Ловчий смерти - Леженда Валентин - Страница 51

Неожиданно кто-то из беглецов обнаружил пещеру. Нужно было немедленно решать, рисковать или нет. Каменное убежище вполне могло оказаться удобной братской могилой. А что, если у пещеры есть выход? Такой шанс выпадал редко, и они решили им воспользоваться. Рискнули не все, но те, кто все-таки отважился, впоследствии ни разу не пожалели.

Внутри пещеры горел свет. Маленькие масляные светильники услужливо освещали путь смертельно уставшим людям, сжимавшим в испачканных кровью руках мечи. Казалось, пещера настойчиво приглашает их погрузиться в свои загадочные недра…

Двое воинов, замешкавшихся у входа, нагнав отряд, рассказали невероятное. Тени, пытавшиеся проникнуть следом за беглецами, не смогли преодолеть порог, и в этом был хороший знак.

Сперва их ослепило золото, а затем они увидели ее…

Статуя была прекрасна, совершенна, невероятна… Вергун в одночасье почувствовал, что вся его жизнь летит в ненасытную раскрывшуюся бездну, ту самую бездну, которая жила в каменных провалах глазниц древней статуи. Каждый из них остался один на один с обитательницей странной пещеры. Никто так и не понял, КАК это произошло, просто они разучились удивляться. Главное, что живы, главное, что ужасная смерть, с которой невозможно бороться, отступила. Они обрели убежище… Во всяком случае они так думали тогда, но на самом деле добровольно отдавали себя в унизительное рабство…

Спутники исчезли. Вергун остался один на один с богиней. Да-да, то была именно богиня… Ожив, статуя сошла с золотого пьедестала, улыбаясь застывшему посередине пещеры растерянному мужчине. Меч со звоном выскользнул из руки, падая на пол… Казалось, обнаженная девушка на самом деле неподвижна… ей не нужно движение, потому что вокруг двигается весь мир, подчиняясь, принимая, поклоняясь…

«Сколько ей лет? – находясь в каком-то сумеречном состоянии, подумал Вергун. – Шестнадцать, пятнадцать…»

Ее красота замерла на пороге женственности, тело женщины, лицо ребенка, как можно было противиться подобной силе?

Богиня заговорила:

– Как твое имя?

– Вергун!

Ответили только губы, он не успел даже как следует обдумать вопрос, а губы уже сами разошлись в стороны, издавая звуки, безропотно подчиняясь…

– Что привело тебя сюда?

– Где… остальные? – собрав всю свою волю, спросил он, ломая капкан чужого влияния.

Брови богини удивленно изогнулись:

– Впервые вижу простейший организм, не желающий подчиняться. Что ж, в определенной степени ты удивил меня, за это я оставлю тебе часть памяти, хотя личность, пожалуй, сотру.

– Кто ты?

– Смерть! Что, не похожа?

– Нет.

– А как ты меня представлял?

– Местом, где нет звуков, красок, запахов, а есть только абсолютная тьма и… пустота!

– Но ведь это место всегда у тебя за спиной! – расхохоталась девушка.

Вергун резко обернулся. Конечно, она играла с ним, за спиной не было тьмы, мерцали в полутьме украшенного золотом святилища маленькие масляные лампы. Его заинтересовали картины, с небывалым мастерством высеченные на золотых пластинах.

– Куда ты смотришь?

– Что это за существа там… похожие на гигантских насекомых?

– Тебя заинтересовали чеканки? Пожалуй, я отвечу. Это бывшие владыки моего родного мира. Когда-то очень давно мой народ уничтожил их, заплатив слишком большую цену.

– Твой народ?

– Они поклонялись мне, позвав меня из тьмы! У них было все: невероятная власть, могущество; они укрощали стихии, могли за одно мгновение уничтожить целую планету, но у них не было только одного… живого бога… и они создали его…

– Зачем создавать божество, ведь это бессмысленно…

– Правда? Ты так считаешь?

– Разве можно поклоняться деянию рук своих? Поклонения достойна непостижимость, тайна, чарующая необъяснимая сила…

– Ты говоришь слова, которые не должен говорить. Позволь мне заглянуть в тебя глубже…

Черные провалы глазниц надвинулись, пожрав весь окружающий мир, уменьшившийся до размеров крохотной бусины.

– Странно, – пришел откуда-то из глубин тьмы изумленный голос. – Я не могу прочитать тебя, будто ты один из них…

– Один из них?

– Я имею в виду высшую касту Ушедших. У тебя примитивное тело раба, но внутри… я не могу понять, не повредив твой рассудок… Ведь ты простой солдат…

Тьма отпустила, и он снова стал самим собой.

– Где мои спутники? – повторил свой вопрос Вергун.

– Они, как и ты, общаются с моими сущностями… кто-то выдержит испытание, кто-то нет… тебе повезло больше других, ты мне почти подходишь…

– Подхожу для чего?

– Будешь мне служить?

– А если откажусь?

– Погибнешь!

– Отличный выбор.

– Последнее слово за тобой!

– Я согласен!

– Ты станешь моими глазами и ушами, ты будешь моей карающей дланью, с твоей помощью я верну себе прежнее могущество. Для этого потребуется много времени, но я умею ждать, я дарую тебе бессмертие, ты станешь неуязвимым вплоть до того момента, пока не разочаруешь меня.

– А что я должен сделать, чтобы разочаровать тебя?

– Должен? – богиня расхохоталась. – Ты уже хочешь сделать это? Великолепно. Какой потрясающий экземпляр. Пойдешь против моей воли, и я уничтожу тебя.

– Жизнь раба мало чем отличается от смерти.

– Ты смеешь со мной спорить?!! Да что ты знаешь о смерти? Жизнь в ошейнике во сто крат лучше небытия, уж поверь мне на слово, я в этом кое-что смыслю.

– Кто ты?

– Не зли меня, я уже ответила на этот вопрос.

– Ты не смерть!

– Хорошо, ты разоблачил меня. Но я та сила, которая может дать тебе шанс прожить дольше других и, главное, я подарю тебе возможность поквитаться с врагами. Да-да, теми самыми, что ждут вас у входа в ущелье.

– Дешевые трюки. Ты действительно рассчитываешь так просто меня купить?

Лицо богини замерло, казалось, она снова превращается в камень. Вергун отшатнулся, почувствовав холод, веющий от тонкой девичьей фигуры.

– Как ты выглядишь на самом деле?

Статуя вновь ожила:

– Тебе незачем знать.

– Покажись!

– Ты слишком дерзок, все-таки я сотру твою память.

– Но сперва покажись.

Каким-то чудом все это сохранилось в памяти. Быть может, богиня шутила, предупреждая о том, что уничтожит воспоминания?

Вергун увидел звезды, но не те, которые можно рассмотреть с земли безоблачной ночью, совсем другие, завернутые в спирали, будто пузырьки воздуха, навечно застывшие в черном куске стекла. Он снова ощутил холод, холод пустоты, безразличие бесконечности. В это трудно было поверить, но разливающаяся перед ним пустота не имела конца. Как такое вообще возможно? Ведь все кончено…

– Но не для меня… – пришел издалека тихий голос. – Ты пользуешься своими примитивными образами… попытайся представить, что смерти на самом деле нет… что она бесконечность… только тогда, может быть, ты что-то поймешь…

Вергун попытался, и ужас объял его. Те картины, которые он увидел, когда натянутая как струна тьма лопнула, едва не уничтожили его, балансирующего на тонкой грани яви и безумия. Там, в конце бесконечной черноты, был свет, но глаза не позволяли рассмотреть то, что двигалось, медленно перемещаясь за гранью бесконечности…

– Ты увидел изнанку. Пожалуй, этого достаточно для тебя… Я восхищаюсь твоей смелостью, но смеюсь над безрассудством и примитивностью…

Он снова был в пещере.

– Я то, что ты хочешь видеть, – подойдя ближе, прошептала девушка, – то, что хочет видеть живущее внутри тебя глупое элементарное существо.

От нее пахло грехом… в горле пересохло, кончики пальцев занемели, богиня подошла еще ближе…

«Так ты согласен?» – спросила она, но тонкие бледные губы оставались неподвижны.

«Да!» – так же мысленно ответил он.

Он едва не ответил вслух, чувствуя, что это искушение будет последним. Он прошел все испытания, кроме одного… кажется, прошел…

Она взяла его безвольно висящую руку и, положив себе на живот, зажмурилась, фальшиво улыбаясь. Его пальцы коснулись холодной плоти, камень… снова проклятый камень. Вергун вскрикнул, отшатываясь, но руки богини сделались неожиданно сильными, она крепко схватила его, касаясь губами правого плеча. Страшная боль обожгла его. Вергун закричал…