Властелин колец - Толкин Джон Рональд Руэл - Страница 331

Главный Шериф резко окрикнул не в меру ретивых служак, и те, понурившись, возвратились.

– Прибавим–ка шагу! – решил Мерри, и с этого момента путешественники не сбавляли скорости, так что шерифам пришлось попотеть. Из–за туч вышло солнце, и, несмотря на свежий ветер, шерифы вскоре уже отдувались и вытирали лбы платками, а друзья следили, чтобы они не расслаблялись ни на минуту. У Межевого Камня представители власти сдались. Они одолели почти двадцать пять верст и остановились только один раз – в полдень. Шел уже третий час; бедняги проголодались, вконец стерли ноги и не могли больше поспевать за пони.

– Ну ладно. Можете не спешить. Приходите, когда вам будет удобнее! – разрешил Мерри. – А мы, пожалуй, поедем.

– Пока, Робин–Боббин! – весело крикнул Сэм. – Жду тебя у «Зеленого Дракона», если ты еще не забыл, где это! Поспеши!

– Вы нарушаете процедуру ареста, вот что вы делаете, – скорбно пробормотал старший Шериф. – Я слагаю с себя всякую ответственность за ваше поведение.

– Мы еще много чего нарушим. Но с тебя за это никто не спросит, – успокоил его Пиппин. – Желаю удачи!

Пони затрусили быстрее, и, когда солнце опустилось за Белые Холмы, путешественники подъехали к Большому Приреченскому Пруду. Здесь их ждал первый по–настоящему чувствительный удар. Это была родина Фродо и Сэма, и они внезапно поняли, что места эти им дороже всех красот Средьземелья. Многих знакомых с детства домов недосчитывалось. Похоже было, некоторые просто сгорели. Мирный ряд норок на северном склоне пруда опустел, а сады, пестрым ковром сбегавшие когда–то к воде, сплошь заросли сорной травой. Там, где Хоббитонская дорога подходила всего ближе к воде, вдоль самого Пруда тянулся ряд безобразных новых построек. Когда–то здесь шумела зеленая аллея; теперь не осталось ни одного деревца. С отчаянием обернувшись в сторону Котомки, хоббиты увидели вдали высокую кирпичную трубу. Из этой уродины в вечернее небо валил черный дым.

Сэм был вне себя.

– Я пошел, господин Фродо! – крикнул он. – Я должен посмотреть, что там происходит. И узнать, где мой Старикан!

– Мы должны вместе выяснить, что тут творится, Сэм, – удержал его Мерри. – «Начальник» наверняка держит наготове десяток–другой негодяев. Хорошо бы найти кого–нибудь понадежней и расспросить.

Но в Приречье все дома и норки были накрепко заперты. Приветствовать путешественников явно никто не торопился. Друзья удивились этому, но вскоре все прояснилось. У трактира «Зеленый Дракон», стоявшего на краю деревни со стороны Хоббитона (мертвый трактир зиял пустыми окнами), околачивалось с полдюжины Больших. Это были смуглые косоглазые громилы довольно зловещего вида.

– Точь–в–точь приятель Билла Осины, которого мы видели в Бри, – заметил Сэм.

– Точь–в–точь исенгардцы – уж я их навидался, – пробормотал Мерри.

С виду вооружены громилы не были – если не считать тяжелых дубинок и рогов, болтающихся у пояса. Путешественники подъехали ближе; чужаки отделились от стены трактира, вразвалочку вышли на дорогу и преградили путь.

– Куда собрались? – осведомился один из них, самый рослый и свирепый. – Дальше дороги нет. А где ваши драгоценные конвоиры?

– Идут себе потихонечку, – ответил Мерри. – По–моему, у них приболели ножки. Или что–то в этом духе. Мы обещали подождать их в Приречье.

– Ну?! Что я вам говорил? – обернулся к остальным косоглазый верзила. – А ведь я втолковывал Шарки[668], что этим кретинам даже самой простой работы нельзя поручить. Чтo бы выслать наших ребят – так нет же!

– Ничего не изменилось бы, – пожал плечами Мерри. – Хоть мы и не привыкли видеть у себя дома дармоедов и разбойников, мы знаем, как с ними поступать.

– Дармоедов?! Во дает! Хамить вздумал? Придержи язык, а то как бы я тебе его не окоротил! Я смотрю, вы, малявки, невесть что о себе возомнили. У вас не Шеф, а настоящий кисель, вот что я вам скажу. Но сейчас тут за главного не он, а Шарки. Шеф при нем и пикнуть не смеет. Все будет так, как хочет Шарки.

– А чего он хочет? – невинно поинтересовался Фродо.

– Эту страну надо как следует растрясти, вот что. Порядку тут мало, – наставительно пояснил громила. – Шарки этим и занят. И лучше не раздражать его, а не то от вас мокрого места не останется, ясно? Вам надо нового Шефа, а этого мямлю долой. Не пройдет и года, как мы его скинем. Тогда узнаете, что почем, крысятки!

– Право же? Рад был узнать о ваших планах, – учтиво раскланялся Фродо. – Я как раз еду навестить господина Лотто. Думаю, ему тоже интересно будет послушать.

Разбойник расхохотался:

– Фу–ты ну–ты! Да Лотто все отлично знает. Можешь за него не беспокоиться. Лотто сделает все, как ему скажет Шарки, ясно? А начнет ерепениться – мы его и убрать можем. Другой найдется. Если малявки суют нос куда не просят, то мы их чжик! – и дело с концом. Усек?

– О, еще бы, – ответил Фродо. – Но да будет вам известно, что вы отстали от времени. Как я понял, вы не знаете последних новостей. А жаль. С тех пор как вы перекочевали сюда из южных земель, случилось много событий. Ваша власть кончилась, да и не только ваша. Прощелыгам и разбойникам больше нет места в Средьземелье. Черный Замок пал. В Гондоре воцарился Король. Исенгард лишился своего могущества, и твой драгоценный хозяин просит милостыню на большой дороге. Мы видели его по пути сюда. Скоро по Зеленому Тракту в Заселье прибудут королевские посланцы, и тогда исенгардским воришкам придется убираться из этих краев подобру–поздорову.

Громила уставился на Фродо и недоверчиво ухмыльнулся:

– Милостыню, говоришь, просит?! Он–то?! Так я тебе и поверил, выскочка! Мы отсюда никуда не уйдем. Хватит вам бездельничать да объедаться на этой славной, жирной земельке. А если сюда сунутся королевские посланцы, то пусть выкусят! – И он сунул под нос Фродо кукиш. – Нате! Плевать я на них хотел!

Этого Пиппин стерпеть уже не мог. Перед его внутренним взором возникло Кормалленское Поле. И у этого косоглазого ворюги хватает дерзости оскорблять Хранителя Кольца и называть его «выскочкой»!

Он откинул плащ, выхватил блестящий меч и, сверкая серебром на черных гондорских доспехах, выехал вперед.

– Королевский посланец перед тобой! – объявил он. – Ты имел наглость неуважительно говорить с близким другом Короля, одним из самых прославленных героев Запада! На колени, безмозглый разбойник! Встань на колени и моли о пощаде, если не хочешь испытать на себе остроту этого меча, отведавшего крови троллей!

Клинок блеснул в лучах вечернего солнца. Мерри и Сэм тоже обнажили мечи и присоединились к Пиппину. Фродо не двинулся с места.

Бандиты попятились. Стращать брийских крестьян да сбитых с толку, насмерть перепуганных хоббитов они умели. Но хоббиты бесстрашные, с обнаженными мечами и решимостью во взоре – это было что–то новенькое! К тому же в голосе у этих странных хоббитов звучали какие–то непривычные, особые нотки, от которых у громил пробежал озноб по коже.

– Вон отсюда! – приказал Мерри. – А появитесь в этой деревне еще раз – крепко пожалеете!

Хоббиты подались вперед – и громилы со всех ног бросились в сторону Хоббитона, на бегу что есть мочи трубя в рога.

– Да, не слишком–то мы рано прибыли, – молвил, глядя им вслед, Мерри.

– Какое там рано! Поздно, ты хотел сказать! Боюсь, что вызволить Лотто мы уже не успеем, – вздохнул Фродо. – Он болван и негодяй, но мне жаль его.

– Вызволить Лотто? О чем это ты? – поразился Пиппин. – Ты, наверное, хотел сказать – «свергнуть»?

– Сдается мне, ты не до конца понимаешь, что здесь творится, Пиппин, – еще раз вздохнул Фродо. – Лотто все это и в страшном сне не приснилось бы. Он вел себя как дурак и последний мерзавец – и попал в ловушку. В Заселье верховодит не он, а Большие. Это они грабят, «распределяют», всем правят и все портят, как им заблагорассудится, – одно только, что от его имени. Но его именем они будут прикрываться недолго. Лотто, наверное, заперт в Котомке и помирает со страху. Мы должны его освободить или по крайней мере попытаться это сделать.