Упрямая невеста - Гринвуд Лей - Страница 6

Сделав заказ, Расс стал расспрашивать Танзи о том, как она добралась до Боулдер-Гэп.

– Я видела, как вы преследовали бандитов, – сообщила Танзи, когда речь зашла о налете на почтовую карету.

– В последнее время участились ограбления. Вот я и решил приструнить этих ребят, чтобы не вздумали напасть на вас по дороге в Боулдер-Гэп.

– Очень благородно с вашей стороны. Я не знаю ни одного мужчины, который мог бы так же поступить.

Расс немного смутился, видимо, не привык к похвалам. Другой на его месте принял бы ее благодарность как нечто само собой разумеющееся. Когда подали первое блюдо, Расс вздохнул с облегчением. Во время обеда он рассказывал Танзи о ранчо и своих планах на будущее. К тому времени, когда официант принес кофе, их разговор принял более интимный характер.

– Почему вы решили найти себе мужа посредством переписки? – осторожно поинтересовался Расс.

Девушка не ожидала этого вопроса.

– Дело в том, что, живя в Сент-Луисе и работая в игорном клубе, я не смогла бы остаться порядочной женщиной и создать семью. Надеюсь, все это останется между нами и в Боулдер-Гэп об этом никто не узнает.

– А зачем вы отправились в Сент-Луис?

– Чтобы найти себе мужа.

– Но вы такая хорошенькая, что могли с легкостью найти мужа в Кентукки.

– Ошибаетесь. Мой дядя хотел насильно выдать меня замуж за своего сына. Отис похож на опоссума, и у него глаз все время косит в сторону.

– Насчет меня можете не волноваться, я буду вам верен.

– Я имела в виду, что его глаза смотрят в разные стороны. У них даже цвет разный. К тому же я ненавидела его лютой ненавистью.

– Полагаю, там были и другие мужчины, которые мечтали сделать вас своей женой.

– Все не так просто. Одна часть моих родственников всегда воевала с другой частью родственников, и чтобы выстоять в этой войне, нам приходилось жить кланом. Женщины выходили замуж лишь с разрешения мужчин. Выбирать себе мужа нашим женщинам тоже не позволялось. Только так можно было выжить. Но вы, владелец большого ранчо, к тому же весьма привлекательный внешне, могли найти себе жену без всякой переписки.

– Здесь, в Колорадо, найдутся лишь две-три подходящие на эту роль женщины, но ни одна из них не согласилась бы стать моей женой. – В его взгляде появился стальной блеск. – Я не хочу иметь ничего общего с женщинами легкого поведения. Характер у меня не из легких, но я в состоянии позаботиться о жене. И взамен требую верности.

Танзи знала, что такое верность, и была полностью согласна с Рассом. Но она почувствовала в его словах какой-то скрытый смысл. И ожесточенность.

– Что ты здесь забыл, Тибболт? – К ним подошел грузный мужчина.

– Мне кажется, это свободная страна, Генри.

– В таком случае отправляйся в другое место.

– Почему бы тебе самому не отправиться в другое место, где меня нет?

Генри повернулся к Танзи:

– Вы с виду порядочная женщина. И если дорожите своей репутацией, вам не место рядом с этим человеком. – Он повернулся к Рассу: – Чтобы после обеда тебя не было в городе.

– Да? А я рассчитывал провести пару веселых деньков на постоялом дворе. – Расс улыбнулся, но его взгляд оставался холодным и настороженным.

Одутловатое лицо Генри пошло красными пятнами, щеки нервно задергались.

– Я уже сказал: тебе здесь нечего делать. Убирайся в свои горы к ворованным коровам.

Глаза Расса потемнели.

– Ты еще пожалеешь о своих словах.

– Ты смеешь мне угрожать?

– Ты, Генри, глупо поступаешь, позволяя Стокеру командовать собой. Мой старик всегда считал, что ты один из немногих в Боулдер-Гэп, кто способен дать отпор любому и постоять за себя. Давай-ка догоняй свою жену, а то она подумает, что ты вертишься вокруг нас, чтобы поглазеть на мисс Галлант.

Щеки Генри раздулись, как два шара, и он стал похож на жабу. Круто повернувшись, он зашагал к двери.

От Танзи не ускользнуло, что сидящие за соседними столиками прислушиваются к их разговору. Да и не только за соседними. Потому что разговор шел на повышенных тонах.

– Надеюсь, вы объясните мне, почему все вас ненавидят. Я не из тех, кто идет проторенной дорожкой, но мне придется хорошенько подумать, прежде чем выйти замуж за человека, вызывающего всеобщую антипатию.

– Все это дело рук Стокера Пуллета. Он ненавидит меня, и его можно понять. Десять лет назад я убил его брата. Но это была честная борьба. Прошло много времени, и пора забыть эту историю. Но Пуллет не может успокоиться, считает, что я унизил его, извалял в грязи. Хотя на самом деле это не такая уж высокая цена за причиненное его семьей зло. И вот теперь он пытается выжить меня из Колорадо.

Танзи охватило отчаяние. Оказывается, Расс убил человека. Не важно, в честной борьбе или нет. Однако надежда все еще теплилась в ее сердце. Ведь Расс убил десять лет назад. За это время он мог измениться и совершенно по-другому воспринимает жизнь.

– Вы уедете? – спросила она.

– Нет. Здесь мой дом. Но эта история не повод для беспокойства. С тех пор я никому не причинил зла. – Он грустно улыбнулся. – Я просто образец для подражания.

Но Танзи никак не могла успокоиться. Возможно, Расс распрощался со своим прошлым, а Стокер Пуллет – нет. В семье Танзи всегда помнили о том, кто и кем был убит. Эта память переходила из поколения в поколение. Об этом не забывали. Никогда. Все, кто брал женщин из их клана в жены, рано или поздно должны были взять в руки оружие и отомстить за убитого родственника.

Вражда могла тянуться десятилетиями. Хуже этого ничего не бывает, подумала Танзи.

– Рада слышать, что теперь вы образец для подражания, – улыбнулась Танзи. – Но я выйду за вас замуж лишь при одном условии.

– Я приму любое, – промолвил Расс.

– Я не хочу детей.

Глава 3

До этого дня Расс не подозревал, что существуют женщины, которые не хотят детей. Для него дети были такой же естественной составляющей семьи, как и жена.

– Но почему вы не хотите детей? – спросил он.

– А вы разве хотите?

– Разумеется. Любой мужчина хочет.

– Не любой. Зачем вам дети?

– Я должен кому-то оставить ранчо.

– Оставьте его жене, своим помощникам, окружному управлению школами, наконец, церкви.

– С какой стати оставлять чужим людям все заработанное непосильным трудом?

– Но ведь ранчо можно продать и спокойно жить на вырученные деньги. Можно купить жене дорогостоящие драгоценности. Тогда все убедятся, что вы так же удачливы, как и Стокер Пуллет.

То, что предлагала Танзи, не вдохновило Расса. Ее нежелание заводить детей пробило брешь во всем этом увлекательном проекте с женитьбой. Он хотел детей вовсе не потому, что ему нужны были рабочие руки на ранчо или в доме. Ведь можно кого-нибудь нанять. Расс не мог ответить на вопрос, зачем ему нужны дети. Но уж точно не для того, чтобы они будили его своими криками среди ночи, и не для того, чтобы транжирили его деньги в игорных клубах, и уж точно не для того, чтобы вытворяли что-нибудь из ряда вон выходящее.

– Неужели у вас нет родственников, которым вы могли бы все это оставить? – спросила Танзи.

– У меня никого нет. Моя мать потеряла связь со своей семьей, когда они с мужем переехали на Запад. После того как отца убили во время бандитского налета, мать осталась одна, и ей был нужен кто-то, кто помог бы выжить ей самой, ее дочери и тому ребенку, которого она носила под сердцем. Ее второй муж невзлюбил меня. Его раздражало во мне абсолютно все. И то, что я рослый и крепкий, и то, что, по его мнению, много ем, и то, что вечно попадаю в разные истории.

Расс не собирался посвящать Танзи в подробности своей жизни, но как-то так получалось, что прошлое не отпускало его. Расс до сих пор не мог забыть, что в спорах мать всегда была на стороне отчима, никогда не пыталась понять собственного сына. Преследовавшее его с детства одиночество постоянно напоминало о себе и причиняло боль.

– Но почему вы против детей? – спросил Расс.