Чужак в чужой стране [= Чужой в чужой земле, Пришелец в земле чужой, Чужак в стране чужой, Чужак в ч - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 56

Ла Рю призадумался.

— Да, полагаю, это в наших силах, но, доктор Харшоу, я не могу обещать воздание должных почестей даже на такой импровизированной основе. Я… я не думаю, что у меня для этого достаточно полномочий.

— И духу, — горько добавил Харшоу. — Что ж, нам не нужен цирк, поэтому скажите мистеру Дугласу, что мы придем, когда он будет не так занят. Приятно было поболтать, сынок. Когда мы придем в следующий раз, приходите встречать… если еще будете тут работать. — Он снова начал медленно и мучительно вставать, показывая, как он стар и немощен.

Ла Рю сказал:

— Доктор Харшоу, пожалуйста, не уходите! Э… Генеральный Секретарь не придет, пока я не скажу, что все готово, поэтому дайте подумать, что я смогу сделать. Хорошо?

Харшоу опустился на место, брюзжа при этом:

— Делайте, что вам там надо. Но вот что еще, пока вы здесь… Тут в толпе только что говорили… Я так понял, что сюда хотели бы прийти ребята из команды «Победителя». Они друзья Смита, так что впустите их. Мы их пристроим. Помогите нам заполнить эту часть стола, — Харшоу тяжело вздохнул и потер то место, где находятся почки.

— Очень хорошо, сэр, — согласился Ла Рю сквозь сжатые зубы и вышел.

— Джубал, — шепнула Мириам, — уж не потянул ли ты спину позавчера вечером, поднимаясь из-за стола?

— Уймись, девушка, пока я тебя не отшлепал. — Джубал с удовлетворением смотрел, как зал заполняется высокопоставленными лицами. Он сказал Дугласу, что хочет маленького и неофициального разговора… наперед зная, что его заявление притянет всех располагающих властью и рвущихся к власти, как свет притягивает мошек. А теперь (он был уверен) эти шишки будут обращаться с Майком как с повелителем… на глазах у всего мира. Пусть-ка после этого попробуют оттереть мальчика в сторону!

Стэнфорт выталкивал газетчиков, а несчастный помощник главного протоколиста весь трясся, словно нервная няня, пытаясь рассадить максимум знаменитостей при минимуме кресел. Они продолжали прибывать, из чего Джубал заключил, что Дуглас и не собирался созывать конференцию раньше одиннадцати, о чем все были проинформированы.

Час, подаренный Джубалу, предназначался для приватной предварительной встречи, которую он отверг. Что ж, такая задержка вполне устраивала Джубала.

Вошел лидер Восточной Коалиции. Мистер Канг предпочел на этот раз не выступать главой делегации своей страны; в протоколе он значился просто членом Ассамблеи, однако Джубал не удивился, увидев, как помощник главного протоколиста бросил все свои дела и помчался усаживать главного политического противника Дугласа за большой стол, рядом с местом, зарезервированным для Генерального Секретаря. Это укрепило Джубала во мнении, что Дуглас далеко не дурак.

Доктор Нельсон, корабельный врач «Победителя», и капитан Ван-Тромп, его шкипер, вместе вошли в зал и были с восторгом встречены Майком.

Джубал был доволен, поскольку мальчик теперь хоть что-то делал перед камерами, а не сидел, словно манекен. Джубал воспользовался суетой, чтобы пересадить своих людей. Он посадил Майка напротив кресла Генерального Секретаря, а сам занял место слева от Майка… чтобы можно было при случае дотронуться до него рукой. Поскольку Майк имел довольно смутное представление о человеческих манерах, Джубал придумал незаметные сигналы — примерно так управляют хорошо дрессированной лошадью — «встань», «сядь», «поклон», «пожми руку».

Впрочем, Майк не был лошадью, и потребовалось всего пять минут, чтобы он все усвоил.

Махмуд оторвался от своих корабельных друзей и сказал Джубалу:

— Доктор, Шкипер и Потрошитель тоже водные братья нашего брата, и Валентайн Майкл хотел бы закрепить это новым ритуалом для всех нас. Я велел ему подождать. Вы одобряете?

— Что? Да, конечно. Не в такой давке. — «Проклятье, сколько еще у Майка водных братьев?» — Может быть, вы присоединитесь к нам, когда все кончится? Выпьем, поболтаем.

— Почту за честь. Я уверен, остальные тоже не откажутся.

— Отлично. Доктор Махмуд, известно вам что-нибудь о других братьях нашего юного брата, которые могут еще появиться?

— Нет. На «Победителе», во всяком случае, больше никого нет. — Махмуд решил не делать ответного приглашения, поскольку оно могло выдать, как он был смущен — впервые — обнаружив собственные ответные обязательства… — Я скажу Свену и Старику.

Харшоу увидел, как вошел папский нунций, поглядел, как его усаживают за большой стол, и усмехнулся про себя. Если у этого длинноухого дебила Ла Рю и остались какие-то сомнения относительно официальной природы этой встречи, ему лучше забыть о них!

Какой-то человек похлопал Харшоу по плечу.

— Это здесь проживает Человек с Марса?

— Да, — ответил Джубал.

— Я Том Бун — точнее, сенатор Бун, так лучше, — и у меня для него письмо от Верховного Епископа Дигби.

Джубал врубил кору своего головного мозга на максимальную скорость.

— Я Джубал Харшоу, сенатор… — Он просигналил Майку встать и пожать сенатору руку. — …а это мистер Смит. Майк, это сенатор Бун.

— Рад с вами познакомиться, сенатор Бун, — сказал Майк в лучших традициях танцевальной школы. Он глядел на Буна с интересом. Он выяснил для себя, что слово «сенатор» не означает Старшего, хотя и близко по форме; но разглядывать сенатора было все равно интересно. Он решил, что грокнет это потом.

— Спасибо, мистер Смит. Не буду отнимать у вас время. Кажется, веселье вот-вот начнется. Мистер Смит, Верховный Епископ Дигби послал меня передать вам персональное приглашение посетить службу в молитвенном доме архангела Фостера.

— Прошу прощения?

Джубал подвинулся поближе.

— Сенатор, как вы знаете, многое здесь, точнее, почти все, ново для Человека с Марса. Но случилось так, что мистер Смит видел одну из ваших служб по стереовизору…

— По стереовизору — это совсем не то.

— Знаю. Он проявил большой интерес к этой службе, задал множество вопросов… но на большинство из них я не смог ответить.

Сенатор пристально посмотрел на Джубала.

— Вы не принадлежите к верующим?

— Должен признаться, нет.

— Приходите тоже. Для грешника всегда остается надежда.

— Спасибо, я приду. (Разумеется, приду, дружище! Не пускать же Майка одного в ваш гадючник!)

— Приходите в следующее воскресенье. Я скажу Епископу Дигби.

— В следующее воскресенье, если получится, — поправил его Джубал. — Мы можем оказаться в тюрьме.

Бун усмехнулся.

— «От тюрьмы да от сумы», не так ли? Пошлите словечко мне или Верховному Епископу, и вы не задержитесь там надолго. — Он оглядел зал. — Похоже, не хватает кресел. Из-за этого хамья, отпихивающего друг друга локтями, у простого сенатора не так уж много шансов найти свободное место.

— Может, вы окажете нам честь и сядете с нами, сенатор? — мягко спросил Джубал. — По эту сторону стола.

— А? Благодарю вас, сэр! Я, конечно, не сяду… но местечко знаменитое.

— Конечно, — добавил Джубал, — если вы не боитесь, что вас увидят сидящим с марсианской делегацией. Мы не хотим ставить вас в затруднительное положение.

Бун заметно колебался.

— Вовсе нет! Вообще-то, между нами говоря, епископ очень, очень интересуется этим молодым человеком.

— Прекрасно. Это кресло капитана Ван-Тромпа. Возможно, вы его знаете.

— Ван-Тромпа? Конечно-конечно, мы старые приятели, я отлично его знаю… встречались на приемах, — сенатор Бун кивнул Смиту, тяжело опустился на стул и завозился, устраиваясь поудобнее.

Все меньше и меньше людей проходило мимо охраны. Джубал увидел один спор за место, и чем дольше он смотрел, тем больше ерзал. Наконец он понял, что не может просто сидеть и смотреть на это безобразие. Тогда он переговорил с Майком. Тот хотя и не понял, зачем это, но, по крайней мере, знал теперь, что намеревался делать Джубал.

— Джубал, я сделаю.

— Спасибо, сынок.

Джубал поднялся и пошел к группе из трех человек: помощнику главного протоколиста, делегату Уругвая и крайне разъяренному человеку.