Король-колдун - Смит Джулия Дин - Страница 45

До рассвета оставалось еще несколько часов, когда дрожащая Атайя проснулась и обнаружила, что парчовые занавески кровати отдернулись от ветра. Потоки холодного ночного воздуха проникали сквозь брешь в занавесках и покалывали обнаженную кожу. Проследив глазами за источником бледного света, Атайя обнаружила Джейрена, сидящего в нише окна и закутанного в тяжелую меховую накидку. Он щурился, разглядывая листок пергамента в слабом свете масляной лампы.

— Джейрен?

Бумага нежно хрустнула в его руках.

— Ш-ш-ш, спи. Я решил немного почитать… может быть, приведу в порядок то, что мы записали в дневник сегодняшним утром.

Атайя нахмурилась.

— Ты ни разу по-настоящему не выспался с тех пор, как мы прибыли сюда.

— Ты обвиняешь меня в этом? Если ты заметила, нас не очень-то жалуют во дворце. Это все равно что лечь вздремнуть в волчьем логове.

Атайя вытянула руки, пушок на ее предплечьях стал дыбом от холодного воздуха.

— Иди сюда. У меня ноги замерзли.

— Знаю, — сухо отвечал Джейрен. — Это другая причина, почему я решил подняться.

Атайя тряхнула головой, позволяя черным локонам волос соблазнительно упасть на плечи.

— Почему бы тебе не согреть их?

Глаза Джейрена заскользили по изгибам ее плеча и груди, живописно освещенной золотистым светом лампы и выступающей из-под одеяла словно полумесяц, пробивающийся сквозь гряду облаков. Решив, что не стоит и дальше отстаивать свое мнение, Джейрен забросил пергамент и, улыбаясь, направился к Атайе.

— Слушаюсь, ваше высочество.

Он поставил лампу у подножия кровати и скользнул под стеганое одеяло, подальше от свежего ночного воздуха. Атайя издала тихий стон, утонув под тяжестью его тела и признаваясь себе, что никогда раньше ей не было так хорошо в этих четырех стенах.

Джейрен отпрянул, резко прервав то, что обещало стать долгим и опьяняющим поцелуем.

— Что это?

— Ничего, — сонно пробормотала Атайя, притягивая его назад. — Вероятно, Дриана разжигает огонь в соседней комнате.

— А не рановато ли для огня?

Атайя прикоснулась губами к шее Джейрена, медленно пробираясь к его рту.

— Не будь таким подозрительным.

— Атайя, в этом замке найдется немало желающих обнаружить нас убитыми в собственной постели. Ничего не остается, как только быть подозрительным.

Несмотря на ее недовольный стон, Джейрен выбрался из-под одеяла и прокрался к двери, всматриваясь в темноту соседней комнаты.

Куда ведет дверь из комнаты прислуги? — безмолвно спросил он.

Атайя напряглась — без серьезной причины Джейрен не стал бы так осторожничать.

Дальше в комнату Дрианы и вниз во двор башни.

Джейрен отскочил от двери, хватая свою меховую накидку и бросая Атайе халат, лежащий в ногах кровати.

Вставай быстрее и прячься. Кто-то идет сюда.

Дриана?

Джейрен наклонил голову.

Если только с обеда она успела отпустить бороду.

Стараясь не дышать, Атайя натянула халат и отступила в дальний угол комнаты.

Она произнесла скрывающее заклинание, сделавшее их невидимыми, а секундой позже Джейрен, пригнувшись, пробрался к ней и крепко сжал руку принцессы.

Мэйзон создавал приманку с использованием определенного вещества, но у меня нет зеркала, придется обойтись простой иллюзией.

Через три удара сердца изображение Джейрена и ее собственное возникли на перине. Призраки мирно спали, взявшись за руки, бестелесные ноги переплелись на простынях, а бесплотные лица золотились в свете лампы.

Изображение возникло за мгновение до того, как незваный гость осторожно подкрался к кровати, резко выпрямившись при внезапном скрипе собственного башмака. Иллюзия была сработана на скорую руку, но только очень зоркий глаз смог бы разглядеть в тусклом свете лампы, что фигуры выглядят не совсем правдоподобию. Очертания скул Атайи выделялись слишком резко, а глаза Джейрена были расставлены неестественно широко. И если бы пришелец вгляделся более тщательно, то он непременно обнаружил бы, что грудные клетки спящих не поднимаются и не опускаются в такт дыханию, а матрас совсем не прогнулся под тяжестью тел.

Фигура в капюшоне придвинулась ближе, осторожно переставляя ноги, опасаясь, видимо, повторного скрипа башмаков. Пришелец бросил взгляд на лампу, затем — на колдунов, решив после секундной паузы, что слабый свет не сможет потревожить спящих, в то время как его исчезновение вполне способно разбудить их. Не обращая внимания на призрак Джейрена, он обошел кровать, подойдя к той ее стороне, где рас полагался призрак Атайи. Обходя кровать, пришелец оказался на опасно близком расстоянии от своих настоящих жертв. Атайя и Джейрен старались не проронить ни звука, чтобы до срока не выдать свое присутствие.

У него с собой корбал, — послала сообщение Атайя, почувствовав приближение тревожащего зуда в голове. — И, похоже, не один. Они завернуты, но я могу ощущать их.

Тут же последовал спокойный совет Джейрена.

Тогда приготовься противостоять им — прямо сейчас, пока у тебя есть время. — Затем, после секундной паузы, он добавил: — Хотя, если у него с собой корбалы, почему он не использует их?

Атайя пожала плечом.

Видимо, ему известно, что я могу противостоять силе кристаллов. После того, что произошло перед воротами замка, когда мы прибыли сюда, весь двор уже знает об этом. Должно быть, он захватил кристалл, чтобы использовать его в крайнем случае. Я могу не чувствовать боли от воздействия кристалла, но не смогу и защитить себя с помощью заклинаний.

Джейрен бессильно сжал кулаки, больше всего на свете жалея, что несколько минут назад вместе с меховой накидкой он не схватил и нож.

А меня кристалл полностью лишит способности сопротивляться.

С помощью магии, — напомнила Атайя. — Это твой шанс узнать, как сможешь ты противостоять врагу, если в твоем распоряжении не будет всего богатства магических приемов.

Принцесса пальцем коснулась лба Джейрена, беззвучно произнося заклинание. В следующее мгновение Джейрен сморщил нос, испытывая ощущения, обычно сопровождающие наложение печати, — его магические силы словно заткнули пробкой, как бутылку превосходного эваршотского вина.

Ну вот, теперь мы готовы ко всему, что бы он ни задумал.

В оставшееся время Атайя попыталась настроить себя на противостояние все еще скрытым кристаллам, которые принес пришелец, отдавая команды мозгу и приводя его в готовность перед битвой с кристаллами. Она начала перечислять последовательность мастеров Совета, приводя свой мозг в состояние магической концентрации, — мозг поддавался муштре, словно дрессированный жеребец малейшему натяжению поводьев. Кредони, лорд Первого Совета, двадцать шесть лет, Сидра, лорд Второго Совета, одиннадцать лет… Принцесса представила кристалл перед своим мысленным взором — ослепительный миниатюрный ландшафт, состоящий из фиолетовых долин и горных вершин, затем сосредоточилась на сердце кристалла — источнике его силы, откуда приходили лживые послания о мнимой боли.

Тень фигуры в капюшоне плясала на стене, в то время как пришелец открыл тонкий флакон и побрызгал жидкостью цвета крови на серебристое лезвие простого крестьянского ножа, используемого для забоя домашней скотины. Затем, согнувшись над призрачной фигурой принцессы, он одним мощным ударом вонзил лезвие в ее беззащитную шею. Однако вместо того чтобы разрезать нежную плоть, лезвие глубоко вонзилось в подушку, оставив ужасную темно-красную рану на белой наволочке и выпустив вверх тонкую струйку перьев.

Человек издал вздох и отпрянул, нож заплясал в его руках. Пока пришелец не пришел в себя, Атайя вышла из своей сосредоточенности и выпустила маленький залп ведьминого огня, осветившего комнату мутным красноватым светом. Мужчина изумленно уставился на неизвестно откуда взявшийся огненный шар, расцветший прямо над его головой, затем вновь расширил глаза, когда Атайя рассеяла заклинание, скрывавшее их с Джейреном. Иллюзорные фигуры на кровати растворились, словно дым, унесенный ночным бризом, а наемный убийца, обнаружив обман, отступил назад, оскалив зубы, словно загнанный в угол пес.