Злые чары Синей Луны - Грин Саймон - Страница 119

— Вы прекрасно справились, капитаны Хок и Фишер, — заявила королева, допивая вино и стряхивая пепел с сигареты. — Вы спасли Лесное королевство от новой Синей Луны и изменили жизнь всех, с кем встретились. Жаль, вы не нашли убийцу моего мужа, но…

— Нашли, — перебил Хок.

В зале внезапно сделалось очень тихо, все глаза обратились к нему.

— Как только мы отмели все случайные факторы, определить негодяя не составило особого труда. Это мог сделать только один человек. Единственный, у кого имелись средства, мотив и возможность. Единственный, кто мог совершить такой ужасный поступок. — Хок повернулся к Шаману. — Разве не так… король Иоанн?

Принц Руперт протянул левую руку, и на ладони, словно капля крови, блеснул маленький полированный рубин. Багряный Следопыт ярко светился в присутствии членов Лесного королевского дома. Все негромко ахнули, когда Хок поднес его к отшельнику, и камень принялся наливаться ослепительным светом. Хок остановился прямо перед Шаманом и резко сжал ладонь.

— Ты выглядишь совсем иначе, — проговорил он. — И голос сильно изменился. Но ключик найдется всегда. Тварь — твой старый друг, астролог, превращенный князем демонов в чудовище. Он никогда бы не подружился ни с кем иным. А твоя преданность народу вкупе с полным пренебрежением к нынешним власть имущим! Разумеется, тебя не удивить новыми лицами при дворе. Ты же был здесь королем… И, разумеется, Шаман приходит и уходит, и никто не знает, как он то делает. Все относили это на счет магии.

Король Иоанн знает все скрытые ходы и переходы в замке. Включая те, что, по соображениям безопасности, известны только членам королевской семьи. Тебе ничего не стоило пробраться мимо Харальдовых гвардейцев в личные покои короля. Ты знал все пути. В конце концов, некогда эти апартаменты принадлежали тебе. И, наконец, защитные барьеры Магуса не могли сдержать тебя, потому что пропускали особ королевской крови в любое время. Все полагали, что королевская семья состоит на данный момент из Харальда с Фелицией и Стефена. Руперт давно сгинул, и все знали, что король Иоанн погиб. Как вы заделались Шаманом, ваше величество?

Последовала длинная пауза, во время которой все, затаив дыхание, смотрели на старца. И вот Шаман медленно опустил руки, выпрямился… перед ними предстал совершенно иной человек. В его осанке были властность, даже агрессия, а когда он заговорил, голос остался таким же грубым и хриплым, но не шел ни в какое сравнение c прежним карканьем.

— Я только хотел быть отшельником, — медленно проговорил он. — После всего, что случилось во время Войны демонов, я понимал, что больше не гожусь в короли. Поэтому я ушел. Оставил трон тому, кто мудрее меня. В те дни в лесу жило дикарями множество людей. Они как могли искали себе пищу и кров. Люди, сломленные ужасами Долгой ночи физически или духовно. Никому не было дела до очередного отшельника.

А потом я нашел Тварь, некогда бывшую моим другом. Начатки магии я освоил в попытках найти способ исцелить астролога, вернуть ему прежнее. В те времена учиться колдовать было нетрудно. В более темных частях леса хватало очагов магии, оставленных прохождением Синей Луны. Сила, которая только и ждала, пока кто-нибудь придет и подберет ее. А времени научиться управлять ею у меня имелось в избытке. Но того, что я нашел и узнал, оказалось недостаточно, чтобы снять проклятие князя демонов.

Мой старый друг оставался Тварью. Думаю, в глубине души он знает, кто я такой. Но, даже обретя все эти знания, я все равно был счастлив, ведя жизнь простого отшельника. Жить свободным от долга и обязанностей!

Но крестьяне все шли и шли ко мне за помощью или советом, ибо всем известно, что отшельники и колдуны люди мудрые. Они рассказывали мне о переменах, происходящих при дворе и в стране, о том, как Харальд из глупого упрямства презрел все, за что мы боролись.

Поэтому я надел глиняную маску, изменил голос и манеру держаться и вернулся в Лесной замок, И никто меня не узнал. Даже немного обидно. Я пришел, чтобы влиять на события, чтобы опять спасти страну — теперь уже как Шаман. — Он холодно улыбнулся Хоку. — Я всегда знал, что если кто-нибудь и разгадает мою маскировку, так это ты. Я с самого начала понимал, что в тебе заключается главная угроза моим планам.

Тварь уловила ярость в голосе хозяина, взревела и бросилась вперед, прямо на Хока. Изуродованный астролог все-таки узнал старого врага. Шаман крикнул ему, чтобы тот остановился, но Тварь попыталась вцепиться принцу в горло своими ужасными когтями. Хок развернулся на одной ноге, выхватил меч и разрубил чудовище прямо в воздухе. Тяжелый клинок проломил демону ребра и вошел глубоко в бок. Существо рухнуло на пол, корчась и визжа, но не оставило попыток добраться до противника. Из бока и из разверстой в рычании пасти хлынула кровь. Хок выдернул меч и ударил врага прямо в сердце. Клинок наполовину погрузился в искалеченное тело. Шаман и Тварь вскрикнули одновременно, а затем существо забилось в судорогах и умерло. Отшельник сделал несколько неверных шагов вперед. Хок вытащил меч и холодно взглянул на убитого.

— Расплата за старые долги. За все причиненное вами зло и вред, астролог.

Тело Твари содрогалось и извивалось, уменьшалось в размерах, его кости трещали, щелкали суставы, принимая прежнюю человеческую форму. Проклятие, наконец, было разрушено единственным возможным способом — через смерть. Шаман стоял над убитым, и за глиняной маской никто не видел его лица.

— Вы не знали его в юности, — проговорил он, наконец. — Тогда он был добрым и верным. Он мог стать колдуном, великим и независимым человеком, но отказался от карьеры и остался со мной, потому что я нуждался в нем. Любой из вас в те годы гордился бы знакомством с ним. Он просто сбился с пути, вот и все. Такое может случиться и с лучшими из нас. — Шаман медленно покачал головой, придавленный огромной усталостью. — Никаких слез. Слезы у меня кончились давным-давно.

— Почему ты убил Харальда? — спросил Хок. — Почему ты убил собственного сына?

Шаман поднял на него глаза.

— И ты спрашиваешь меня об этом, когда кровь моего старого друга еще капает с твоего меча? Я умертвил Харальда по той же причине, по какой ты сейчас совершил убийство. Потому что это было необходимо. — Старец бросил взгляд на застывшую на троне Фелицию, потрясенную неожиданным для нее ответом. — Он был недостоин, Фелиция. Он не мог или не хотел увидеть, что мир меняется. И не мог или не хотел меняться вместе с ним. Он упорно стремился оставаться абсолютным монархом, даже когда стало ясно, что время абсолютизма миновало. Он готов был ввергнуть страну в гражданскую войну, только бы остаться королем. Он рвался доказать свою правоту, чего бы это ни стоило. — Шаман устало вздохнул. — Такого я от Харальда никак не ожидал. Он всегда гораздо лучше меня разбирался в политике. Но в итоге власть соблазнила и развратила его — так же, как и меня. Став королем, постепенно проникаешься уверенностью в том, что ты единственный видишь полную картину событий, что ты единственный понимаешь, как надо поступить. Ты — король, поэтому ты всегда прав.

Я вернулся в замок в обличии Шамана, надеясь собственным примером показать ему правильный путь. Но он не обращал на меня никакого внимания. Даже не пожелал встретиться со мной. Поэтому я пошел проведать его в покоях, которые некогда были моими, и там открылся ему. Я говорил ему, что вернулся не для того, чтобы царствовать снова. Просто хочу помочь ему советом. Трон мне не нужен. Я хотел, чтобы никто больше не знал, кто я такой. Я вернулся спасти страну. Спасти его.

А он посмеялся надо мной. Расхохотался прямо в лицо и сказал, что я дурак и всегда был дураком. Теперь, мол, его очередь, и он знает, что делает. Тогда я понял, что он никогда не переменится. Харальд никогда не станет тем, что нужно стране. Поэтому я убил его. Ради блага королевства. Это был мой долг. Я привел Харальда в мир, так что мне надлежало и выслать его прочь. Один удар кинжалом прямо в сердце. Он умер так легко, но это было самое трудное из всего, что мне приходилось делать за всю жизнь. Я всегда делал то, что должно. В точности как ты, Руперт. И ты, Джулия.