Безумная Роща - Смирнов Андрей - Страница 63

Ответил ему Джакопо, дурачась:

— Как будет тебе угодно, мой король! Согласен я считаться и слепленным из теста, если за то повысят мое жалование!

Сказал король другому человеку из своей свиты:

— Иниго, а ты что скажешь на это?

Сказал тот человек (а был он рыцарского происхождения):

— Никому не позволено надсмехаться над моим родом и сомневаться в моем происхождении! Даже и от тебя я не потерплю насмешек в этом, мой государь.

Сказал ему Тедорих:

— Не держи на меня зла, ибо не хотел я тебя обидеть или чем-нибудь задеть твою честь. Не думал я, что тебя заденут те абсурдные речи, которые ведет этот старик.

Сказал королю рыцарь Иниго:

— Государь, я воин, а не шут и не циркач, и от того плохо разбираюсь в разных шутках. Кажется мне, что и впрямь лучше всего было бы отвести этого нищего в приют, ибо грешно глумиться над юродивым.

— Мой Тедорих! — Закричал нищий. — Не слушай его и не придавай тем звукам, которые издает он, никакого значения! Окружающие тебя големы ведут себя так, как положено обычным людям и говорят так, как говорили бы те на их месте!

Молвил тогда король:

— Не раз бывал я в битвах, и видел, как умирали мои люди, или бывали тяжело ранены. В жилах их, я знаю, течет теплая красная кровь — а ведь големы, как написано в книгах, должны были бы состоять из глины, из дерева или из камня, или, как говоришь ты, из субстанции, подобной тесту.

Сказал нищий:

— Субстанция эта может принимать любой цвет и вид. Если могла она над твоей головой принять вид голубого неба, то с той же легкостью может принять и вид красной крови!

Сказал ему король:

— Если эта субстанция принимает ту форму, которую я желаю видеть, почему еще случаются в моем королевстве преступления и беззакония? Почему время от времени происходит у меня война с соседями? Ведь если то, что говоришь ты, верно, давно должны были покориться моей власти все соседние государства.

Сказал нищий:

— Случаются в твоей стране преступления и распри для того, чтобы ты мог вершить свой мудрый суд и не ощущать себя здесь ненужным. Соседи же твои — не короли, подобные тебе, но Владыки Безумия, и их забавляют войны, которые ты ведешь с ними. Солдаты вражеских армий — та же субстанция, о которой говорил я, и отважно дерутся эти солдаты для того, чтобы ты мог проявить еще большую отвагу, побеждая их.

— Рассуждая подобным образом, — произнес король, — можно предположить также, что эта субстанция могла принять вид отвратительного нищего, сочиняющего разные небылицы. И если ты станешь отрицать это, спрошу я тебя, отчего я должен верить твоим словам больше, чем словам верных мне людей?

Сказал ему нищий:

— Мой Тедорих, нет у меня доказательств, которые убедили бы тебя в правдивости моих слов. Надеюсь я лишь на то, что ты поверишь моим словам вопреки тому, что видишь. И еще я надеюсь на то, что, быть может, пробудятся в тебе некие воспоминания относительно меня, ведь некогда мы с тобой близко знали друг друга!

Сказал ему король:

— Не узнаю я тебя, старик, и твердо уверен, что вижу тебя впервые.

Сказал ему нищий:

— Я — твой отец, неужели ты не узнаешь меня?

Возмутились, услышав это, люди короля, и так сказали Тедориху:

— Надлежит немедленно убить его, или силой отвести в приют, ибо дерзки и безумны речи, которые ведет он. Прислушиваться к тем речам или даже допускать, чтобы они звучали открыто — значит подстрекать народ к мятежу и оскорблять память вашего отца, который был нам добрым государем.

Заплакал тогда нищий и так обратился к королю:

— Выслушай меня, Тедорих! Некогда был я волшебником, и было у меня два сына. Не из великих я был волшебников, но и не из малых. Младший мой сын, Танталь, имел некоторый талант к магии, хотя и не желал ей учиться должным образом. Старший же, напротив, был прилежен. Но он не имел таланта. Обидным казалось старшему, что младший превосходит его во всем, хотя и не прикладывает к тому усилий, а он сам не может, даже и посредством долгих трудов, достичь и десятой части того, что доступно младшему. Также была у старшего жена, которую он сильно любил, однако стал он со временем замечать, что все чаще и чаще смотрит эта женщина на его брата, который был красив и молод. Также отец их обоих отдавал предпочтение младшему, ибо ближе, чем старшие, младшие дети родительскому сердцу.

И вот, углубился старший в изучение книг, опасных для разума, надеясь отыскать там способ стать кем-то большим, чем был он сам. Не желал он оставаться вторым в сердцах тех, кто был ему дорог, но хотел заслужить у них любовь и уважение. Однако, как говорил я уже, не обладал он талантом к магии и от того не смог избегнуть некоторых ловушек, таившихся в книгах, которые читал он. Он повредился рассудком и ушел в Царство Безумия, и стал его пленником, а его отец и брат не могли последовать за ним и как-нибудь помочь ему, потому что только тот может войти в это Царство, кто несет его в себе самом. Но вот, когда узнал отец полную цену горя и отчаянья, пришел к нему в дом некий человек (а был этот человек — из могущественных). Спросил человек: «Чем славен этот дом?» Сказал ему отец: «Нет здесь никакой радости или славы, но погружены все обитатели этого дома в глубокий траур, ибо сын мой сгинул в Царстве Безумия.» Сказал человек: «Наверное, ошибаешься ты, говоря, что нет в твоем доме ничего необыкновенного. Привели меня к твоему порогу Пути Силы, и чувствую я, что можем быть мы друг другу полезны, ведь я — из числа Владык Безумия.» Сказал хозяин дома: «Милорд, прошу, верните мне моего сына.» Сказал ему пришелец: «Не я забирал твоего сына. Однако я могу попробовать отыскать его. Но скажи, каким образом он повредился в рассудке и что было тому причиной?» Сказал ему отец: «Есть у меня в доме некая книга, не предназначенная для людей, но лишь для Обладающих Силой или волшебников, равных им в Искусстве. Книгу эту написал Агравис Мудрый, а мой прадед добыл ее из Вороньего Города, из дома ученика Агрависа, когда опустел этот город после второго появления там Гасхааля. Сходит с ума всякий, открывающий эту книгу, и никто не знает, что написано в ней — подозреваю, что сын мой, понадеявшись на удачу, открыл книгу Агрависа и повредился в рассудке.» Сказал тогда пришедший: «Твой рассказ заинтересовал меня. Отдай мне эту книгу — и, обещаю, помогу тебе отыскать твоего сына в Царстве Безумия.» Сказал отец пришедшему: «С радостью.» И вот, вступили они в Царство Безумия, и долго шли там, но сила Владыки хранила отца от опасностей дороги, пролегавшей сквозь это Царство. Отыскали они и место, где ныне обитал старший сын, забывший о том, что было с ним прежде. Отныне он жил в собственном королевстве, созданном из податливой материи Бреда, и полагал, что родился в этом королевстве и давно правит им. Сказал Владыка Безумия своему спутнику: «Иди к нему. Если сумеешь разубедить его в истинности того, что он видит и увести его из этого места — освободится он от заклятья, что наложил на себя сам. Если же нет — не обессудь: он останется здесь.» Тогда пошел отец к своему сыну и стал умолять его вспомнить о прошлом, которое связывало их и поверить его словам… Вспомнишь ли ты, Тедорих, это прошлое? Поверишь ли мне?

Сказал король нищему:

— Занимательную историю изобрел ты, и, будь мы персонажами какой-нибудь сказки или поучительной истории — обязательно надлежало бы мне поверить тебе, и пойти с тобой, ибо чувствую я, что ты искренне веришь в то, что говоришь. Однако есть у меня многие обязательства и многие дела ждут меня во дворце, и не стану я больше тратить время на выслушивание твоих глупостей.

Воскликнул нищий:

— Прошу, поверь мне, Тедорих! Совсем рядом дожидается нас Владыка Безумия — а он не станет ждать долго, и если уйдет он, нас не дождавшись, никогда уже не сможем мы отыскать обратную дорогу!

Спросил король старика:

— И где же находится этот Владыка?

Сказал старик:

— Не так далеко отсюда — до него всего только двести или триста шагов.