Тёмный день - Сербжинская Ирина - Страница 30

— Как это?

— Надо подумать… к примеру, почему бы тебе не сходить в Квартал магов и не купить какое-нибудь недорогое, но действенное заклинание на удачу? А?

Барклюня пошевелил ушами. Вид у него стал еще печальнее.

— Был я у чародеев, — сообщил он. — В лучшую лавочку заходил, все заклинания, на любой вкус…

— И как?

— Чародей Халган, что там торгует, сказал, что если меня еще раз в магическом квартале увидит, то превратит в кролика и отвезет в горы. Там и выпустит. Говорит, уж в горах-то я никому навредить не смогу.

— Как сказать, — с сомнением протянул Дарин, вспомнив о горных великанах. — А что случилось в лавочке?

— Такая тоже ужасная история произошла. Вообрази себе…

— Барклюня! — раздался из другого конца коридора громовой голос главы Управления.

Секретарь встрепенулся.

— Давай быстрей к Восточному входу! — скомандовал он. — А то Меркателю, похоже, туго приходится.

— Бегу! А ты его видел?

— Нет. Крики слышал.

— Крики?! А кто кричал? Купец или отхи?

— Все, — ответил Барклюня и рысцой припустил вдоль по коридору.

…Еще накануне, познакомившись с троицей отхи, у Дарина возникли подозрения, что вся эта компания, выгодно продав волшебную шерсть, не поспешит обратно в далекую Сангерию, а задержится в Лутаке на Ярмарку. Так и получилось: отхи, впервые в жизни оказавшись в большом городе, возвращаться на пастбища не спешили, а развлекались, как могли. Их знакомства в Лутаке ограничивались Бутасой, его племянником Мекелем, да купцом Меркателем, который с недавних пор вместе с Бутасой стал вести торговлю шерсти. Меркатель, еще год назад проживал в соседнем королевстве, крошечном островном государстве, где весьма преуспевал, но вскоре в одной стране его предпринимательскому гению стало тесновато, поэтому купец с радостью принял предложение Бутасы переселиться в Лутаку.

Поскольку сам Бутаса от встреч с кочевниками искусно уклонялся, Мекель с раннего утра торчал в гавани, наблюдая за погрузкой товара на корабль, отдуваться пришлось Меркателю: соскучившиеся отхи, шляясь по берегу, набрели на несчастного купца и теперь вовсю наслаждались общением. Не зная, как отвязаться от настырных поставщиков и отчаявшись понять, что им нужно, вконец замучанный Меркатель перехватил пробегавшего мимо Пулиса и послал его за Дарином.

… - Чтоб вас чума взяла, олухи бестолковые, — бормотал купец Меркатель, вытирая лысину платком. — Дарин, наконец-то! Желаю процветания… растолкуй мне, чего они хотят? Деньги им сполна уплачены, что еще? Бубнят чего-то, а что — не пойму! С этими тугодумами вести дело так же трудно, как со снежными великанами!

— Ты, Меркатель, не вздумай это при господине Гораме брякнуть, — предупредил Дарин, оглядывая отхи. Это была все та же вчерашняя троица, под предводительством «кольценосца» и настроение у них, судя по всему, было отменное.

— Не брякну, — успокоил его купец. — Что мне, жить надоело? Но эти овцеводы меня в могилу загонят! Дракониды бесхвостые, чтоб им пусто было!

— Что он говорит? — насторожился «кольценосец».

— Радуется. Говорит, что вести с вами дела — большая честь для него! Редко встретишь таких храбрых и мудрых воинов, — сделав почтительное лицо, проговорил Дарин. — Потрясен, говорит, поражен и преисполнен благоговения!

Отхи довольно переглянулись.

— Чего это ты им наговорил? — забеспокоился купец. — Чего это они заулыбались? Спроси, чего им надо?

— Щас, щас…

— Передай этому человеку, — важно проговорил «кольценосец». — Что мы решили оказать ему огромную честь. Великие воины, — тут он кивком указал на топтавшихся рядом «великих воинов». — Желают погостить у него несколько дней. Возможно, скоро сюда приедут наши родичи, тоже смелые и бесстрашные воины, и если купец хорошо попросит их и преподнесет дорогие подарки, они тоже согласятся быть его гостями. Скажи — ему будет о чем рассказать потомкам!

Дарин кашлянул.

— Плохо дело, уважаемый, Меркатель, — вполголоса озабоченно сказал он. — Они в гости к тебе собираются.

Купец так и подскочил в ужасе.

— Это еще зачем?!

— Почет тебе хотят оказать, понял? Чтоб было о чем детям рассказать.

Меркатель закатил глаза.

— Только этих дикарей мне в доме не хватало! Бородавочники зеленые! Как бы мне от них отвязаться?! Ведь, не ровен час, обидятся! — Он ухватил Дарина за рукав. — Скажи им… скажи… не знаю что… что угодно! Отговори от этого! Можешь?

Дарин покосился на отхи.

— Блин, думаешь, это так просто? Вот за такие штучки гоблина-толмача и того… знаешь, наверное, эту историю?

— А я тебе хорошо заплачу! Больше, чем обычно!

Дарин тут же повеселел.

— Ну, тогда другое дело. Так бы сразу и сказал!

Он повернулся к отхи.

— Уважаемый купец вне себя от огорчения, — голосом полным сожаления, начал он. — Его скромная хижина не подходит для того, чтоб принять таких почетных гостей! Таких великих воинов должно приглашать лишь в королевский дворец! Он, конечно, понимает, какая огромная честь ему оказана! И он в отчаянии от того, что не может оказать вам тот почет, который вы заслуживаете! Он умоляет храбрых воинов не гневаться и смиренно молит о прошении!

-..чтоб им чесотку подхватить, троллям пещерным, в гости они собрались… пусть их Бутаса принимает…

— … хижина его мала и тесна, а жена недостаточно красива, чтобы прислуживать уважаемым…

— …за волшебную шерсть дают такие деньги, что просто сердце радуется, но иметь дело с этими пастухами, это, я тебе скажу….

— … поэтому несчастный купец, вне себя от огорчения и …

— … у меня уже седые волосы появились и все из-за этих дикарей! Вот, смотри!

— …он, как видите, рвет на себе волосы от огорчения и умоляет не гневаться! Он уже практически решил построить новую хижину, где в следующий раз устроит пир для таких дорогих гостей!

Отхи переглянулись и покивали головами.

— Мы прощаем его, — важно ответил за всех «кольценосец». — Передай, мы заглянем к нему в следующий раз.

Купец насторожился.

— Что? Что он говорит?

— Меркатель, ты спасен, — сквозь зубы пробормотал Дарин. — По крайней мере, сегодня гостей у тебя не будет.

— Слава небесам! А куда это они направились?

— На Ярмарку…

Меркатель проводил отхи опасливым взглядом. Когда они скрылись, он схватил руку Дарина и принялся трясти ее что было сил.

— Хвала небесам! Ты помог мне, спас, можно сказать! Я обещал отблагодарить тебя, — решительно заявил он. — Достойно вознаградить! И слово свое сдержу!

— Вот это хорошо, — с готовностью подхватил Дарин. — Это ты молодец. Оплата толмачу, сам знаешь, три лемпира, но ты, кажется, говорил что-то о… словом, мне полагается что-то вроде премии? На какой сумме столкуемся?

Он выжидательно уставился на купца. Тот замялся.

— Меркатель?

Глаза купца забегали по сторонам.

— Ну, — уклончиво отвечал он. — Собственно говоря, я не это имел в виду. Сам посуди: что такое деньги? Тьфу! Сегодня есть, завтра нет.

— Но лучше все-таки, когда они есть, — вставил Дарин. — Так что…

— Да, да! Нет! Деньги приходят и уходят, это я тебе как купец говорю. Поэтому я решил сделать тебе подарок. Нужный, полезный и очень дорогой! — горячо продолжал Меркатель. — Очень нужный и очень дорогой. Имей в виду, я прямо от сердца его отрываю! Только для тебя!

Дарин слегка насторожился.

— Ну, если он такой нужный и дорогой, то, может, оставишь его себе? — предложил он. — А мне заплатишь побольше? Я, знаешь, человек практичный, люблю деньги.

— Деньги, — с сожалением проговорил купец. По его голосу было понятно, что расставание со звонкой монетой он переносил крайне болезненно.

— Нет, то, что я тебе подарю, гораздо лучше денег, — заторопился он. — К тому же, если уж на то пошло, ты всегда можешь его продать! За него такую кучу золота отвалят, что…

При этих словах Дарин окончательно утвердился в подозрениях.

— Не юли, Меркатель. Что за подарок?