Охотники ночного города - Афанасьев Роман Сергеевич - Страница 80

– Да, работы прибавилось. – Григорий потянулся за следующим печеньем. – И правда год выдался весьма суетным.

– Ну и когда это началось? – напрямую спросил Кобылин.

– Ладно, ладно, – буркнул Гриша. – Давление мы почувствовали после того, как ты стал охотником. Доволен? Только заруби себе на носу, ты тут ни при чем. Не воображай, что вся эта катавасия заварилась из-за тебя.

– Я и не воображаю, – отозвался Кобылин. – Потому что это неверно. Но я на самом деле некоторым образом в этом виноват. Потому что все началось после того, как я вынес из подвала оборотней некий чемоданчик с маленькими пузырьками.

Алексей умолк, ожидая реакции напарника. Тот задумчиво жевал печенье и разглядывал кружку с чаем. Кобылин ждал. Борода был не глуп, и должен был с первых слов догадаться, куда идет разговор.

– Ладно, – наконец сказал он. – Предположим. Это выглядит более правдоподобно, чем предположение о том, что оборотни объявили войну лично тебе. Что дальше?

– Смотри, – Кобылин наклонился над столом. – Контора похищает у оборотней некий предмет, после чего проблем у Двух Нулей резко прибавляется. Тебе не кажется, что клыкастые немного обиделись?

– Кажется, – проворчал Гриша. – Да, это как бы укладывается в тему.

– Думаю, они сколотили активную группу по образцу Двух Нулей, – сказал Кобылин. – Та самая стая, о которой предупреждал подземник. И целенаправленно травят Два Нуля. Думаю, они желают либо полностью нас уничтожить, либо добраться до этого проклятого чемоданчика. А скорее и то и другое вместе.

– Я понял, – сухо отозвался Григорий, отодвигая кружку. – Предположение интересное. Но ты не думал, что они могут так поступать, просто потому что козлы по жизни и любят убивать?

– Причина и следствие, – напомнил Кобылин. – Мы украли чемодан и получили проблемы.

– Ладно, – согласился Борода. – Предположим, что это так. Что это меняет?

– Оборотни явно замышляют очередную пакость, – отозвался Кобылин. – Нам нужно знать, что именно они хотят сделать и как это остановить. Надо прекращать эту войну, потому что мы проиграем. Все будет, как с делом зомби – гоняемся за мелочами, распыляем силы, а оборотни строят свои планы.

– Вообще-то это все вилами на воде писано, – сказал Григорий. – Это все лишь догадки. В конторе не обсуждают… ничего такого. Просто прибавилось работы, и все. Повысилась активность нечисти, надо собраться с силами, выйти на поле боя, и все такое.

– То есть генеральная линия партии остается прежней, – стреляем во все, что движется, и думаем поменьше? – нахмурился Кобылин.

– Вроде того, – сухо отозвался Борода. – И знаешь что? Это работает. И довольно давно.

– Глупо, – нахмурился Кобылин. – Нельзя же не видеть очевидного.

– Кому надо, тот видит, – отрезал Борода, – а наше дело маленькое, стреляй да прячься.

– Ладно, – отмахнулся Кобылин. – Черт с ними, с Двумя Нулями. Пусть делают что хотят, а я этого дела так не оставлю.

Борода задумчиво поворошил пальцем горку печенья, рассыпал ее по тарелке. Потом глянул на Кобылина, что оставался спокойным и невозмутимым.

– Значит, подходим к самому главному, – сказал Григорий. – Что нужно тебе, Леша? Чего ты хочешь?

– Хочу знать, что было в этом чемоданчике и куда он потом делся, – просто ответил Кобылин.

– Да что ты привязался к этой хреновине, – расстроенно буркнул Григорий. – Ну сперли что-то у оборотней, и что?

– Нужна информация, – пояснил Кобылин. – Если я узнаю, из-за чего этот сыр-бор начался, возможно, я узнаю, как это прекратить. Войну нужно заканчивать, Гриша. Я чувствую, как зреет что-то нехорошее. Еще немного, и будет очень плохо. Оборотни явно не в себе и просто так не отступятся.

– Все чувствуют, – отозвался Борода и нахмурился. – Но никто не знает, что с этим делать.

– Гриш, что это был за чемодан? – напрямую спросил Кобылин. – Что Фродо и Сэм умыкнули из подвала? Что это была за операция? И куда ты дел этот чемоданчик – ведь я точно помню, что тогда, на дороге, я отдал его тебе и Жене.

– Куда дел – с этим проще, – задумчиво отозвался Борода, почесывая кончик носа. – Позвонили – надо забрать объект. Выехал, подвез Джеймса, он забрал чемодан, отвезли его в центр, Олегу. Все.

– А операция Фродо и Сэма? – подхватил Кобылин. – Что это было? Гриш, вспоминай, ты не мог не знать, в конторе всегда треплются об операциях охотников, даже если это не касается остальных.

– Да ничего особенного не припомню, – Борода нахмурился. – Сэм и Фродо всегда особняком держались. Порой сами себе задания находили, с Олегом всегда ругались…

– Ругались? – насторожился Кобылин. – Как я?

– Вроде того, – Григорий поджал губы. – Тоже любили своевольничать, романтики, понимаешь, ночного города.

– Так это была их затея, ну, с похищением? – удивился Кобылин.

– Нет! – Григорий вдруг улыбнулся, щелкнул пальцами. – Вспомнил! Был разговор, уже после. Вообще-то тогда все говорили о тебе. Как же, знаменитость районного масштаба, двое охотников сгинули, а случайный человечек уцелел.

– Операция, – напомнил Кобылин, не желая сейчас выслушивать сплетни о самом себе.

– Да. Это была операция конторы, – сказал Григорий. – Было задание. Поручили Фродо и Сэму. Они ребята были крутые, да и фантазией не обижены, тут ведь и выдумка была нужна, в лоб гнездо оборотней не взять.

– Да уж, фантазеры еще те, – буркнул Кобылин, вспоминая первую встречу с охотниками.

– Да, припоминаю, кто-то из дежурных трепался, – Григорий нахмурился. – Точно. Планировалось изъятие объекта. Послали Фродо и Сэма. Поступила информация, что в один из дней в гнезде оборотней будет пусто. Вернее, что там будет пара новичков, недавно укушенных. Ребята выбрали время и поехали. Дальше ты сам знаешь.

– Знаю, – согласился Кобылин. – Знаю, что мы попали в самый разгар пира оборотней. Фродо, светлая ему память, помню, очень удивился, заметив камеры наблюдения. В итоге – я с объектом изъятия, как ты выразился, выбрался наружу, а ребята нет.

– Да, погано вышло, – вздохнул Борода. – Не повезло.

– Так что в чемоданчике было? – спросил Кобылин. – Что Фродо и Сэм должны были унести у оборотней?

– А пес его знает, – махнул рукой Борода. – Сам знаешь, как это бывает, – приказали принести. Принесли. Все.

– Жопа, – с чувством сказал Кобылин. – Значит, как всегда. Олег послал ребят что-то сделать, те сделали ценой своей жизни, и никто не задает вопросов, почему и за что?

– Ты, Лех, не горячись, – посоветовал Григорий. – Ты же был на дежурствах. Знаешь, как бывает – бац, и ситуация развернулась на сто восемьдесят градусов. И ты уже не охотник, а дичь.

– Знаю, – буркнул Алексей. – А ты вот о чем подумай, – если бы не я, задание было бы провалено. Если бы Фродо и Сэм не взяли меня с собой, то оба просто сгинули бы без следа в том подвале. И ни чемоданчика, ни охотников – ничего.

– Постой, – нахмурился Борода. – Это ты на что намекаешь?

– На это самое, – кивнул Алексей. – Это могла быть подстава. Фродо и Сэма послали на смерть.

– Ты, Кобылин, дурак известный, – бросил Гриша. – Но, знаешь, это ты уже вообще. Того.

– А что? – притворно удивился Кобылин. – Что не так? У Фродо и Сэма были ссоры с Олегом. Потом Олег посылает их за какой-то штукой, говорит, что никого там не будет. А на самом деле там целое гнездо клыкастых. Никто ничего бы и не узнал, если б ребятам не пришло в голову взять с собой одного доходягу алкаша, который каким-то чудом выбрался наружу, да еще и вытащил чемоданчик, из-за которого погибли два лучших охотника конторы.

– Бред, – отрубил Борода, – не было никакой подставы. Просто непруха.

– Может быть, – согласился Кобылин. – Но теперь ты понимаешь, почему так важно узнать, что это за чемоданчик и что в нем было. Ты понимаешь, что будет значить, если он пустой или в нем какой-то ничего не значащий мусор?

Борода сердито засопел, отставил в сторону чашку с чаем, забарабанил пальцами по столу. Алексей молчал, он знал, что Грише нужно сейчас все обдумать. Он лишь прикидывается простачком на посылках у конторы. На самом деле Борода, наверно, единственный из всей конторы учился у настоящего охотника. Или хотя бы у его дневника. И поэтому не питает к конторе никаких теплых чувств. Она для Гриши не дом родной, не работодатель, а кунштюка, забавная вещица, нарушавшая традиции охотников. А если уж Борода изучил тот дневник, что передал другу, то он, похоже, единственный настоящий охотник в этой конторе вольных стрелков. Как знать, не работает ли он в одиночку по ночам? Он – не в обойме, он сам за себя, как и положено настоящему охотнику. А значит, он может взглянуть на все это со стороны. Отстраненно, непредвзято.