасить любые мыслимые опасения, представившись женщине и предъявив полицейское удостоверение. Однако сегодня из-за Хильера и вообще из-за всего, что связано с помощником комиссара, он был просто не в настроении успокаивать представителей белой расы, будь то пожилая леди или молодой парень.

Он прочитал этикетки. Анис, Росный ладан. Эвкалипт. Ромашка. Миндаль. Нката взял в руки одну бутылочку, ознакомился со списком всевозможных применений. Поставил бутылочку на место, взял другую. За его спиной страницы переворачивались с прежним ритмом. Наконец, скрипнув стулом, хозяйка магазина заговорила.

Только оказалось, что она вовсе не хозяйка магазина. Она сообщила об этом со смущенным смешком, после того как предложила Нкате помощь.

— Не знаю, правда, смогу ли я хоть чем-то помочь, — сказала она, — но я готова попытаться. Я прихожу сюда всего раз в неделю на несколько часов, пока Гиги, моя внучка, ходит на занятия вокалом. Это ее маленький бизнес — кажется, это так называется. Чем я могу вам помочь? Вы ищете что-то конкретное?

— А для чего это все?

Нката указал рукой на полки, уставленные бутылочками с маслами.

— О, да много для чего, — ответила пожилая дама.

Она слезла со стула, подошла к витрине и встала рядом с Нкатой. Он башней возвышался над ней, но это, по-видимому, ее совсем не смутило. Она подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом, сложила руки на груди и заметила:

— Ого, вы, как я посмотрю, регулярно принимали витамины. — И продолжила делиться знаниями: — Какие-то масла используются в медицине. Какие-то — в магии. А какие-то — в алхимии. Разумеется, я сама не знаю, но так говорит Гиги. Может, на самом деле от них вообще никакой пользы. А почему вы спрашиваете? Вам масло зачем нужно?

Нката потянулся к флакону с амброй.

— А вот это тогда для чего?

Она взяла флакон из его рук и произнесла задумчиво:

— Амбра… Давайте-ка посмотрим в справочнике.

Она отнесла флакон на прилавок с кассой, нагнулась и достала из какого-то ящика огромный фолиант.

Если сама старушка не совсем соответствовала тому, что Нката ожидал увидеть в магазинчике под названием «Хрустальная луна», то тяжелый фолиант, извлеченный из-под прилавка, вполне вписался в обстановку. Выглядел он как реквизит к фильму про волшебников: толстый, в кожаном переплете, со страницами, потертыми от частого чтения. Когда старая дама раскрыла книгу, Нката невольно напрягся: а вдруг оттуда вспорхнет стая моли?

Старая дама как будто прочитала его мысли, потому что она засмеялась негромко и извиняющимся тоном сказала:

— Да. Это немного по-детски, я знаю. Но люди ожидают здесь увидеть что-нибудь в таком духе.

Она перевернула несколько страниц и начала читать. Нката подошел к прилавку и тоже наклонился над книгой, но старушка вдруг неодобрительно поджала губы и закачала головой.

— Что? — спросил он.

— Как это все неприятно. Я имею в виду то, что связано с амброй. — Водя пальцем по странице, она рассказала Нкате, что ради этого масла люди убивают бедных славных кашалотов, а само вещество используется для мщения и кары. Она нахмурилась и пристально взглянула в лицо Нкате: — Извините, но я должна спросить. Гиги пришла бы в ужас от моего поведения, но что касается некоторых вещей… Зачем вам понадобилась амбра? Вы же такой красивый молодой человек. Или это из-за вашего шрама? Мне очень жаль, что вас поранили, но должна заметить… Правда же, он придает вашему лицу какую-то значительность. Так, может, позволите предложить вам что-нибудь другое?

Она сказала, что мужчина вроде него мог бы заинтересоваться маслом душевика, которое помогает удерживать на расстоянии женщин, потому что она не сомневается, что женщины осаждают такого красавца толпами. Или вот бриония. Ее добавляют в любовное зелье, если у него есть некая женщина на примете. А еще есть репешок, он защитит от негативной энергии. Для оздоровления можно взять эвкалипт. А шалфей — для бессмертия. То есть в его распоряжении целый букет масел с приятными и добрыми свойствами, и если бы только она могла направить его на путь, который приведет к положительным переменам в жизни…

Нката понял, что момент настал. Он наконец достал удостоверение. И сказал, что масло амбры связано с убийством.

— С убийством? — Она широко раскрыла голубые, выцветшие с годами глаза и прижала ладонь к сердцу. — Господи, да уж не думаете ли вы… Неужели кто-то отравился? Но я не верю… это просто невозможно… на флаконе обязательно было бы указано… я знаю, что… наверняка дело в том…

На этот раз Нката поспешил успокоить ее. Нет, никто не отравился, и даже если бы такое произошло, магазин не нес бы за это ответственности. Конечно, если только не сам магазин применил это вещество с подобными целями. Но ведь это не так?

— Разумеется, нет. Разумеется, — выговорила пожилая дама, приходя в себя. — Но боже мой, когда Гиги узнает об этом, она придет в отчаяние. Оказаться замешанной в убийстве, хотя бы косвенно… Она самая миролюбивая девушка на свете. Правда. Если бы вы видели, как она разговаривает с покупателями! Если бы вы только послушали песни, которые она поет! Или вот ее любимые записи на дисках. Подойдите, посмотрите. Видите? «Бог внутри нас», «Духовные путешествия». И вот еще. Это все для медитаций.