Ловчий смерти - Леженда Валентин - Страница 50

– Ну все, с меня хватит, – хрипло проговорил Ловчий, и Дева Клинка убрала руки.

Посмотрев в ночное небо, Сын Карны попытался отыскать удивительную звезду. Зрительная память у него была хорошая, и он легко нашел ее. Сколько еще загадок таит в себе его спутница?

– Она всегда надо мной! – хвастливо добавила Мара, проследив за взглядом Ловчего. – Куда направляюсь я, туда движется и она, независимо от того, в какой сущности я нахожусь. Она всегда у меня над головой, будто тайный хранитель, правда, здорово?

– Не знаю, – честно признался Вергун, – меня это почему-то немного беспокоит…

– Разве тебя может что-то по-настоящему беспокоить?

– Теперь да!

– И чего же ты боишься?

– Потерять!

– Потерять жизнь?

– Нет, тебя!

Казалось, местная ночь длится целую вечность. Почему так происходит? Ведь Рваный край лежит на том же континенте, что и те земли, откуда пришел Ловчий. Значит, по-разному текущее время как-то влияет не только на времена года, но и на длину местных суток.

Когда Мара удалилась к попавшемуся на пути ручью умыться, Вергун быстро осмотрел свое правое плечо. Серое пятно немного увеличилось, теперь он не ощущал тяжести, просто чувствительность в том месте окончательно пропала. Живая плоть постепенно превращалась в камень.

«Неужели я становлюсь статуей? – весело подумал Ловчий. – И что будет делать Мара, когда я окончательно окаменею? Во всяком случае, ей не придется искать подобающее надгробие, достаточно будет установить меня над могилой!»

Он еще не утратил чувство мрачного юмора, а значит, по-прежнему не потерял себя прежнего.

Когда Мара вернулась, он спросил:

– Сколько нам еще осталось?

Дева Клинка украдкой взглянула на звезды:

– День пути, если будем останавливаться для небольших привалов или, быть может, ты желаешь загнать лошадь?

– Нет, не желаю.

– Тогда день, не больше местных суток.

– Хорошо, меня вполне устраивает.

Когда настало утро, Мара предложила выехать на широкую, вымощенную камнями дорогу. Но время от времени, когда на дороге появлялись всадники, им все же приходилось сворачивать в лес.

– Что-то происходит, – с тревогой проговорила Дева Клинка после очередного путешествия в густые придорожные заросли.

– Можешь показать?

– Смотри!

Вергун увидел вооруженных людей, стекающихся к какому-то приграничному городу. С большой высоты было заметно, что город находится рядом с Черной Межой.

– А что творится за выжженной полосой?

Картинка изменилась, и Ловчий, не удержавшись, присвистнул. У Черных перстов расположилась огромная армия. Такого количества вооруженных людей, пожалуй, не собиралось со времен древних Войн равновесия. И почти все воины арденцы.

– Они что, готовят вторжение?

– Скорее, ждут, – ответила Мара.

– Но чего?

– Не знаю, – озадаченно прошептала Дева Клинка. – Смотри, вон там… чуть в стороне… кажется, твои друзья…

Вергун увидел Ловчих, по крайней мере, троих. Сыны Карны спокойно разгуливали среди расположившейся станом армии, отдавая приказы, переговариваясь с предводителями северян, чьи шлемы в изобилии украшали хвосты дкархов. Трое ловчих в одном месте… просто невероятно. Но еще более невероятным было то, что северяне не только терпели их присутствие, но и проявляли не свойственное своей грубой непокорной натуре уважение. Особенно предводители, чей свирепый неукротимый нрав стал уже легендой. Эти сумасшедшие иногда бросались даже на Сынов Карны, наплевав на то, что подобный поединок для них, в конечном счете, смертельный приговор.

Что же происходит? Напасть прямо сейчас арденцы не могут, иначе это будет напоминать массовое самоубийство. Невидимый барьер убьет их. Нет, тут что-то другое, ведь недаром так переполошились на противоположной стороне. Значит, они что-то знают. Неладное творится не только у границы, но и в самом Рваном крае. Чаша весов заколебалась… Неужели война действительно возможна? Но как? Как преодолеть смертоносный барьер? Неужели Ловчие все-таки нашли способ? Но ведь Варгу не удалось завладеть единственным доступным «пропуском»? Или у них был запасной вариант? Скорее всего, был…

«Ты ведь решил не вмешиваться? – гаденьким голоском напомнил о себе внутренний голос. – Ты ведь отказался от роли героя-одиночки. Тебе ведь наплевать на этих людей и все их мелочные устремления. Так ведь?»

«Так! – спокойно ответил Вергун. – Ты совершенно прав, приятель, реки потекли вспять, что может изменить одиночка?»

И внутренний голос умолк, даже ему нечего было возразить.

– Скажи, ты можешь сделать так, чтобы я услышал, о чем они говорят?

– Нет, – с сожалением ответила Мара. – Можно только видеть, но не слышать.

– Что ж, – усмехнулся Ловчий, – видеть тоже немало… Хорошо, на сегодня достаточно.

Он снова был на дороге. Конечно, если попробовать выйти из тела, как он уже не раз делал, можно подслушать не только произнесенные слова, но и чужие мысли. Но на большое расстояние его не хватит, не стоит даже пытаться, только зря потратит силы. Да и способен ли он на подобный подвиг сейчас, когда Непостижимая отвернулась от него? Следовало немедленно проверить.

Способ существовал только один.

Украдкой от спутницы Вергун вытащил из-за сапога нож и слегка полоснул им по руке, рана затянулась, но не так быстро, как раньше, оставив на память три блестящие багровые капли. Вот она цена, проклятье, наказание… Прежняя сила уходит из него, словно вода из треснувшего кувшина. В кого он превратится в самом конце пути? Не в человека, это уж точно, ведь он никогда им толком и не был. Или все-таки был? Память услужливо стирала прошлое. Сейчас он не помнил не только лица настоящей матери, но даже не знал, как ее звали. Да и была ли она на самом деле? Воспоминания начинались с того самого момента, когда его плеча коснулись обжигающие холодом губы. Это случилось давно, невероятно давно, но Ловчий неожиданно для самого себя вспомнил тот страшный день, вспомнил в таких подробностях, о которых до сих пор не знал, и это последнее откровение памяти было по-настоящему страшным…

3

Вергун вспоминал…

Их осталось немного. Загнанные в угол волки, отчаявшиеся беглецы… По пятам шла регулярная армия. Они знали, пощады не будет. На этот раз нет. Им действительно не повезло, по-глупому наткнулись на солдат Легиона Теней в том месте, где их быть не должно. Ловко расставленная ловушка? Наверняка. Лучшие наемники Межземья не оставляли беглецам ни единого шанса. Горы с запутанными опасными тропами лишь короткая отсрочка, но отнюдь не спасение. По слухам, солдаты Легиона отдавали нанимателю некий мистический талисман с кровью и, как только контракт истекал, забирали обратно. Что это, отголоски древней магии? Или своеобразное проявление трогательного доверия? Убийцы и впрямь иногда могут быть по-детски сентиментальны. Сами по себе солдаты Легиона были не так опасны, страшно было другое. Наемники могли вызывать тени…

Когда Вергун с товарищами скрылся на туманных горных дорогах, по их следу пошли не люди. Легион Теней решил, наконец, использовать свое самое смертоносное оружие…

Пройдет несколько лет, и, обратившиеся в Ловчих Смерти, они по-одному уничтожат каждого наемника, имеющего отношение к той роковой охоте. Но это еще только будет…

Тогда они еще не знали, что спасение близко и что получится оно столь неожиданным…

Зыбкие фигуры выныривали прямо из наполненного лунным светом тумана, забирая тех, кто попадался на пути. Полупрозрачные сгустки тьмы сбрасывали людей вниз на дно глубокого гибельного ущелья, и не было никакой возможности противостоять им. Вергун хорошо видел, как погиб его товарищ, не раз спасавший ему жизнь. Темное нечто, будто черный закрученный в воронку вихрь, вынырнуло прямо из тумана, увлекая нелепо взмахнувшего руками человека в разверзающуюся пропасть, в шаге от узкого каменного карниза. Туман наполнился криками. В скалах гуляла незримая смерть. Что же то были за существа, забиравшие жизни? Вергун так никогда и не смог разгадать эту загадку. Древняя тайна умерла с последним солдатом таинственного Легиона Теней.