Хроники инспектора Ротанова - Гуляковский Евгений Яковлевич - Страница 63

Теперь следовало обеспечить выход его противников в выгодную ему точку на открытой местности. Организовать это было, как ни странно, проще всего.

Он хорошо знал цель предпринятого бандитами похода. Оставить приманку в нужном месте — и ловушка захлопнется.

Пройдя по азимуту до своего схрона, он откопал свинцовый футляр, открыл его и с минуту изучал светящуюся поверхность жемчужины.

Вообще-то он просто хотел убедиться, что с камнем ничего не случилось, пока «кровавый жемчуг» лежал здесь, без всякой охраны, но получилось иначе. Камень притягивал его, поверхность жемчужины от игры световых волн казалась прозрачной, и что-то определенно скрывалось в ее глубине.

Что-то такое, что влекло его, вызывая желание потрогать камень, приблизить его к себе… К счастью, Ротанов хорошо помнил, насколько это опасно, и потому захлопнул футляр, нисколько не сомневаясь, что Линда почувствует камень даже сквозь свинцовую оболочку и в любом случае выведет на него бандитов…

Слегка прикопав тяжелую коробку посреди выбранного для обстрела открытого пространства, он отошел в подготовленное укрытие у подножия скалы.

Теперь оставалось только проверить последний раз оружие, устроиться поудобней и ждать.

Ждать всегда трудно, особенно когда приходится соблюдать неподвижность. Он не мог себе позволить размяться, потому что Барсик, скорее всего, вышлет вперед разведчика, как только увидит скалу. Оказаться на открытом месте под прицельным огнем Ротанову совсем не улыбалось.

Вскоре захотелось пить, да и поесть бы совсем не помешало. Ну это-то он мог себе позволить.

Инспектор прикончил захваченные с собой бутерброды, запил их водой из фляги и продолжил свое затянувшееся ожидание.

Часам к двум после полудня, когда Ротанову уже начало казаться, что он ошибся в своих расчетах и до наступления темноты бандиты не появятся, он услышал шум в барханах.

Там словно топталось в песке целое стадо баранов и при этом довольно громко дышало… В застоявшемся нагретом воздухе, на открытом пространстве, звуки разносятся далеко, и вскоре он понял, что это не бараны…

Бандиты шли открыто, совершенно не таясь, и Ротанов не сразу сообразил — глупость это или беспечность?

Похоже, понадеявшись на свое численное превосходство и на устрашающую поддержку песчаников, которая, впрочем, при свете дня теряла свое значение, они не ждали, что он осмелится устроить на них засаду.

Впереди шла группа из пяти человек, что в точности совпадало с информацией, полученной от Палмеса, но вот дальше, метрах в пятистах, отчетливо просматривалась вся уцелевшая после ночного боя банда. Человек двадцать, не меньше… Многовато на одного… О том, что будет еще и вторая группа, Палмес, разумеется, умолчал. Интересно почему? А впрочем, какое это теперь имеет значение? Ротанов все равно не изменил бы своего намерения выручить Линду, чего бы это ему ни стоило…

Самое неприятное заключалось в том, что он не мог вести огонь по передовой группе даже из пистолета… Они шли очень плотно, и в середине светлым пятном выделялась фигура девушки… Реактивные иглы на такой дистанции имеют значительный разброс. Придется подпустить их предельно близко, после чего времени у него останется совсем немного.

В бинокль он отчетливо видел, как сильно измучена Линда. Она шла, ни на что не обращая внимания, с трудом переставляя ноги. Платье на ней было порвано, на лице виднелись кровоподтеки… Наверно, эти негодяи не сразу поняли, что силой они от нее ничего не добьются.

По мере приближения бандитов Ротанов все отчетливее понимал, что выбрал далеко не самую лучшую позицию. После первого же его выстрела они залягут и начнут расстреливать его в упор. Для того чтобы вести прицельный огонь из игольника и случайно не зацепить Линду, ему придется подпустить их слишком близко, и этого, в своих первоначальных расчетах, он не учел… Но менять сейчас что-нибудь было уже поздно.

В центре группы, поддерживая Линду за локоть, шел сам Барсик. Ротанов узнал его сразу по описаниям Гранта. В бинокль он мог рассмотреть во всех подробностях его невысокую широкоплечую фигуру, напоминавшую ссутулившегося орангутанга. Лицо, со сросшимися бровями, на котором горели два бешеных глаза, тоже было отчетливо видно сквозь просветленную оптику. Есть такой тип людей, на физиономии которых отпечатываются все их тайные страсти.

На лице Барсика без труда можно было прочесть жестокость и презрение к чужой жизни. Такие, как О н, обладают сильной волей и, находясь в нормальных общественных условиях, успешно подавляют свои желания, не позволяя им вырваться наружу, но, как только предоставляется подходящий случай, они становятся бандитами или серийными убийцами.

Пока расстояние позволяло Ротанову присмотреться к бандитам, основное внимание он уделил их вооружению.

За поясом Барсика виднелся большой нож, похожий на мачете, кроме него, в руках у главаря банды находилось автоматическое пороховое ружье, способное очень быстро перезаряжаться и даже вести огонь короткими очередями. Рядом с ножом за пояс засунут пистолет. На игольник не похож, скорее, как и ружье, пороховой музейный экспонат.

Примерно так же были вооружены и остальные бандиты. За время ночного боя в башне он имел возможность познакомиться с их вооружением, и сейчас стало ясно, что ничего нового у них не появилось.

Их оружие лучше всего подходило для ближнего боя, и, как только он обнаружит свое местоположение, они постараются подойти как можно ближе…

Понадеявшись на это, он произвел свой первый выстрел с предельной дистанции, которая позволяла не беспокоиться за Линду, и, разумеется, промахнулся.

Бандиты немедленно залегли, однако, вопреки его ожиданиям, вперед не продвигались, а старались прижать его к земле редкими выстрелами, экономя патроны.

Вскоре он понял, что они пытаются удержать его на месте, чтобы дать возможность второй группе незаметно обойти его сзади.

В бинокль он видел, как эта дальняя группа, разделившись на две части и держась за пределами зоны поражения, стала обходить скалу…

Такой поворот событий он предусмотрел и именно поэтому занял позицию у подножия, — россыпи камней позволили ему скрытно обогнуть скалу и встретить приближавшихся противников огнем бластера.

Но, как выяснилось, особого толку от этого не было. Первыми выстрелами ему удалось вывести из строя лишь двоих бандитов, а затем они рассредоточились и продолжали приближаться уже ползком, не высовываясь из-за кустов и песчаных гребней. Неровная местность, окружавшая скалу, помогала им в этом.

Ротанову тоже приходилось экономить заряды. Аккумулятор бластера разряжался слишком быстро, и очень скоро, если бой будет продолжаться в таком же режиме, он останется без оружия. Бластер отлично подходил для поражения групповых целей, но по одиночным его огонь не слишком эффективен, особенно когда приходится экономить заряды.

Ко всему прочему, Ротанов не мог надолго оставить без внимания первую группу, оказавшуюся теперь у него за спиной. До нее оставалось всего метров пятьдесят, когда он вынужденно сменил позицию.

Теперь ему пришлось ползти обратно под не прекращавшимся ни на минуту огнем, который, по мере того как его противники подходили ближе, становился все опаснее…

ГЛАВА 33

Ротанову не удалось обогнуть скалу. Барсик со своими подручными его опередил, прежняя позиция оказалась захваченной, и, когда он, прижимаясь к земле, преодолевал последние метры, отделявшие его от укрытия в камнях, сверху на него неожиданно прыгнули два человека.

Схватка была короткой. Инспектора прижали к земле, завели руки назад и связали, прежде чем он успел оказать серьезное сопротивление напавшим на него бандитам.

Он попытался вывернуться и провести захват ногами, знакомый ему, увы, лишь по теоретической литературе. Но в результате лишь получил сокрушительный удар по голове пудовым кулаком сидевшего на нем бандита и на какое-то время отключился.