Воровка - Милованова Марина - Страница 50

Я отрицательно покачала головой.

— Нет! Ты не прав! — Мои глаза заблестели.— Это горячее, светлое и страстное чувство, без которого незачем было бы жить. Без него в мире было бы скучно и безрадостно. Подумай, ведь все вокруг держится именно на любви. Любовь матери к ребенку, женщины к мужчине, человека к родному дому, к земле! — Произнося все это, я не заметила, как в запале схватила бога за большую черную ладонь.— Любовь сплачивает людей, делает их сильными и счастливыми в этом огромном мире!

Почувствовав странное шевеление в голове, я замолчала, давая возможность богу прочитать и прочувствовать все, что творилось в моей голове и в моем сердце.

Вдруг Гулон выдернул ладонь из моих рук.

— Меня обжигает твоя любовь! — разозлился он. — Это действительно сильное, но разрушительное и очень опасное чувство. Не притрагивайся ко мне!

Я отступила на шаг, умоляюще глядя на черного бога.

Вдруг Гулон подался вперед:

— Я могу отпустить твоего человека, раз ты так хочешь. Но взамен ты должна мне кого-нибудь отдать.

— Кого? — растерялась я.

— Как я понял, людей ты слишком любишь,— потер руки Гулон.— Тогда отдай мне маленькое черное животное, которое я увидел в твоей памяти. Оно не человек, ты не можешь его любить.

— Кота? — ужаснулась я.— Да у меня никогда не поднимется рука на маленькое и беззащитное создание! И ты не прав, его тоже можно любить. Любовь ведь очень разная. Ты не понимаешь, о чем просишь! — Тут моя ярость стала быстро набирать обороты, Я возвысила голос, не помня себя от негодования.— Жестокий и бесчеловечный идол! Никакой ты не бог! Ты просто варвар! Ты питаешься чужой болью и страданиями! Ты отвратительное чудовище! — Тут я резко заткнулась, осознав вдруг, где нахожусь и что мне за все сказанное может светить.

Понимая, что наиглупейшим образом послала свою миссию к чертям, я расширенными от ужаса глазами уставилась на Гулона и с замиранием сердца (правда, тут, за Гранью, оно и так замерло) ждала реакции бога на мои слова. Повисла тишина.

«Дура! Кретинка! Тупая курица! — слушала я нелестные эпитеты которыми награждал меня возмущенный внутренний голос.— Это же надо так бездарно провалить все дело из-за какой-то глупейшей истерики!»

«А нечего маленьких обижать!» — слабо вякнула я про себя. И тут услышала смех. Решив, что после всего пережитого у меня появились слуховые галлюцинации, я подняла глаза на черного бога.

Гулон хохотал, едва не падая с тропа. В полном отупении я смотрела на него, не понимая, как мне расценивать его странное поведение. Сидящие и стоящие вокруг него существа стали тоже хохотать, подражая черному богу. Смех громким эхом возносился к потолку и там таял под высоким сводом.

— Забавная ты, смертная! — произнес Гулон, отсмеявшись.— Бесстрашная до глупости, наивная до умиления, и еще у тебя язык без костей, когда ты сердишься. Ты меня развеселяла! Так и быть, за твою глупую смелость я верну тебе твоего человека.

Не дослушав, я обрадованно кинулась ему на шею.

— Эй! — одернул меня странно севшим голосом грозный бог.— Ты с ума-то не сходи! Я все-таки не добрый волшебник, а жестокий и злой бог. Не подрывай мою репутацию в глазах моих подданных. И вообще, давай, покажи мне своего человека,— попросил Гулон, беря меня за руку.

Я послушно воскресила в своей памяти образ Дейна.

— Забирай! — через мгновение услышала я грозный голос.

Боясь поверить в услышанное, я открыла глаза. Рядом с троном стоял Дейн. Бледный до прозрачности, усталый до дрожи в коленях, измотанный и бесконечно удивленный, тем не менее это был он — мой родной и любимый Дейн!

Я задохнулась от переполнявшего меня счастья и осторожно обняла его.

— Все! Уходите отсюда,— прервал мое ликование Гулон.— Не топи меня в волнах твоего счастья. Мне оно не по вкусу. Запомни, тебе повезло только потому что ты глупая и наглая. Но больше у меня не появляйся. Чтобы ноги твоей здесь не было! В следующий раз, если придешь, то останешься здесь навсегда. Прощай!

Я лишь успела благодарно кивнуть в ответ, как черты бога стали таять и что-то, похожее на поток сильного воздуха, потащило меня сквозь серые клочья тумана. Я только крепче сжала руки, чтобы не выпустить Дейна, и потеряла сознание.

ГЛАВА 49

Чувствуя себя так, словно на мне прыгала целая стал мелких чертей, я застонала и открыла глаза. Перед глазами увидела какие-то мозаичные плиты. Попробовала шевельнуться, но затекшее тело отказывалось слушаться.

— Тихо! — предостерегающе произнес знакомый голос.— Не двигайся, сейчас тебе станет легче.

По телу прокатилась волна приятного тепла, и я действительно почувствовала себя лучше. Потом меня подняли и поставили на ноги, Я с удивлением обнаружила перед собой Талейна.

— Лайса! — предостерегающе произнес он. — Я, конечно, все понимаю, но еще одна подобная выходка, и я не знаю, что с тобой сделаю!

— Прости, милый! — повисла я на нем. — Но мне очень-очень нужно было сделать так, как я и сделала. К тому же я уже здесь, целая и невредимая. И, что самое главное, у меня все получилось! Ведь Дейн теперь снова рядом с нами.

— Я действительно рядом с вами, — услышала я голос за спиной. — Только вряд ли я очень вам нужен.

Я обернулась и увидела стоящего возле нас Дейна. Бархатный гроб, к счастью, был теперь пуст.

— Дейн! кинулась я к нему. — Какое счастье! — Но, резко обжегшись о плескавшееся в его глазах бешенство, я моментально растеряла все слова.

Он грубо оттолкнул мои протянутые к нему руки и быстрым шагом вышел из тронного зала. За дверью послышался какой-то звук, словно что-то упало. Причем дважды.

— Нет, черт возьми! — взбеленилась я. — Так дальше продолжаться не может! Мое терпение лопнуло! Я быстрым шагом последовала за ним, Намереваясь догнать и поставить все точки над «i».

За дверью обнаружились два стражника в глубоком обмороке.

«Так вот кто тут падал!» — усмехнулась я про себя. Щелкнув пальцами, я вернула обоих в чувство и велела быстро разнести весть о чудесном исцелении князя. Будто за Гранью он настолько надоел своим мерзким характером черному богу, что тот не выдержал и отправил князя обратно на землю. Стражники выслушали и ринулись исполнять служебный долг, а я кинулась догонять Дейна. В третьем по счету коридоре мне это удалось.

— А ну стой! — недружелюбно рявкнула я ему в спину.— И повернись лицом, потому что разговаривать с затылком мне крайне неприятно!

Дейн молча обернулся и уставился на меня, Правда, увидев ярость в моих глазах, удивленно приподнял бровь.

Схватив его за руку, я шагнула вместе с ним в портал, и мы оказались теперь уже в его спальне. Там я смогла дать волю своим эмоциям, поскольку устраивать скандал на людях мне совершенно не хотелось.

— Послушай, ты! — не на шутку разбушевалась я. — Мне надоели твои мальчишеские выходки! Ты ведешь себя словно обиженный ребенок, которому не дают конфету! Я только и делаю, что ношусь за тобой по всем возможным и невозможным местам, будто у меня своих дел мало, а ты мне еще и грубишь? Я не сплю ночами, думая о том, как тебя воскресить, а потом нарываюсь на твои грубости! Знаешь что, пора понять и принять мой выбор. Я люблю Талейна. И хочу выйти за него замуж. А тебя я тоже люблю. Но как брата! Понимаешь ты? Я слишком привыкла волноваться, выручать и переживать за тебя. Ты мне как брат! А за братьев замуж не выходят! К тому же,— вспомнила я, немного успокоившись, — рубин в обруче горел не только алым огнем, но и золотым. Понимаешь, что это значит?

Судя по удивленно взлетевшим вверх черным бровям, Дейн все отлично понимал.

— Вот поэтому,— продолжала я, — давай забудем в конце концов нашу размолвку и начнем жить дружно! У меня, кстати, никогда не было братьев, а у тебя, как я понимаю, сестер. Мы можем восполнить недостачи друг друга в этой области. Если же не хочешь идти мне навстречу, тогда я навсегда покину Лиод и переберусь в Райлен, чтобы не мозолить тебе глаза. Только ты определись наконец со своей манерой поведения, а то мне до чертиков надоели твои выходки!