Лорел - Гринвуд Лей - Страница 64

– Возможно, но ему, однако, суждено умереть, как всем остальным.

Но Эллисон не желал Рандольфу смерти. Более того, ему начало казаться, что Хен Рандольф сделал для него гораздо больше, чем кто-либо из родственников за все шестнадцать лет.

– Вижу, ты совсем ничего не ел. Скоро ты высохнешь и станешь худым как щепка, – заметил Тайлер, собирая после завтрака тарелки со стола.

– Что это такое? – спросил Хен, пренебрежительно ткнув пальцем в пищу.

– Насколько я помню, раньше тебя, в отличие от Монти, не интересовало, как выглядит еда. С тобой творится что-то неладное. Ты принял случившееся слишком близко к сердцу.

– Беспредметный разговор. Напрасно стараешься.

– Ты всегда был упрямым как осел. Самым упрямым обычно считали Монти, но он просто привык поднимать много шума.

– А вот ты ведешь себя так, словно знаешь ответы на все вопросы.

– Если это тебя утешит, то признаюсь, что знаю далеко не все ответы.

– Я уже и сам заметил.

– С каких это пор ты стал таким проницательным?

– Неважно. Главное в том, что ты зашел в тупик и не знаешь выхода.

– А ты знаешь?

– Возможно. Только вряд ли ты последуешь моему совету.

Хену нечего было возразить. Он не привык делиться проблемами с младшим братом. Чем Тайлер может помочь?

– Естественно, я не собираюсь прислушиваться к советам человека, который рассылает пугающие людей телеграммы и распространяет слухи.

– Прекрати раздражать меня и поговори с Джорджем. Вряд ли у тебя получится.

– Что вряд ли получится?

– Вывести меня из терпения. Я перестал обращать внимание на вас с Монти уже несколько лет тому назад.

Хен с удивлением посмотрел на младшего брата. «Похоже, Тайлер повзрослел. Странно, что я не заметил, – подумал молодой человек. – Что же еще я упустил из внимания?»

Джордж сидел за столом и писал письмо, когда в комнату вошел Хен.

– Не отвлекайся, – заметил вошедший, когда Джордж отложил перо в сторону. – Я подожду.

– Думаю, не стоит откладывать разговор, – отозвался старший брат, закрывая чернильницу и поворачиваясь лицом к гостю. – Со дня моего появления в городе ты с успехом избегал меня.

– Тебе не следовало приезжать. Глупо с твоей стороны было поддаться на небылицы Тайле-ра. Кстати, как Роза?

– Прекрасно. Хен прищурился.

– Она ведь ждала ребенка, не так ли? Джордж; широко улыбнулся.

– Перед самым отъездом она родила девочку с темными волосами и огромными карими глазами.

– Значит, она как две капли воды похожа на тебя.

– Возможно, но я настоял, чтобы ее назвали по имени матери: Элизабет Роза.

Хен от души порадовался счастью брата. Роза всегда хотела иметь много детей, но по состоянию здоровья не могла. Пару лет назад она тяжело пережила потерю ребенка. И все боялись, что она больше не решится на другого ребенка. Но, видимо, ее плохо знали: если она чего-то очень сильно хотела, непременно добивалась.

Джордж; пронизывающим взглядом посмотрел на брата.

– Но ты же пришел сюда не за тем, чтобы говорить о новорожденной племяннице?

– Проклятье! Я и сам не знаю, зачем пришел.

– Знаешь, только не хочешь признаться. Ты никогда не умел выражать свои мысли и чувства.

Джордж замолчал. Хен понимал, что пришло время объяснить причину визита, но не знал, с чего начать.

– Ты считаешь меня убийцей? – вырвалось у молодого человека. Возможно, не стоило так прямо ставить вопрос, но именно из-за него он и пришел. Казалось, все зависело только от ответа Джорджа.

– Конечно, нет.

– Но я убил несколько человек.

– Я тоже. Однако не считаю себя убийцей.

– Ты другое дело. Ты убивал на войне.

– Но я бы убил снова, если бы возникла такая необходимость.

– Это совершенно разные вещи, – возразил Хен. – Ты мог бы многое сделать в случае необходимости, но не сделал. Мне же неизбежно приходится то и дело нажимать на курок.

– Напротив, мне всегда казалось, что ты до последнего момента избегал пользоваться оружием.

Хен выглядел удивленным.

– Но так думаешь, должно быть, только ты.

– Ошибаешься. Мы все так думаем. Например, Монти не раз говорил то же самое.

Хен призадумался. Вполне естественно, что семья, особенно брат-близнец, старались видеть в нем только хорошее. Кто же захочет признать, что его брат – убийца?

– Ты знаешь, почему этот город нанял меня?

– Нет.

– И не догадываешься?

– Не ходи вокруг да около. Скажи сам.

– Жители Сикамор Флате постоянно страдали и несли потери от набегов грабителей, которые убили трех предыдущих шерифов. Питер Коллинз убедил горожан не только в том, что я превосходный стрелок, но и в том, что я не особенно щепетилен в случаях, когда нужно нажать на курок.

– Какое мне дело до Питера. Он ошибается, как все смертные.

– Если бы только ты. До вчерашнего дня, когда я выстрелил этому мальчишке не в сердце, а в руку, в городе не нашлось бы ни одного человека, который согласился бы с тобой.

– Но почему ты не убил его? Он заслужил смерть. Открыл стрельбу в городе, наглец!

– Но ему только шестнадцать!

– Пуле все равно, кто нажимает на курок. Она не разбирает возраста.

– В этом мальчишке я увидел себя. Таким же был и я до тех пор, пока те негодяи не поймали Монти.

– Я думал об этом.

– Если бы я убил его, то стал бы убийцей.

– Но ты не убийца.

– Город платит мне именно за то, чтобы я убивал. Я ведь начал убивать не потому, что мне нравится это. Но кого это интересует? Честно говоря, я начинаю бояться за себя. Тогда в ущелье я готов был убить Дэмьена. Один выстрел – и он был бы мертв. Если я сейчас не остановлюсь, если убью кого-нибудь, то обратной дороги не будет.

– Дэмьен причинил зло Лорел?

Долгие годы Джордж заменял Хену отца. Зачем скрывать все от него? Следовало сразу же рассказать ему обо всем. Джордж всегда видел братьев насквозь и умел читать их мысли. Он был хорошим и заботливым братом… и надоедливой нянькой.

– Дэмьен избил Лорел и пытался похитить ее сына.

– Думаю, никто бы не упрекнул тебя и словом, убей ты его.

– Именно этого они и ждали от меня. Этого и требуют.

– Но теперь ты уже не хочешь подчиниться их требованиям, не так ли?

– Не совсем так.

– Потому что ты не хочешь, чтобы Лорел считала тебя убийцей, да?

Хен кивнул головой в знак согласия.

– Но она продолжает так думать, верно?

– Сейчас она отрицает это, говорит, что узнала меня лучше и изменила мнение. Но по-прежнему не хочет, чтобы ее сын вырос похожим на меня.

– Разве это так уж важно?

– Да, очень важно, – Хен запнулся, колеблясь, затем добавил: – Я люблю ее. И хотел бы жениться на ней.

– А она знает?

– Я далее признался ей в любви. Но о женитьбе не говорил пока ни слова.

– Но почему?

Действительно, почему? Совсем не потому, что сомневался в своих чувствах. Просто он боялся самого себя. Между ним и Лорел стояло оружие, которым он привык пользоваться почти без колебаний! Почти! Но мог наступить момент, когда исчезнет и это «почти».

– Я не знаю, кто я на самом деле. Раньше мне казалось, что я знал, но теперь я понял, что мое подлинное «я» было надежно скрыто и от себя, и от окружающих.

– Причиной тому отец?

На лице Хена появилась кривая усмешка. Длсордж привык во всем винить отца, так как был очень похож, на него. Но они с Монти больше походили на мать. И были в большей степени подвержены материнской слабости.

– Когда мама умерла, а Мэдисон ушел, мы с Монти поклялись, что защитим то, что осталось от семьи, или умрем. И эта клятва осталась навязчивой мыслью даже тогда, когда домой вернулись вы с Джеффом. Со временем Монти увлекся другими делами, а я остался верен данной клятве. И сейчас я хочу защитить Лорел и Адама. Но хочу делать это без помощи оружия.

Едва он успел вымолвить последнее слово, как мгновенно понял, что произошло. У каждого человека есть определенный предел. И он, Хен, достиг своего. Еще один роковой выстрел, еще одна смерть – и он окажется на краю пропасти и потеряет душу.