Преследование праведного грешника - Джордж Элизабет - Страница 117

— Тогда расскажите мне все, что случилось, шаг за шагом. Возможно, вам вспомнится какая-то деталь, которую мы сумеем использовать…

— На сегодня достаточно, — вмешалась дежурная сестра, чье грубоватое шотландское лицо являло картину стальной решимости.

— Мужчина или женщина? — вновь спросил Линли раненую женщину.

— Инспектор, я, кажется, ясно выразилась, — резко бросила сестра.

Она загородила собой эту напоминающую ребенка пациентку и, проявляя чрезмерную заботу о ее удобстве, начала поправлять постельное белье, подушки и капельницы.

— Мисс Невин… — тем не менее настаивал Линли.

— Выйдите! — приказала сестра, а Вай прошептала:

— Инспектор… Мужчина…

Услышав ее слова, Линли счел их достаточными для установления преступной личности. В конце концов, он полагал, что и так знает все, что она могла бы рассказать. Ему лишь хотелось исключить возможность того, что это Шелли Платт — а не Мартин Рив — нанесла визит своей бывшей соседке, И уточнение пола, по его мнению, уже позволяло перевести дела на следующий уровень.

Линли начал этот процесс в «Звезде Индии» на Олд-Бромптон-роуд, где из разговора с метрдотелем установил, что Мартин Рив и его жена Триция, завсегдатаи этого ресторана, действительно заходили туда в начале недели. Но никто не мог точно вспомнить, в какой из вечеров они сидели за столиком у окна. Мнение официантов разделилось между понедельником и вторником, а метрдотель, судя по всему, вообще помнил только то, что записано в журнале предварительных заказов.

— Насколько я вижу, они не заказывали столик, — оживленно произнес он. — А в «Звезде Индии» надо обязательно делать предварительные заказы, чтобы случайно не остаться без места.

— Верно. Она так и сказала, что они не заказывали столик, — сообщил ему Линли. — И еще сказала, что именно это стало причиной спора между вами и ее супругом. Во вторник вечером.

— Я не спорю с нашими постоянными клиентами, сэр, — сухо возразил распорядитель.

И обида, порожденная словами Линли, поглотила остатки его воспоминаний.

Неопределенность доказательств, полученных в «Звезде Индии», дала Линли повод заглянуть к Ривам, невзирая на позднее время. По пути к ним перед его мысленным взором стояло изуродованное лицо Вай Невин. Когда он доехал наконец до Кенсингтон-Черч-стрит и повернул к Ноттинг-Хилл-гейт, то медленно разгоравшаяся в нем ярость с легкостью позволила ему повторно нажать на кнопку звонка у дверей фирмы «Управление финансами МКР», поскольку на первый звонок никто не прореагировал.

— Вы имеете хоть какое-то представление о том, который сейчас час?

Таким вопросом встретил его Мартин Рив, распахнув дверь. Ему не было необходимости представляться: Линли и так понял, кто вышел ему навстречу. Льющийся сверху свет выразительно подчеркивал пламенеющую свежесть четырех глубоких царапин на щеке хозяина дома.

Линли втолкнул Рива в вестибюль. Он припер его к стене — почти без усилий, поскольку сутенер неожиданно оказался гораздо ниже, чем Линли себе представлял, — и прижал его щекой к симпатичным полосатым обоям.

— Что за дела! — возмутился Рив. — Вы считаете, вам все…

— Расскажите-ка мне о Вай Невин, — потребовал Линли, выкрутив ему руку.

— Эй! Если вы думаете, что можете врываться сюда и… Линли надавил посильнее, и Рив взревел от боли:

— Твою мать!

— Даже и не мечтайте. — Линли навалился на него, рывком подняв его руку вверх, и проговорил прямо в ухо: — Рассказывайте, мистер Рив, что вы делали нынче днем и вечером. Во всех подробностях. Я очень устал и нуждаюсь в волшебной сказке перед отходом ко сну. Сделайте одолжение. Пожалуйста.

— Вы что, совсем сбрендили? — Рив повернул голову к лестнице и крикнул: — Триш! Триция! Триш! Звони в полицию!

— Прекрасная попытка, — одобрил Линли, — но полиция уже прибыла. Не тяните резину, мистер Рив. Давайте побеседуем вон там.

Толкая коротышку перед собой, он завел его в приемную, силой усадил на стул и включил свет.

— Вам лучше придумать вескую причину для подобного обращения, — огрызнулся Рив. — Иначе вас ожидает такой скандальный судебный процесс, какого еще не видели в этой стране.

— Не тратьте попусту угрозы, — ответил Линли. — Они могли бы сработать в Америке, но у нас вы не заработаете ими даже на чашку кофе.

Рив растирал травмированную руку.

— Мы еще посмотрим насчет этого.

— Буду с нетерпением ждать. Так где вы были сегодня? Где вы провели день и вечер? И кстати, что случилось с вашим лицом?

— Что? — произнес Рив, словно не веря своим ушам. — Неужели вы думаете, что я стану отвечать на ваши вопросы?

— Если вы не хотите, чтобы это здание заколотили досками сотрудники отдела нравов, то расскажете все, не упуская ни малейшей подробности. И не выводите меня из себя, мистер Рив. У меня был чертовски трудный день, а от усталости я теряю благоразумие.

— Да идите вы… — Рив повернул голову к двери и крикнул: — Триция! Ну-ка пошевеливайся! Звони Полмантиру. Я плачу ему бешеные деньги не за то, чтобы его жалкая задница…

Линли взял с конторки тяжелую пепельницу и швырнул ее в Рива. Пролетев мимо его головы, она разнесла вдребезги большое зеркало.

— Господи! — заорал Рив. — Что за идиотские…

— День и вечер. Я жду ответов. Живо.

Не дождавшись отклика, Линли подошел к Риву, схватил его за грудки и, прижав к спинке стула, туго стянул воротник пижамы на горле.

— Кто так разукрасил вашу щеку, мистер Рив? Откуда взялись эти царапины?

Рив издал полузадушенный стон, порадовавший Линли.

— Или я должен сам заполнить пробелы в вашей памяти? Смею сказать, что мне известны все действующие лица. — Произнося имена, он с каждым словом усиливал давление на горло Рива. — Вай Невин. Николь Мейден. Терри Коул. А также и Шелли Платт, если мы доберемся до нее.

Рив сдавленно прошипел:

— Убирайтесь к дьяволу, — и схватился руками за горло.

Ослабив хватку, Линли рывком прижал его голову к коленям, и Рив сложился, точно старый вытертый половик.

— Вы испытываете мое терпение. Я начинаю склоняться к мысли, что действительно стоит позвонить в ближайший полицейский участок. Пара ночей, проведенных в камере у ребят на Ледброук-гроув, поможет вам стать более разговорчивым.

— Можете поставить крест на своей паршивой заднице. У меня достаточно влиятельных друзей, которые…

— Кто бы сомневался! У вас, вероятно, множество клиентов отсюда и до самого Стамбула. И все они, несомненно, встали бы на вашу защиту, если бы вам предъявили обвинение в сводничестве, но, к вашему прискорбию, избиение женщин не пользуется популярностью среди высокопоставленных персон. Только представьте, какую пищу получат бульварные газетенки, если выяснится, что такие люди пришли вам на помощь. И без того-то они призадумаются, стоит ли подавать вам руку, если я привлеку вас за сводничество. Неужели вы рассчитываете получить от них что-то большее? Нельзя же быть таким глупым, мистер Рив. Итак, отвечайте на вопрос. Что случилось с вашим лицом?

Рив хранил молчание, однако Линли видел, что его ум начал работать. Другой человек предпочел бы выяснить, какими фактами располагает полиция. Но Риву, давно жившему на грани закона, и без того представлялось достаточно ясным, какие претензии может предъявить закон к избранному им поприщу. Он, конечно, понимал, что, располагай Линли чем-то основательным — например, очевидцами или заявлением от его жертвы, — полиция немедленно произвела бы арест. Неопределенность ситуации давала ему более широкий простор для отговорок.

— Ладно, — сказал наконец Рив. — Это Триция. Она во всем виновата. Я вернулся домой после проверки неудовлетворительной работы двух наших девиц. Она лежала в отключке. Я перепугался. Господи, я подумал, что она мертва. К моему страху примешивалась и ярость, и я начал с силой тормошить ее, бить по щекам. И тогда оказалось, что она не настолько беспомощна, как я думал. Ее ноготки оставили след у меня на щеке.

Линли не поверил ни слову.