Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание стихотворений

Брюсов Валерий Яковлевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание стихотворений - Брюсов Валерий Яковлевич - Страница 183

183

Изменить размер шрифта:

20/7 февраля 1918

Сорок пятый раз

Весенней ночью встречу звон пасхальный

Я сорок пятый раз...

И вот мечта, вскрывая сумрак дальний,

Лепечет свой рассказ.

Об том, как в детстве золотились нежно

Все праздничные дни;

Как в юности огнем любви мятежно

Томили дух они;

Как позже, злобно нападали змеи

Безумства и страстей,

В весенний праздник выползая злее

Со всех моих путей...

Вновь вижу: двое, в звоне колокольном,

Укрылись в темноту,

А на окне, пред взором богомольным,

Ветвь яблони в цвету...

Вновь вижу поле дальнее... ракета,

Взлетя, прожгла эфир...

И с перезвоном робким слился где-то

Рёв пушек и мортир.

Вновь вижу ночь семнадцатого года.

Прекрасна и светла;

Толпу пасхальную ведет Свобода,

Раскинув два крыла...

Что ж принесет мне праздник сорок пятый?

О если б глубь небес

Родному краю крикнула трикраты:

«Воистину воскрес!»

1918

Жить на воле...

Зов автомобиля

Призыв протяжный и двухнотный

Автомобильного гудка...

И снова манит безотчетно

К далеким странствиям – тоска.

То лесом, то в полях открытых

Лететь, бросая версты вспять;

У станций старых, позабытых,

Раскинув лагерь, отдыхать!

Когда в дороге лопнет шина,

Стоять в таинственном лесу,

Где сосны, да кусты, да глина,

А солнце серебрит росу.

А в холод в поле незнакомом,

От ветра кроясь за стеклом,

Смотреть, как вихрь над буреломом

Бросает новый бурелом.

Иль ночью, в дерзостном разбеге,

Прорезывая мглу полей,

Без мысли об ином ночлеге,

Дремать под трепет фонарей!

Скользя, как метеор, деревней,

Миг жизни видеть невзначай,

И встречным прогудеть напевней,

Чем голос девушки: «Прощай!»

И, смелые виражи в поле

Срезая, вновь взлетать на склон,

И вновь гудеть, и жить на воле

Кентавром сказочных времен!

Сентябрь 1917

Лунная ночь

– Банально, как лунная ночь...

Juvenilia

Смотрю, дыша травой и мятой,

Как стали тени туч белей,

Как льется свет, чуть синеватый,

В лиловый мрак ночных полей.

Закат погас в бесцветной вспышке,

И, прежде алый, шар луны,

Как бледный страж небесной вышки,

Стоит, лучом лелея сны.

Былинки живы свежим блеском,

Лес ожил, и живет ручей,

Бросая искры каждым всплеском, —

Змей – лента водяных лучей.

Час волшебством мечты пропитан, —

Луга, деревья, воздух, даль...

Сердца томит он, мысль пьянит он:

Везде – восторг, во всем – печаль!

И, лунной ночи полня чары,

Вливает песню в тишь ветвей

(Банальный гимн, как зов гитары!)

Друг всех влюбленных, соловей.

1917

Солнцеворот

Была зима; лежали плотно

Снега над взрытостью полей.

Над зыбкой глубиной болотной

Скользили, выводя изгибы,

Полозья ровные саней.

Была зима; и спали рыбы

Под твердым, неподвижным льдом.

И даже вихри не смогли бы,

В зерне замерзшем и холодном,

Жизнь пробудить своим бичом!

Час пробил; Чудом очередным,

Сквозь смерть, о мае вспомнил год.

Над миром белым и бесплодным

Шепнул какой-то нежный голос;

«Опять пришел солнцеворот!»

И под землею, зерна, чуя

Грядущей жизни благодать,

Очнулись, нежась и тоскуя,

И вновь готов безвестный колос

Расти, цвести и умирать!

17 октября 1917

Благовесть весеннего утра

Утро. Душа умиленно

Благовесть солнечный слышит,

Звоны весенних лучей,

Всё отвечает созвонно:

Липы, что ветер колышет,

Луг, что ромашками вышит,

Звучно-журчащий ручей...

Воздух отзвучьями дышит

Где-то стучащих мечей.

Гулко зовя богомольца,

Звоны со звонами спорят.

Солнце гудит, как набат,

В травах бренчат колокольца.

Им колокольчики вторят,

Тучки, что небо узорят,

В сто бубенцов говорят.

Зов звонари то ускорят,

То, замедляя, звонят.

Солнце восходит все выше.

Ярче, ясней, полновесней

Голос наставшего дня.

Гулы набата все тише,

Бой перезвонов чудесней:

Скрыты серебряной песней

Медные гуды огня.

Небо взывает: «Воскресни»,

Миру лазурью звеня.

1918

Апрельский хмель

Лиловые тени легли по последнему снегу,

Журча, по наклонам сбежали ручьями сугробы,

Развеял по воздуху вечер истому и негу,

Апрель над зимой торжествует без гнева и злобы.

Апрель! Но вокруг все объято предчувствием мая,

И ночь обещает быть ясной, и теплой, и звездной...

Ах, тысячи юношей, нежно подругу сжимая,

Свой взор наклоняют теперь над обманчивой бездной.

Весна их пьянит, как пьянила и в глубях столетий,

В жестокие темные годы пещерного века,

Когда первобытные люди играли, как дети,

И мамонт бродячий был грозным врагом человека.

Быть может, вот здесь, где длинеют лиловые тени,

Наш пращур суровый, в любовном восторженном хмеле,

На тающий снег преклоняя нагие колени,

К возлюбленной девушке ник, в тихий вечер, в апреле!

Вот солнце краснеет, скользя за черту кругозора,

Под ласковым ветром дрожат заалевшие ветки...

Вы, девы и юноши! май нас обрадует скоро:

Дышите весной, как дышали далекие предки.