Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание стихотворений

Сологуб Федор Кузьмич "Тетерников"

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание стихотворений - Сологуб Федор Кузьмич "Тетерников" - Страница 60

Изменить размер шрифта:

14 июня 1907

«Улыбкой плачу отвечая...»

Улыбкой плачу отвечая,

Свершая дивный произвол,

Она была в гробу живая,

А я за гробом мертвый шел.

Тяжелые лежали камни,

Лиловая влеклася пыль.

Жизнь омертвелая была мне —

Как недосказанная быль.

И только в крае запредельном

Жизнь беззакатная цвела,

Вся в упоеньи дивно-хмельном,

И безмятежна, и светла.

30 июня 1907

К оде «Многострадальная Россия»

Взываю к русскому народу, —

Внимай, Россия, песнь мою,

Внимай – торжественную оду

Тебе я медленно пою.

Воспеть хочу твои страданья,

Твою тоску и нищету,

И вековое ожиданье,

И жертв бессильную тщету.

Визгливым воплям лютой боли

Подобен ропщущий напев

Взращенных в вековой неволе

Твоих суровых жен и дев.

Но кто же муки затевает,

И кто тиран, и кто палач?

Чья воля песню запевает,

В которой слышен только плач?

Что это – хохот иль рыданье,

Или звериный дикий вой,

Иль хохот леших, иль рыканье

Быков рогатых за стеной?

Издевка, бешенство и злоба,

Рыданья, стоны и тоска, —

Кого же извела из гроба

Неумолимая рука?

Что это – лица или хари,

Улыбки иль клыков оскал?

Удел какой же бедной твари

Господь в веках предначертал?

l8 марта 1896 – 12 декабря 1907

«Под сенью тилий и темал...»

Под сенью тилий и темал,

Склонясь на белые киферы,

Я улыбаясь задремал

В объятьях милой Мейтанеры,

И, затаивши два огня

В очах за синие зарницы,

Она смотрела на меня

Сквозь дымно-длинные ресницы.

В передзакатной тишине,

Смиряя пляской ярость Змея,

Она показывала мне,

Как пляшет зыбкая алмея.

И вся бела в тени темал,

Белей, чем нежный цвет кифера,

Отбросив скуку покрывал,

Плясала долго Мейтанера.

И утомилась, и легла,

Орошена росой усталой,

Склоняя жемчуги чела

К благоуханью азры алой.

17 января 1908

«Пришла опять, желаньем поцелуя...»

Пришла опять, желаньем поцелуя

И грешной наготы

В последний раз покойника волнуя,

И сыплешь мне цветы.

А мне в гробу приятно и удобно.

Я счастлив, – я любим!

Восходит надо мною так незлобно

Кадильный синий дым.

Басит молодожен, румяный дьякон,

Кадит со всех сторон.

Прекрасный лик возлюбленной заплакан,

И грустен, и влюблен.

Прильнет сейчас к рукам, скрещенным плоско,

Румяный поцелуй.

Целуй лицо. Оно желтее воска.

Любимая, целуй!

Склонясь, раскрой в дрожаньи белой груди

Два нежные холма.

Пускай вокруг смеются злые люди, —

Засмейся и сама.

27 апреля 1908

«Блаженство в жизни только раз...»

Блаженство в жизни только раз,

Безумный путь, —

Забыться в море милых глаз

И утонуть.

Едва надменный Савл вступил

На путь в Дамаск,

Уж он во власти нежных сил

И жгучих ласк.

Его глаза слепит огонь

Небесных нег,

И стройно-тонкая ладонь

Бела, как снег.

Над ним возник свирельный плач

В пыланьи дня:

«Жестокий Савл! о злой палач,

Люби меня!»

Нет, Павла Савлом не зови:

Святым огнем

Апостол сладостной любви

Восставлен в нем.

Блаженство в жизни только раз,

Отрадный путь!

Забыться в море милых глаз

И утонуть.

Забыв о том, как назван ты

В краю отцов,

Спешить к безмерностям мечты

На смелый зов.

О, знойный путь! о, путь в Дамаск!

Безумный путь!

Замкнуться в круге сладких ласк

И утонуть.

30 мая 1908

«Вздымалося облако пыли...»

Вздымалося облако пыли,

Багровое, злое, как я,

Скрывая постылые были,

Такие ж, как сказка моя.

По улицам люди ходили,

Такие же злые, как я,

И злую тоску наводили,

Такую же злую, как я.

И шла мне навстречу царица,

Такая же злая, как я,

И с нею безумная жрица,

Такая же злая, как я.

И чары несли они обе,

Такие же злые, как я,

Смеяся в ликующей злобе,

Такой же, как злоба моя.

Пылали безумные лица

Такой же тоской, как моя,

И злая из чар небылица

Вставала, как правда моя.

Змеиной растоптанной злобе,

Такой же, как злоба моя,

Смеялись безумные обе,

Такие же злые, как я.

В багряности поднятой пыли,

Такой же безумной, как я,

Царица и жрица укрыли

Такую ж тоску, как моя.

По улицам люди ходили,

Такие же злые, как я,

Тая безнадежные были,

Такие ж, как сказка моя.