Воровка - Милованова Марина - Страница 51

Выговорившись, я замолчала и перевела дух. Нет, все-таки скандал — дело утомительное, «Но иногда весьма полезное!» — нравоучительно вставил мой внутренний голос.

Я нахмурилась и посмотрела на застывшего посреди комнаты Дейна. Тот наконец отмер.

— Так ты говоришь, что рубин светился золотым светом? — Его голос прозвучал как-то робко.

— Именно — согласилась я.— Я, кстати, тоже удивлялась, пока Талейн не объяснил, что я смешала твою кровь со своей, когда на жертвеннике тебя обнимала. Заметив его заинтересованный взгляд, поспешила внести ясность: — Когда Рейна в тебя нож всадила, я сумела разорвать ее магические путы, только они, порвались, сильно порезали меня, а потом я тебя обнимала и пыталась исцелить, а у тебя рана на груди была.

Дейн наблюдал за мной с каким-то странным выражением на лице — настороженности и чего-то еще, не совсем понятного.

— И последнее, — вспомнила я. — Вот, держи! Я сняла с головы И Протянула ему золотой обруч с рубином.— Раз ты вернулся, значит, мою коронацию можно считать недействительной. К счастью!

— Тебе не понравилось быть княгиней? — безмерно удивился Дейн.

— А что тут может быть интересного? — возмущенно фыркнула я.— Сидишь целыми днями как истукан, выслушивая бредни обладателей старческого маразма! Мне уже буквально через десять минут хочется сбежать от них лесом. И подальше.

Дейн схватился за голову и захохотал:

— Лайса, ну и сравнения у тебя! Да уж, боевая мне досталась сестренка!

— Еще скажи, что ты сомневался! — удивилась я. — Так ты обруч свой возьмешь или мне его так до вечера на вытянутой руке держать?

Дейн взял золотой символ власти и задумчиво повертел его в руках:

— Вообще-то ты должна мне передать власть только тогда, когда перед народом официально отречешься от престола.

— Слушай, Дейн,— состроила я жалобную мину.— Тебе не кажется, что за некоторые свои заслуги перед короной и тобой в частности я все же имею право на некоторые поблажки? Давай ты сейчас просто наденешь свою корону и продолжишь править, как и привык. А я наконец заживу тихо и спокойно.

— Мне еще придется объясняться по поводу своего внезапного и чудесного исцеления, — погрустнел Дейн.

— Не волнуйся,— отмахнулась я.— Я уже это сделала за тебя методом вездесущих сплетен.

— Как это? — удивился Дейн.

— Очень просто! Рассказала двум стражникам, что бог, которому тебя принесли в жертву, оказался морально не готов к твоему склочному характеру и поэтому вернул с глаз долой на грешную землю. А потом велела эту чушь донести до всех, кто попадется им по пути.

Дейн только молча вытаращил глаза.

— Ну ладно,— попрощалась я, открывая портал и помахав Дейну ручкой.— Я пошла, а ты теперь занимайся своими делами. Только не забудь челюсть с пола поднять, а то еще споткнешься ненароком!

Переступив порог своей спальни, я облегченно вздохнула. Наконец-то жизнь налаживается! Все, хватит с меня приключений.

— Я устраиваю себе каникулы! — оптимистично заявила я появившемуся через несколько минут Талейну.— Я спасла Мертвую пустошь? Спасла! Я вернула Дейна? Вернула! В Лиоде появился нормальный князь? Появился! Ну так, может, хватит? Лично я думаю, что хватит. Буду заниматься домом и... это... Детьми.

Талейн скептически хмыкнул и, скинув обувь, молча растянулся на кровати, демонстративно глядя в потолок.

— Что случилось? — подсела я к нему.— Что с тобой? У тебя неприятности? Заглянув в его глаза, я наткнулась на полыхающий бешенством взгляд. Недоуменно пожала плечами. И тут его словно подбросило на кровати:

— И ты еще спрашиваешь, что случилось? Хочешь знать, какие у меня неприятности? Моя единственная неприятность — это ты! Исчезаешь внезапно, Ничего не сказан и не предупредив! А потом я нахожу тебя мертвой. И трое суток сижу возле твоего тела, проливая горькие слезы, не отходя от тебя ни на шаг. А обо мне ты подумала? Ничего подобного! Ты сорвалась спасать своего драгоценного Дейна, даже не вспомнив обо мне!

— Неправда,— возмущенно вставила я.— Я тебе письмо написала!

— И когда я его прочел? Когда уже успел толком испугаться. А ты представляешь, что было бы со мной, если бы ты не вернулась? Уверен, ты об этом даже не подумала. Главное — спасти твоего ненаглядного друга, а то, что у меня может случиться разрыв сердца, это пустяки! Так, обычные мелочи!

Неизвестно, сколько еще времени распекал бы меня Талейн, но тут по моим щекам предательски скатились две слезинки.

— Лайса, ты чего? — испугался Талейн, тут же обнимая меня. — Не плачь, пожалуйста! Я не хотел тебя обидеть. Ну извини меня!

Но я высвободилась из его рук и серьезно расплакалась, размазывая слезы по щекам:

— Я не хотела тебя пуга-а-ать и вообще запутала-а-ась! Я не хочу никого теряя-а-ать! А расскажи я, куда иду-у-у, ты не пусти-и-ил бы! А я бояла-а-ась тебя больше не увиде-е-еть! Мне было стра-а-ашно! Я больше не буду-у-у!

Талейн отнял мои ладони от лица и поцеловал в заплаканные щеки.

— Да, правильно,— моментально перестала я разводить сырость. — Это самое лучшее успокоительное. Увеличьте, пожалуйста, дозу!

— Между прочим, я устроила Дейку хорошую взбучку,— спустя некоторое время поделилась я с Талейном.

— Он тебе это позволил? — удивился Талейи.

— Еще как позволил,— улыбнулась я.— На правах сестры.

— Чего-о? — подскочил Талейи.

— Ну я сделала потрясающий и, главное, правильный вывод: раз рубин светился золотым светом, значит, во мне присутствует кровь Дейна. В мамы или бабушки я ему явно не гожусь, а вот на роль сестры подхожу идеально. Вот и все! Конец спорам!

В ответ Талейн захохотал и зааплодировал:

— Браво! Действительно изящный выход из положения!

Я в шутку задрала нос.

ГЛАВА 50

С тех пор моя жизнь действительно потекла спокойно и размеренно. Ежедневно я подолгу обучала Гайелу магии, и, к моему удовольствию, девочка делала огромные успехи. При помощи острого ума и огромного магического потенциала Гайела все схватывала на лету, иногда опережая мои объяснения.

А по ночам я совершала излюбленные прогулки по крышам спящего города. Зачастую вместе с Талейном, сумев и ему привить любовь к нестандартному способу гуляния под луной.

— Знали бы люди, чем по ночам занимается их князь! — периодически смеялась я, сидя на какой-нибудь высокой крыше в обнимку с Талейном.

— Разве прогулки под луной — это плохо? — удивлялся он.— По-моему, очень даже романтично!

— Ага! — соглашалась я.— Только земля во-он там, внизу. А мы на крыше.

— Между небом и землей,— поддакивал Талейн.

— Да уж,— делала я трагическое лицо.— Снова все не как у людей!

Так незаметно дни сменяли ночи, а ночи сменяли дни. Аккуратно перекрасив листья из зеленого в желто-багряный цвет, в мир пришла осень. А за ней, так же незаметно, зима укрыла все вокруг белым снегом.

— Берегись! — весело кричала я, замахиваясь очередным снежком.— Сейчас сделаю самонаводящееся заклинание, бегать замучаетесь!

— А-а-а! Стреляй в колдуний! — вопили Талейн и Кайел, обрушивая на нас град снежков.

— Бей магов! — так же звонкоголосо не сдавались мы с Гайелой, обстреливая парочку холодными шариками.

Тимошка меховым клубком подскакивал в пушистом снегу выступая в нашей игре судьей.

— Стоп баталиям! — внезапно вмешался в войнушку появившийся в саду Робин.— У меня ужин готов. Прошу к столу!

Довольные и раскрасневшиеся, мы повернули к дому, по пути отряхивая с себя снег и высушивая одежду. От согревающейся ткани шел пар, и мы все, за исключением Робина и кота, были похожи на кипящие самовары.

На столе, исходя ароматным паром, нас дожидался покрытый румяной корочкой поросенок. Быстренько оставив от тушки рожки да ножки (точнее, косточки), мы разошлись по комнатам.