Тайные знаки - Сашнева Александра - Страница 67

«А кто сказал, что роботы — будущее человечества? — мысленно произнесла Марго. — Кому это выгодно? Роботам! Это выгодно роботам! Но о т к у д а на Земле могли взяться роботы? Только из космоса! « И новая идея, более безумная, овладела мозгом Марго.

«А! Так вот в чем дело! — подумала она, замирая от внушительности мысли. — Кажется, я догадалась! После войны американцы сказали, что к ним в плен попали инопланетяне. И, кажется, есть версия о том, что это были роботы! И папочки из ФБР срочно засекретили Ангар-18. А почему они его засекретили? Если там были инопланетяне, то почему их не показать людям? Только по одной причине — инопланетяне-роботы взяли в плен всех американцев. Все послевоенные американские президенты — роботы! Или работают на роботов! Андрэ правильно сказал, что человек может не знать, что он — робот! Об этом еще Стругацкие писали! Да-да! Жук в муравейнике! Они не могли прямо написать про Ангар-18, им бы так скрутили яйца! поэтому они все это перевернули в такую форму, будто речь идет о далеком будущем и какой-то там планете, но на самом деле…» Люди могут потерпеть все, что угодно — только не инопланетных роботов. Она сама, Марго совсем недавно хотела бы стать роботом, но узнав о том, что это интервенция инопланетян, она уверенна, что хочет остаться человеком. Возможно, у них выше технология, лучше с правами человеческой личности, но все это не имеет смысл, если за тебя это сделает кто-то другой. Смысл в том, чтобы самому добиться того, чего хочешь.

Именно в этот момент, внезапно и бесповоротно, Марго решила начать против роботов войну.

Первым действенным шагом ей показалось написание заметки в газету Лео. Пусть Андрэ говорит, что хозяевам «Голема» все равно, но если все будут знать, что американцами управляют инопланетные роботы, этих роботов остановят.

Написав заметку и оставив ее на рабочем столе, посреди экрана, Марго отправилась звонить Полю. Ну хоть с этим балбесом поделиться информацией. В конце концов, если он был влюблен в терорристку Фрамбуаз, то он должен понять, в чем дело!

Марго набрала номер, но в ответ услышала только бесконечные длинные гудки. Тогда она вернулась в кабинет и, снова включив машину, смылила Полю письмо — интернетом Брат пользовался — он драл оттуда семплы для своих трэков.

Марго написала:

Отправив послание, Марго выключила машину и посмотрела в окно.

Солнце уже поднялось настолько, что выйдя из-за растрепанной тучи, осветило весь верхний этаж и верхушки деревьев с комками зеленых омел.

Говорят, они паразиты, но их зелень радует, подумала Марго. Как несправедливо. Паразиты не должны радовать. А, может быть, это их работа — радовать?

Марго вернулась в комнату и взяла новый холст. Их осталось уже совсем немного. Надо работать! Ибо боец армии против роботов тоже нуждается в пище, одежде и, кстати, многих других вещах, которые ни к чему обычному человеку.

Подрамник на пол. Палитру в руку.

Капля оранжевой краски, оставшаяся с прошлого раза, нагрелась в ромбе солнечного света и заблестела перламутровым блеском. Марго водила и водила кистью по холсту, пытаясь изобразить лицо репортера, но несмотря на то, что при встречах она не спускала с Андрэ глаз, она не могла вспомнить, какой у него нос, глаза и губы. Что за художница? И опять она расстроилась, вспомнив вчерашний конфуз с тестами. Недовольная собой, Марго уперлась. Она все водила и водила кистью, пытаясь приблизить кажущееся к реальному. А серебряный ручеек арфы звучал внизу все сильнее, и в его голосе стали слышаться более густые, более нервные сердитые ноты.

Погода начала портиться, в небе появились облака.

Марго водила и водила по холсту рукой, пока из путаницы линий на нее не взглянуло совсем иное лицо. Она испуганно вздрогнула и отпрянула от холста, показалось, что оттуда на нее взглянули. Фу ты! Черт! Страх пробежал мурашками по спине — откуда это лицо? И ощущение, что она его видела совсем недавно. Буквально вчера.

Арфа внизу взревела волнами прибоя и внезапно стихла. Что-то грохотнуло и раздалось пение старой мадам.

Марго показалось — за спиной шаги. Она беспокойно оглянулась и вскочила на ноги. Нет. Конечно, никого там не было. Теперь в коридоре кто-то вздохнул. Вспомнив о том, что за воротом куртки приколота огромная игла, Марго взяла ее в руку, как маленький кинжальчик, и выглянула за дверь. Бонни, стоявшая посреди коридора повернула голову и вильнула хвостом. Она пристально смотрела на что-то маленькое движущееся по полу. Марго подошла к собаке и увидела черного таракана. Под тяжестью «бульдога» насекомое хрустнуло, как семечка.

— Вот так, Бонни! — сказала Коша собаке и погладила ее по загривку. — Вот так и надо с ними поступать.

Бонни кивнула и попятилась.

А Марго вдруг встала на четвереньки и попыталась представить себе состояние себя, если бы у нее не было никаких рук, а были бы лапы. Вероятно тогда и она бы, как Бонни или Пупетта, старалась бы пробовать все на нюх, на зуб и общаться с миром при помощи рта. Когда ты стоишь на четвереньках, голова становится ведущим органом контакта с миром. Нет! Люди никогда не ходили на четырех ногах, потому что ведущий орган человека — руки.

Бонни удивленно наклонила голову, а Марго так и поползла на четвереньках назад. Вернувшись в комнату, она хотела продолжить работу и снова взяла кисть. И опять замерла под чьим-то пристальным взглядом. Тишина все-таки очень тревожной. Черезчур тревожной. Необъяснимо тревожной. Она была такой, будто в округе ни стало ни одной машины, ни одного человечка, будто во всем мире Марго осталась одна. И еще Бонни и Пупетта. И таракан. Мертвый.

Теперь и наяву Марго показалось, что комната раздвоилась на обычную, словно подернутую золотистой сеткой. И опасные темные линии спускались жгутами с потолка, затеняя лампу на потолке почти до невидимости.

— Боже ты мой! Ну и зачем мне все это? — простонала Марго вслух и отбросила кисть. — Зачем? Какой мне прок в этих всех приколах? Да плевать, что я вижу всю эту летающую плесень, все эти линии-хрелинии, лучи-мучи, огни-мугни… На черта мне это все? Какой в этом прок?

Она вернулась к окну и, почему-то обратившись к Солнцу, продолжила:

— Слышишь, ты! Не знаю, кто ты, Бог, Дьявол или еще какой Вуду-Муду! Если ты дал мне это видеть, скажи, как мне этим пользоваться? Я знаю, ты слышишь! Ты знаешь, о чем речь! Потому что ты не наказывал бы моих врагов, если бы тебе было все равно! Ты убил Валька, ты убил Рыжина и других. Ты! Именно ты, не я! Но зачем? Зачем ты это делаешь? Лучше бы ты дал мне силу убедить их в том, что не надо быть моими врагами! Я ведь не хочу им зла! Я никому не хочу зла. Я всех уже простила, а ты — нет. Зачем?

Но никто, конечно, не ответил, если не считать ответом облачко набежавшее на чело Солнца… Злая и решительная, Марго направилась в коридор и опять набрала номер Поля. На этот раз удачно.

— Привет! Ты получил мое письмо? — наехала она сразу.

— Нет, — протянул Поль. — Я только что пришел из банка, снимал проценты.

— Так иди читай скорее! Оно короткое. Я не могу говорить по телефону, нам надо встретиться!

— Встретиться! — даже по телефону было слышно, что Поль расплылся в улыбке. — Хорошо. Я пошел читать! Перезвоню сразу.

Марго положила трубку и стала ждать повторного звонка.

Прошло минут пять.

— А как мы будем спасать человечество? — похотливо кокетливо спросил Поль. — Мы будем производить его на свет? Ты наконец решилась, да?

— Иди ты в задницу! — простонала Марго. — Я серьезно!

— И я… — опять сладко протянул Брат.

— Я говорю о реальной опасности, а ты опять и своем? Что ты там сопишь? Уже играешь своим маленьким другом? Черт! Ты можешь хотя бы минуту не думать о сексе?

— Не-а… — сказал в трубку Поль, усиленно сопя. — Не могу. Для меня кроме секса ничего не существует. Все остальное — выдумки пиарщиков и продавцов оружия.