Однажды в Америке - Грей Гарри - Страница 95

Вместо этого я неуверенно спросил:

— А ты подумал об алиби на случай, если нас будут допрашивать? В будущем?

— К черту алиби, — надменно отмахнулся Макс.

Я перестал ходить и остановился напротив него. Большой Макс смотрел на меня ледяным взглядом. Он по-королевски выпрямился в своем огромном кресле. Обе руки его покоились на подлокотниках. Это делало его значительным и давало ему какое-то психологическое преимущество надо мной. Он сидел так высоко, что казалось перед тобой находится королевская особа, которая ждет, когда ты закончишь читать свое прошение и покорно удалишься. Я почувствовал себя маленьким и ничтожным.

— Ты что, забыл одно из условий успешного налета? Алиби, которое делает тебя неуязвимым, — робко сказал я.

— К черту алиби, — повторил он. — Дело верное. Я обдумал отход и выверил все по минутам. У тебя есть еще что-нибудь?

Макс надо мной издевался.

— Не знаю, Макс, — неуверенно ответил я.

Я снова принялся ходить взад и вперед, пытаясь выиграть время. Я начал сомневаться в своих опасениях. А вдруг и вправду это возможно, если правильно оценить опасность и рассчитать все до секунды? Было бы неплохо посмотреть на это здание изнутри. Внезапно я понял, как лучше всего подать свою идею Максу. Я остановился и сказал:

— Как насчет того, чтобы отправить меня на разведку? Ты можешь это устроить?

До того как он успел что-либо сказать, вмешался Простак:

— Отличная идея, Макс. Пусть Башка попробует все разнюхать.

— Ладно, ладно, — нетерпеливо согласился Макс. — Я позвоню парням из профсоюза и устрою тебе поездку на этом грузовике в качестве подсобного рабочего.

Остаток дня мы провели как-то неуютно. Дружеская близость прошлых лет уже не возвращалась. Макс большую часть времени просидел в своем большом кресле, погрузившись в размышления, которые приправлял большим количеством виски. Не было ощущения, что ты у себя дома и можешь расслабиться. Мы все были на взводе. Комната была как бы наэлектризована. Мы были хмурыми и недовольными.

Макс позвонил в профсоюз и договорился о моей поездке в качестве помощника водителя.

— Хочу, чтобы этот парень поехал на этом грузовике! — орал он в трубку. — Да, он хочет осмотреть достопримечательности в центре города. И вы заплатите ему дневной заработок. И не стоит задавать так много вопросов. Просто устройте мне это.

Он сообщил мне адрес, по которому я должен был в восемь утра следующего дня встретить грузовик. Так скоро, черт бы его побрал! Я думал, ему понадобится по крайней мере неделя, чтобы все устроить. Я отправился на Байард-стрит, чтобы купить себе поношенную рабочую одежду и кепку. Тогда я смог бы сойти за помощника водителя грузовика.

Будильник был заведен на шесть часов. Ночь я провел почти без сна и поднялся еще до того, как зазвонил будильник. Я натянул на себя потрепанную одежду и поглубже надвинул на лоб бесформенную кепку. Посмотрев на себя в зеркало, я грустно улыбнулся. Да, именно так я одевался, когда был ребенком и шатался по улицам Ист-Сайда. В таком виде я и ходил в свою «суповую» школу.

Я выглядел помятым. И чувствовал себя точно так же. Просто удивительно, какое влияний на внутреннее состояние человека оказывает его одежда. Я прошел к грузовому лифту в дальнем конце холла и спустился на нем до служебного выхода. От туда я направился на Десятую улицу, где в одной из забегаловок позавтракал бутербродом с ветчиной и кофе. Затем я поймал такси, чтобы доехать на нем до гаража, где мне была назначена встреча с водителем грузовика.

Начальник гаража попросил меня назвать ему номер грузовика, на который я получил назначение. Он сказал, что нужный мне водитель еще не появлялся, но, наверное, скоро будет. Я залез в кабину и стал ждать. Когда водитель наконец-то прибыл, я встал и представился:

— Я Джек, твой новый помощник.

С первого взгляда я ему почему-то не понравился. Он оглядел меня со всех сторон и проворчал:

— Этот проклятый профсоюз совсем сдурел. Куда делся мой обычный помощник?

— Но я тоже хочу ням-ням, парень, — ответил я. — Я за многие годы не проработал и дня.

— А выглядишь так, будто ешь каждый день, — проворчал он.

— Просто у меня есть друзья, которые кормят меня время от времени, — беспечно пояснил я. — Как твое имя, парень?

— «Как твое имя, парень», — зло передразнил он. — Послушай, дружок, — он ткнул пальцем мне в грудь, — обойдемся без всех этих формальностей. Нам с тобой не детей крестить. Мы должны отъездить вместе один день, и это все.

Он нажал на стартер, вывел грузовик из гаража и погнал его вниз по Вест-стрит. Он ловко подъехал задним ходом к загрузочной платформе склада оптовой фирмы, торгующей бакалейными товарами. Работник склада, встретивший нас у дверей, принялся отмечать количество ящиков с консервами, мешков с мукой, сахаром и рисом, подвозимых к грузовику на тележках складскими работниками. Водитель и я начали погрузку. В деле перебрасывания пакетов и ящиков я показал себя весьма неуклюжим.

— Ты настоящий недотепа, — непрерывно ворчал водитель. — Ты даже не знаешь, как правильно загружать товар. Этот проклятый профсоюз прислал мне в помощники такого придурка!

Я был зол и весь в поту от непривычной нагрузки, но старался сдерживать себя. Я думал о том, с какой радостью отделал бы этого парня. У нас ушло около полутора часов на то, чтобы загрузить примерно десять тонн всевозможных бакалейных товаров. Водитель опустил брезентовый верх кузова и закрепил его с помощью веревки. Но задний борт поднимать не стал.

— Покатайся-ка денек у меня на хвосте, — злорадно сказал он мне.

Всю дорогу я стоял у заднего края кузова, хватаясь за веревки всякий раз, когда он нарочно подбрасывал грузовик на колдобинах, резко тормозил или на полном ходу проделывал резкие повороты, от которых меня кидало на борт. В конце концов он остановился у какой-то закусочной, вылез из кабины и не спеша подошел к заднему борту. На лице его была довольная ухмылка.

— Ты все еще здесь? А я думал, что потерял тебя где-нибудь по дороге. Это была показательная поездка. Впереди у тебя еще целый день такого удовольствия. Может быть, хочешь слинять прямо сейчас?

Когда я спустился на землю, меня пошатывало. Я прикинул размеры водилы и решил, что он крупный и тяжелый бугай. Надо действовать наверняка. Нельзя уповать на случай. Я нагнулся, сделав вид, что поправляю задравшуюся штанину. Затем, быстро распрямившись, нанес ему удар снизу левой прямо в подбородок. Он зашатался, и я носком ботинка пнул его в живот. Согнувшись от боли, он повалился в грязь. К нам подошла компания грузчиков. Один из них спросил:

— Что с ним?

— У моего друга заболел живот или что-то вроде этого. — Я заботливо склонился над ним и спросил: — Как ты себя чувствуешь, парень? Надеюсь, тебе уже лучше?

Я помог ему подняться. Он с трудом удерживал равновесие.

— Тебе хватило, мерзавец? — прошептал я. — Или мне выкупать тебя в реке?

Он взглянул мне в лицо и кивнул. Я в ответ улыбнулся. Мы взялись под руки и вместе вошли в закусочную.

— Что случилось, Бач? — обратился к водителю человек за прилавком. — Ты что-то неважно выглядишь.

— Бач и чувствует себя неважно, — ответил за него я. Человек за прилавком сказал:

— Это очень плохо. Что будете есть, ребята?

— Яичницу с ветчиной, жареный хлеб и кофе. И Бачу то же.

— Отлично.

Мы молча поели. Я взял с прилавка пригоршню сигар я заплатил за нас обоих. Мы вышли на улицу.

Влезая в кабину, водитель обернулся, потер подбородок и, глупо улыбнувшись, сказал:

— Я вел себя как последний идиот. Давай садись со мной в кабину. Как, говоришь, тебя зовут?

— Джек, — коротко бросил я.

— А меня Бач.

Я кивнул.

— Ты можешь за себя постоять, Джек.

Я скромно улыбнулся и протянул ему сигару. Он дал мне прикурить первому и достал накладные.

— Первый рейс в больницу Бикмена. Ты знаешь, как заполнять заказы на бакалейные товары?