И буду век ему верна? - Полякова Татьяна Викторовна - Страница 28

– Скажу то же, что и раньше: мебель была на месте.

– Странно покрывать бывшего любовника, если он вас обманул.

– Странно, только меня никто не обманывал. Вас-то все это почему интересует?

– Это напрямую касается близкого мне человека, – с неохотой произнес он. А я начала кое-что соображать. На столе стояли фотографии, но со своего места я их не видела, оттого поднялась и взглянула. На одном из снимков была девчушка в обнимку с собакой, на другой та же особа, но уже лет двадцати, красавица с длинными светлыми волосами. Очень похожа на блондинку, с которой Стас был вчера.

– Ваша дочь? – кивнула я.

– Да. – Максим Юрьевич откинулся на спинку кресла и сцепил руки замком. – Единственная дочь. Она учится в Питере. Сейчас собирается замуж. Ее избранник – преуспевающий бизнесмен. Мне он понравился. Я дал согласие, лучшего зятя и пожелать невозможно. Две недели назад они приехали сюда, а через несколько дней я получил эту фотографию. Естественно, меня это насторожило. С какой стати присылать ее мне? Допустим, здесь он с бывшей подружкой, ну и что? У кого не было подружек? Но я все-таки решил проявить любопытство. Стас не говорил, что с этим городом его что-то связывает, оказалось, он долгое время здесь жил. И не просто жил. И эта темная история… Неудивительно, что у меня она вызвала беспокойство.

– Вы решили, что он охотник за приданым? – невинно поинтересовалась я.

– Если не хуже, – буркнул он. – Хотя его фирма процветает, я проверял.

– Тогда чего бояться?

– Моя дочь – единственная наследница, – нахмурился он.

– Ясное дело. И что? – Ответ на этот вопрос я знала, точнее, о нем догадывалась.

– Предположим, я вдруг скончаюсь. Все отойдет моей дочери. И в случае, если…

– Пусть они составят брачный договор, чего проще?

– Моя дочь – влюбленная дура. И, как все влюбленные дуры, голоса разума не услышит. Это первое. А теперь второе. Если мои опасения верны, то этот тип здорово просчитается. Я об этом позабочусь.

– Ага. И его процветающая фирма отойдет вашей дочери. Да уж, тут брачный договор ни к чему. – Максим Юрьевич насупился и стал сверлить меня взглядом. – Может, наплюете на фотографию и старые сплетни? – предложила я. – Вдруг они любят друг друга, будут жить счастливо и умрут в один день? А все их деньги достанутся вашим внукам.

– Мне бы хотелось убедиться в чистоте его намерений.

– Убеждайтесь, я не против. – Я зевнула, демонстрируя легкую скуку. – Я так и не поняла, от меня-то вы чего хотели?

– Рассчитывал, что наш разговор что-то прояснит.

– И как?

– Никак, – отрезал он. – Ваше поведение ни на что не похоже.

– А вы думали, я вам душу открою?

– Вы утверждаете, что с Малаховым вас ничего не связывает? – вдруг воодушевился он.

– Что нас может связывать? Я здесь, он, как выяснилось, в Питере. Жениться собрался. Я бы тоже замуж выйти не против, да никто не берет. Странно, я ведь красавица.

Он посмотрел на меня, словно желая проверить последнее утверждение. Я широко улыбнулась.

– Вот что, – тут его вроде бы озарило. – Стас предпочитает помалкивать о том, что жил в этом городе. Так почему бы вам не встретиться? Вроде бы случайно? Интересно, как он себя поведет? Если вы сказали мне правду и вас ничто не связывает, не вижу повода с вашей стороны отказываться.

– Вы желаете при этом присутствовать?

– Само собой.

– И как вы это провернете?

– Сегодня мы вместе ужинаем, – воодушевившись еще больше, заявил он. – Я вдовец. – Я закатила глаза, а он хлопнул рукой по столу. – Да прекратите вы кривляться! Что за наказание! У меня есть женщина, дочь о ней знает, но никогда ее не видела. Вы пойдете в ресторан со мной вместо нее. Как вам такая идея?

– Практически гениальная. Вы выдаете меня за свою подружку, и мы вместе наблюдаем за тем, как на это отреагирует Стас. А если он никак не отреагирует?

– По крайней мере, это его насторожит. И он начнет действовать, исходя из данной ситуации.

– Точно. Женится на вашей дочери и будет счастлив.

– Так вы идете или нет?

– Чего только не сделаешь от безделья.

– Значит, в 19.00 в «Египетских ночах». Буду ждать вас на входе. Постарайтесь не опаздывать.

– Я очень пунктуальна, – заверила я, поднимаясь с кресла.

– Постойте, – нахмурился Максим Юрьевич. – У вас есть какое-нибудь приличное платье?

Я уставилась на свои джинсы.

– По правде говоря, я думала, что это мой лучший наряд.

Он не оценил шутку.

– Моя подруга не может выглядеть оборванкой. Сейчас подойдете к секретарю…

– Не стоит тратиться, – перебила я. – Возьму платье у подруги.

– Прислать за вами машину? – сказал он мне вдогонку.

– Я подкачу в золоченой карете.

Парни, что привезли меня сюда, паслись в холле. Один там и остался, а его приятель отправился со мной. Мы устроились в машине, и он спросил:

– Домой?

– В ближайший салон красоты.

В салоне я приятно провела время, а главное, с пользой. Окрыленная комплиментами, поехала к Агатке. Сестрица была дома.

– Можно я потрясу твой гардеробчик?

Я приглядывалась к платьям, а сестрица – ко мне.

– У тебя свидание?

– Ага. Любовное.

– Правда?

– Не очень. Но надо выглядеть.

– Ты это серьезно? Действительно свидание?

– Не доставай. Мешаешь сосредоточиться.

Ее сомнения были мне понятны. Сестрице доподлинно известно, что все эти годы я сторонилась мужиков. А они меня. Должно быть, что-то их во мне настораживало. И правильно. Впрочем, у Агатки в этом смысле дела обстояли не лучше. Мама на днях жаловалась, что внуков ей не видать.

– Надень вот это платье, – засуетилась сестрица. – Будешь выглядеть обалденно. Кто он? А где вы познакомились?

– Он мужчина моей мечты, но пока об этом не догадывается. Если честно, у меня в этом тоже есть сомнения.

Оставив Агату гадать, что со мной происходит, я поспешила покинуть ее квартиру с двумя пакетами в руках. Заметив скамейку, плюхнулась на нее и постаралась привести себя в чувство. Выходило плохо. Стас в городе. И сегодня я его увижу.

– Ничему дуру не научишь, – в досаде пробормотала я.

Будь я умней, послала бы Максима Юрьевича подальше и ни во что бы не лезла. Охота себе душу рвать. Но уже ясно было, что ни за какие коврижки я от приглашения не откажусь. Двадцать четыре часа назад я была уверена, что умру, дожив до старости или значительно раньше, так и не увидев Стаса. И вот он вернулся…

Увижу его, и что? Да ничего хорошего. Ничего, кроме тупой боли. К ней я давно привыкла, так что в этом смысле хуже не будет. Теперь, вспоминая свою историю, я отчетливо понимала: с самого начала Стас все прекрасно рассчитал. Это я думала, что соблазняю его, а в действительности все было наоборот. Идиотка несчастная, носилась со своей совестью столько лет, мучилась, а он появился, и теперь совесть притихла, сидит не вякает, вроде и нет ее вовсе. Зачем тебе его видеть, ну, скажи, зачем? Примерно с полчаса я высказывалась в свой адрес, не гнушаясь крепких выражений. И пришла к выводу, что встречаться со Стасом ни в коем случае нельзя. Себе дороже. Разумеется, меня это не остановило. Отдышавшись, я побрела к дому.

Только я вошла в квартиру, как дверь комнаты Мин херца открылась, и появился Славка, вызвав у меня удивление. Я опять успела о нем забыть.

– Где ты была? – спросил он.

– В салоне красоты.

– В каком салоне? Я чуть не спятил, хотел в милицию звонить. Куда тебя увезли эти типы?

– Я забыла предупредить, что в салон красоты всегда езжу с охраной. Они подбирают разбитые сердца с асфальта. С твоим сердцем все в порядке?

Он покачал головой в досаде.

– Я серьезно. Что происходит?

– Меня пригласили в ресторан. Иногда такое случается.

– Кто пригласил?

– А ты всех в городе знаешь?

– Черт… ладно, не хочешь говорить, не надо. Жива-здорова, и слава богу. Обедать будешь? Я приготовил.

– У тебя есть скрытые дефекты? – спросила я, проходя в свою комнату, Славка плелся за мной. – По мне, так ты кладезь достоинств. С какой такой стати девушка тебе рога наставила?