Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание стихотворений

Сологуб Федор Кузьмич "Тетерников"

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание стихотворений - Сологуб Федор Кузьмич "Тетерников" - Страница 108

108

Изменить размер шрифта:

Конец 1917 – 1920-e гг.

Басни

1 Ворона, лисицы и сыр

Давно всему известно миру:

Ворона сцапала кусочек сыру,

Залезла на сосну,

Поесть бы ей, да что-то клонит к сну.

И вот, сначала

Одна лисица прибежала,

Потом другая, третья, – вмиг

Туда сбежалось много их.

Одна ворона, сыру лишь один кусочек

На всех лисиц.

Кто выманит его без проволочек,

Кто всех перехитрит сестриц?

Ведь все твердят одно и то же:

– Ты голосиста и пригожа! —

И наконец

Придумала лисица-спец:

– Я знаю сырный клад. Лети со мной, ворона:

Во ржах закопан сырный клад во время оно.

Лети, красавица, да крепче сыр держи:

Не нам на ужин,

Он для прилипы нужен. —

И заманив ее, во ржи,

Ворону, сыр, – все схряпала плутовка,

Обделав дельце ловко.

Ворона,бойся ржи,

Подальше курс держи.

9(22) января 1925

2 Деревня – голова тетерья

Деревня – Голова Тетерья.

В ней все крестьяне – бедняки;

А средняки

Да кулаки

Давно все растеряли перья,

Ощипаны живут,

Да сказы про себя плетут:

– Попались в сети,

Мотаемся на свете,

Покуда мыши нам голов не отгрызут. —

Тужит Пахом – как он пробьется зиму!

К богатому когда-то Климу

Приходит он просить муки,

И на пороге

Бух Климу в ноги.

Промолвил Клим: – Эх, глупы мужики!

Когда-то был я богатеем,

С вас шкуру драл,

Да кровь сосал.

Теперь не то: мы правду разумеем.

Поверьте мне: ни вы, ни мы не разжиреем,

Пока веще коммун не заведем. —

Дивится тем словам Пахом:

– Уж если ты, кулак, быть хочешь коммунистом,

То кто же даст нам хлеба в долг? —

А Клим, как волк,

Зубами щелк,

И отвечал Пахому длинным свистом.

Вот, ежели во всех краях

Все люди станут коммунисты,

Какие ж мы тогда везде услышим свисты

В ответ на просьбы о займах!

12(25) января 1925

3 Готтентотская мораль

Какой-то готтентот, пленившийся турнюром

Чужой жены, ее украл, —

Поддался страсти к авантюрам:

Уж очень малый был удал, —

И забавляяся подругой толстозадой,

Провел он год с немалою усладой.

Но наконец

Нашелся и другой такой же молодец.

Однажды готтентот, ушедши на охоту,

Весь день прошлялся по болоту,

Идет домой,

И предвкушает радость.

Но что за гадость!

Шалаш пустой,

Лишь на песке остался отпечаток

Двух пар здесь пробежавших пяток.

Бедняга поднял вой:

»Жена моя с разбойником сбежала!

Его повесить мало.

Какой же он подлец! И как ее мне жаль!

Скотом уведена моя овечка!»

Отсюда и пошло словечко

Про готтентотскую мораль.

Да и у нас ведь не иначе,

Себя хвалить мы погодим.

Крестьянин Клим

На краденой куда-то ехал кляче,

Но к вечеру устал,

И задремал,

И по такой причине

Забрался в лес,

В дупло залез,

А клячу привязал к осине.

Случился здесь голодный конокрад,

И жалкой кляче был он рад,

Украл и скрылся.

Поутру Клим выходит из дупла,

Увидел, – клячи нет, – и рассердился:

»Ведь лошадь не сама ушла!»

И не подумал он, что так ему и надо,

И проклинать он начал конокрада.

Таких примеров здесь найдешь

Немало, коль искать охота,

А если счет им подведешь,

То скажешь: – То-то!

Не обижать бы готтентота!

4(17) февраля 1925

4 Дуб и тростник

Известно всем о том,

Как спорил гордый Дуб со скромным Тростником.

Но все ж обоим был конец не вовсе разен:

От бури Дуб свалился, безобразен,

Разросшийся превыше всяких норм,

И свиньям в желудях нашелся сытный корм,

Хоть желуди и были мелки,

А ствол

Пошел

На очень прочные поделки.

Тростник же срезан был, и стал он палкой, —

Удел, не знаю, славный или жалкий.

Поверьте мне:

Уж кто там чем там ни кичится,

Но всякий в деле пригодится

В коммунистической стране.

А есть тут и мораль другая:

Красуйся и греми,

Но осторожней будь, и, желуди роняя,

Свиней не раскорми, —

Ведь свиньи буржуазны,

И все дела их безобразны.

И третья: до поры,

Коль нравится, сгибайся,

Но палкой станешь, так старайся,

Бей буржуазные ковры.

9(22) января 1925

5 Конь, лошаки и шалун

Гордился конь пред лошаками

И быстрым бегом, и статьями.

И точно, был на загляденье конь:

В глазах – огонь,

И хвост трубою,

И шея крепкая дугою,

Спина сильна и широка.

Могучего носил он седока

На мирном и на бранном поле,

Всегда его послушен воле.

Седок доволен был конем

Ему покорным,

Поил его и медом, и вином,

Кормил зерном отборным.

От зависти взревели лошаки:

– Мы не потерпим зла конизма!

Верней, научнее заветы лошакизма! —

И скалили клыки.

Ретивый конь, не труся,

Вступил на скользкий путь дискуссий,

Но, закопыченный, устал,

И зачихал.

– Наш доблестный товарищ болен сапом! —

Ревут все лошаки. Развязка не долга:

Сгрудившися, берут его нахрапом,

Да и ведут лечиться в дальние луга.

Я видел иногда: мальчишка,

Изрядный шалунишка

Капризничает и шумит,

Кричит,

Визжит,

Но няня строгая подходит,

И за руку его подалее уводит:

Пускай один поколобродит.

Короче говоря,

Вот какова мораль у этих басен:

Когда даешь уроки Октября,

То будь в отъезд согласен.