Гостья - Майер Стефани Морган - Страница 54

Док и Шэрон жили вместе, и Мэгги — в те редкие моменты, когда у нее возникала охота пошутить, — со свойственным ей сарказмом подтрунивала над дочерью: любая мать мечтает видеть в зятьях врача, но понадобилось, чтобы вымер весь род людской, и лишь тогда Шэрон подыскала себе идеальную партию.

Шэрон ничем не походила на девушку из воспоминаний Мелани. Может статься, годы, прожитые вдвоем с угрюмой Мэгги, превратили Шэрон в несколько улучшенную версию матери? Их отношения с доком зародились уже после моего появления, но поведение Шэрон нисколько не смягчилось.

О неожиданном романе Шэрон и дока мне рассказал Джейми — Шэрон и Мэгги при мне старались не разговаривать. Они сопротивлялись сильнее других, демонстративно меня игнорировали и открыто проявляли враждебность.

Я спросила у Джейми, как Шэрон и Мэгги попали сюда — правда ли, что они самостоятельно отыскали Джеба, опередив Джареда и Джейми? Похоже, мальчик понял, что меня на самом деле интересовало — неужели все усилия Мелани оказались напрасными?

Джейми поведал мне, как Джаред показал ему последнюю записку Мелани, как объяснил, что она не вернется… На этом Джейми запнулся, и по его лицу видно было, как тяжело им это далось. После этого они сами отправились на поиски Шэрон. Джареду пришлось объясняться с Мэгги под наставленной на него старинной саблей.

Мэгги и Джаред быстро расшифровали головоломку Джеба, и все четверо добрались до пещер еще до моего переезда из Чикаго в Сан Диего.

Как ни странно, говорить с Джейми о Мелани оказалось несложно. Пусть Мелани почти нечего было сказать, но она всегда включалась в наши с ним беседы, смягчая его боль, сглаживая мою неловкость. Мелани редко подавала голос, и он звучал приглушенно; время от времени я даже сомневалась, действительно ли его слышу, или это лишь мое представление о том, что она может подумать.

Впрочем, хоть она и молчала, мы оба чувствовали ее присутствие.

— Почему Мелани притихла? — однажды ночью спросил меня Джейми.

В кои то веки он не расспрашивал меня о Пауках и Ог неедах. Мы весь день собирали морковь и оба выбились из сил, а у меня скрутило спину.

— Ей сложно разговаривать, куда сложнее, чем нам с тобой. Видимо, то, что она хочет сказать, не стоит таких усилий.

— Чем она занимается столько времени?

— Думаю, слушает. А вообще то не знаю.

— А сейчас ее слышно?

— Нет.

Я зевнула, и Джейми умолк — заснул, наверное. Меня тоже клонило в сон.

— Как думаешь, она уйдет? Исчезнет насовсем? — вдруг прошептал Джейми. На последнем слове его голос сорвался.

Я не умела лгать, а если бы и умела, вряд ли бы смогла солгать Джейми. Я старалась не думать о том, что стояло за моими чувствами к нему. Если уж я испытала самую большую любовь моих девяти жизней, первое ощущение настоящей семьи, материнский инстинкт к чуждой инопланетной жизненной форме, то какая, в сущности, разница? Я спрятала эти мысли подальше.

— Не знаю, — призналась я и искренне добавила: — Надеюсь, что нет.

— Она тебе так же симпатична, как и я? А раньше вы друг друга ненавидели?

— Она мне нравится, но по другому. И я никогда по настоящему ее не ненавидела, даже в самом начале. Я очень ее боялась и злилась, что из за нее не могу быть как все. Но я всегда восхищалась силой, а Мелани — сильная личность, я таких еще не встречала.

— Ты ее боялась? — рассмеялся Джейми.

— Думаешь, твоя сестра не способна никого напугать? Помнишь, однажды ты забрался на самый верх каньона и поздно вернулся домой — по словам Джареда, она накинулась на тебя как бешеная?

Джейми хихикнул. Я была рада, что мне удалось отвлечь его от непростого вопроса.

Я из кожи вон лезла, чтобы поддерживать мир с новыми соседями: мне казалось, что ради хорошего отношения я пойду на все, соглашусь на любую, самую сложную, самую грязную работу… Как выяснилось, я ошибалась.

— Я тут подумал… — сказал Джеб недели через две после того, как все «устаканилось».

Я уже начинала ненавидеть этот его любимый зачин.

— Помнишь, я говорил насчет того, чтобы ты поработала тут учителем?

— Да, — сухо ответила я.

— Ну так как?

Времени на раздумья не потребовалось.

— Нет.

Мой отказ неожиданно вызвал резкий укол вины. Прежде мне не доводилось изменять Призванию. Я почувствовала себя эгоисткой. Хотя… тут была совсем другая ситуация. Все равно что попросить меня о самоубийстве…

Он нахмурился, похожие на мохнатых гусениц брови сползлись вместе.

— Почему нет?

— Думаете, Шэрон это понравится? — ровным голосом спросила я: один, но, вероятно, самый весомый аргумент.

Все еще хмурясь, Джеб кивнул: он понял мою точку зрения.

— Это для общего блага, — проворчал он. Я фыркнула.

— Для общего блага? Пристрелить меня — это вы называете общим благом?

— Анни, ты слишком узко мыслишь. — Джеб завел спор, как будто мой ответ тянул на серьезную попытку его переубедить. — Нам представилась редкая возможность узнать много нового. Было бы непростительно ее упускать.

— Вряд ли кто то захочет посещать мои лекции. Я еще могу побеседовать с вами или с Джейми, но…

— Мне плевать, кто тут чего хочет, — гнул свое Джеб. — Им будет полезно. Как брокколи вместо шоколада. Чем больше мы узнаем о Вселенной, тем лучше — не говоря уже о новых жителях нашей планеты.

— Что это изменит, Джеб? Думаете, я подскажу вам способ уничтожения Душ? Помогу переломить ситуацию? Все давно кончено, Джеб.

— Пока мы здесь, ничего не кончено. — Разумеется, он снова меня поддразнивал. — Я не жду, что ты станешь предателем и выдашь нам секрет какого нибудь супероружия. Просто, на мой взгляд, нам нужно больше знать о мире, в котором мы живем.

Я вздрогнула при слове «предатель».

— Я не могла бы выдать секрет супероружия, даже при желании. У нас нет никаких слабых мест, ни одной ахиллесовой пяты: ни врагов в глубинах космоса, способных прийти вам на помощь, ни вируса, который стер бы нас с лица земли, не затронув вас. Простите.

— Ладно, не парься. — Он сжал руку в кулак и шутливо ткнул меня в плечо. — Знаешь, тут чертовски скучно. Так что не удивляйся, если люди вдруг захотят послушать твои рассказы.

Я знала, что Джеб так просто не отстанет — он не умел смиряться с поражением.

За обедом я обычно сидела с Джебом и Джейми, если тот не учился и не выполнял каких нибудь поручений. Иен всегда усаживался рядом, хоть и немного в стороне. Я с трудом воспринимала его в новой роли добровольного телохранителя. Слишком хорошо, чтобы быть правдой, — а значит, с человеческой точки зрения, тут таился некий коварный замысел.

Как то раз за ужином ко мне подсел док — через несколько дней после моего отказа учить людей «для их же блага».

Шэрон осталась сидеть на своем обычном месте, в самом дальнем углу. Сегодня она ужинала в одиночестве, без матери. Доктор направился ко мне, но она даже не обернулась. Огненная грива Шэрон, собранная в пучок на затылке, открывала напрягшуюся шею и сгорбленную спину, застывшую в немом упреке. Мне тут же захотелось встать и уйти, чтобы не давать ей повода.

Джейми заметил паническое выражение в моем взгляде и взял меня за руку. У него развилась сверхъестественная способность чувствовать мой испуг. Я вздохнула и осталась на месте. Слишком уж покорно я потакала всем желаниям этого мальчишки, это наводило на тревожные мысли.

— Как дела? — непринужденно спросил док, скользнув за соседний стол.

Иен, сидевший неподалеку, развернулся вполоборота, как бы показывая, что он с нами. Я пожала плечами.

— А мы сегодня варили суп, — объявил Джейми. — До сих пор глаза щиплет.

Док вытянул вперед ярко красные ладони.

— Мыло.

Джейми рассмеялся.

— Твоя взяла.

Док шутливо поклонился и повернулся ко мне.

— Анни, можно задать один вопрос… — Он умолк. Я подняла глаза.

— Я вот думаю… Из всех планет, где ты побывала, какой вид физиологически ближе всего к людям? — Док наклонился вперед, подперев подбородок ладонями.