По направлению к нулю - Кристи Агата - Страница 35

– Ну что? – порывисто спросил Невиль.

– Да, у вас и правда крепкое финансовое положение, банк следит за вашими вложениями и считает, что ваши денежные дела в прекрасном состоянии.

– Вот именно, теперь вы видите, что я сказал правду!

– Похоже на то… И тем не менее, мистер Стрендж, вы можете иметь, скажем, долговые обязательства или необходимость заплатить какому-нибудь шантажисту. Возможно также, что у вас есть те или иные потребности, требующие больших денег, о которых нам пока не известно.

– Какие потребности? Я уверяю вас, мне вполне хватает моего состояния. Вам не удастся обнаружить никаких долгов и прочих обязательств.

Суперинтендант Баттл расправил свои широкие плечи.

– Я уверен, что вы согласитесь с моими словами, – произнес он доброжелательным, почти отечески нежным голосом, – если я скажу вам, что мы имеем достаточно улик, чтобы потребовать ордер на ваш арест. Однако мы не сделали этого… пока… Как вы понимаете, мы склонны верить вам и предоставить возможность оправдаться.

– Значит, вы уже решили для себя, что это сделал я, не так ли? – с горечью в голосе сказал Невиль. – Но вам не хватает мотива преступления, чтобы выдвинуть против меня обвинение.

Баттл хранил молчание. Лич разглядывал потолок.

– Это словно какой-то ужасный сон! – в отчаянии воскликнул Невиль. – И я даже не могу ничего сказать, не знаю, как выпутаться из этой ситуации. Словно я попал в какую-то ловчую яму, из которой невозможно выбраться.

Суперинтендант Баттл слегка откинул назад голову. В его умных, полуприкрытых веками глазах промелькнула искра одобрения.

– Очень точно подмечено, – сказал он. – На редкость точно. Вы подсказали мне одну идею…

6

Сержанту Джонсу удалось ловко спровадить Невиля в холл и затем провести Кей с балкона так, что муж и жена не встретились.

– Тем лучше, – сказал Баттл. – Именно с ней мне хотелось бы побеседовать, пока она еще пребывает в полном неведении.

День стоял мрачный, с резким ветром, и все небо было затянуто облаками. На Кей была твидовая юбка и фиолетовый свитер; волосы, обрамлявшие ее лицо, блестели, как начищенный медный шар. Она выглядела испуганной и взволнованной. Ее яркая, живая красота производила особо сильное впечатление на фоне темного викторианского интерьера, книжных шкафов и массивных кресел. Лич довольно бегло расспросил ее о вчерашнем вечере.

У нее болела голова, и она рано пошла спать – вероятно, в начале десятого. Спала она крепко и ничего не слышала до следующего утра, когда проснулась, услышав чьи-то крики.

Баттл взял инициативу в свои руки:

– Ваш муж не зашел справиться о вашем здоровье вчера вечером, прежде чем уйти из дома?

– Нет.

– Вы не видели его с того момента, как покинули гостиную, и до самого утра? Правильно?

Кей кивнула.

Баттл потер пальцами подбородок.

– Миссис Стрендж, сегодня утром дверь между вашей комнатой и комнатой вашего мужа была заперта на ключ. Кто запер ее?

– Я, – коротко ответила Кей.

Баттл ничего не сказал, но он ждал – как мудрый, опытный кот, он следил за норкой и ждал, когда мышка высунется.

Его молчание подразумевало, что ответ далеко не полный. Наконец Кей запальчиво воскликнула:

– Ах да! Я полагаю, вы хотите знать всю предысторию! Этот на ладан дышащий, трясущийся Харстолл наверняка слышал, как мы ссорились перед чаем. Уж он-то, конечно, расскажет вам все на случай, если я сама этого не сделаю. Возможно даже, он уже рассказал… Мы с Невилем серьезно поссорились… В общем, у нас была бурная сцена! Я ужасно рассердилась! Не могла успокоиться до самого вечера, я просто вся кипела от ярости! Ну и, поднявшись к себе, я, естественно, заперла дверь.

– Да, да, я понимаю вас, – самым что ни на есть сочувственным тоном сказал Баттл. – И какова же была причина вашей ссоры?

– Разве это важно? Что ж, мне нечего скрывать. Невиль вел себя как настоящий идиот. Хотя во всем виновата эта мадам.

– Какая мадам?

– Его бывшая жена. Во-первых, она заманила нас сюда.

– Вы хотите сказать, что она хотела встретиться с вами?

– Да, Невиль считает, что это была его собственная идея, – святая наивность! Как бы не так! Он даже не думал о таком до тех пор, пока однажды не встретил ее в Гайд-парке. И она ловко заронила эту мысль в его голову… Да-да, он совершенно искренне верит в то, что это была его собственная идея, но я с самого начала чувствовала, что за всем этим скрывается ловкая ручка Одри.

– Но что могло побудить ее к этому? – спросил Баттл.

– Как что?! Разумеется, она стремится заполучить его обратно! – сказала Кей. Она говорила очень быстро, почти задыхаясь. – Она никак не может простить ему, что он ушел ко мне. Это ее месть. Она заставила его организовать нашу встречу в Галлс-Пойнте и сразу же начала его обхаживать. Сразу, как только мы приехали. Знаете, она очень умна. Отлично прикидывается эдаким трогательным и слабым созданием… И знает, как заставить других подыграть ей. Одновременно с нами она заманила сюда Томаса Ройда. Этот бедняга предан ей как собака, он всегда обожал ее. В общем, она стала просто сводить Невиля с ума, притворяясь, что собирается выйти замуж за Томаса.

Кей умолкла, задохнувшись от ярости.

– Мне казалось, – мягко сказал Баттл, – ваш муж мог бы только порадоваться тому… э-э… что она найдет свое счастье со старым другом.

– Порадоваться? Вот уж нет, он стал чертовски ее ревновать.

– Тогда, должно быть, он очень любит ее.

– Да, вы правы, – с горечью сказала Кей. – И ей это отлично известно!

Баттл все еще с сомнением теребил подбородок.

– Но ведь вы могли отказаться от этой затеи и не приезжать сюда. Разве не так?

– Как я могла? Он подумал бы, что я ревную!

– Однако, в конце концов, – заметил Баттл, – так оно и есть на самом деле. Ведь вы ревнуете?

Кей вспыхнула:

– Да, я ревновала его к Одри с самого начала нашего знакомства – или почти с самого начала. Я постоянно ощущала ее присутствие в нашем доме. Словно это был ее дом, а не мой. Я переставила всю мебель, сменила обивку, но ничего не помогало! Я чувствовала, что она, как серая тень, вползает в каждую комнату, в каждый уголок. А Невиль очень переживал, считая, что плохо обошелся с ней, – я видела это, – и он никак не мог выбросить ее из головы… Она словно немой укор повсюду следовала за ним, и он в глубине души постоянно испытывал чувство вины. Знаете, есть такие странные люди… Они кажутся довольно бесцветными и неприметными, но ты постоянно ощущаешь их присутствие.

Баттл задумчиво кивнул:

– Хорошо, благодарим вас, миссис Стрендж. Наверное, на сегодня все. Мы должны прояснить еще… э-э… множество вопросов… в частности, относительно наследства вашего мужа… Ведь после смерти леди Трессильян он получит большие деньги – пятьдесят тысяч фунтов…

– Неужели так много! Мы должны получить их по завещанию умершего сэра Метью, правда?

– Вы тоже знали об этом?

– Да. Он распорядился, чтобы после смерти леди Трессильян его деньги были поделены между Невилем и его женой. Но не думайте, что я обрадовалась, узнав о ее смерти. Это не так. Конечно, я не особенно любила ее, вероятно, потому, что она не любила меня… Но мне даже страшно представить, что какой-то грабитель проник в дом и проломил ей голову.

С этими словами Кей вышла из библиотеки. Баттл взглянул на Лича:

– Ну и какого ты мнения о ней? Лакомый кусочек, должен признать. Мужчины с легкостью теряют голову из-за таких красоток.

Лич согласился.

– Хотя мне кажется, – с сомнением добавил он, – ей далеко до настоящей леди.

– Да, но таких вообще вряд ли сыщешь в наше время, – заметил Баттл. – Может, посмотрим теперь на ее предшественницу? Или нет, я думаю, следующей мы пригласим мисс Олдин, чтобы образовать, если можно так выразиться, внешний угол зрения к этому матримониальному треугольнику.

Мери Олдин спокойно вошла в библиотеку и села. Внешне она выглядела спокойно, только в глазах стояла тревога.