Вторая жизнь - Марченко Ростислав Александрович - Страница 19

Через два часа пленные, особенно мой крестник, подвешенные на помосте за руки, весьма охотно сотрудничали, хоть и по очереди. При этом с идиотским выражением лица, ужасом в глазах при любом движении колдуна и слюной из уголка рта. После обработки. Вариант с орком на пристани в другом режиме, как понимаю. Труса мы допрашивали первым, первоначально Сигурд его сильно не обрабатывал. Но передумал.

Первое, что мы узнали, что у него папа — исполняющий обязанности советника или там министра князя Дома. Оказывается, очень обеспеченная, можно сказать, богатая личность, которая заплатит за живого сына любые деньги. Про то, что за мертвого отомстит, сказать не рискнул. И правильно сделал, у меня было очень кровожадное настроение.

Впрочем, его слегка развеял старик, вогнавший болтуна в роль отвечающей на вопросы куклы, притом очень трепливой. Однако этот треп меня заинтересовал. В полном объеме. Некоторый опыт допросов у меня, к счастью, присутствовал. Чему колдун, кстати, не особо удивился. Только мешала щека и тряпки на ней.

Как оказалось, штук девяносто как молодых жаждущих подвигов и славы эльфов, так и более опытных, некоторое количество даже очень опытных, двинули в Оркланд за подвигами. Не сиделось им, которые молодые, на месте. Девушки не уважали.

Как оказалось, среди подросшего поколения Дома Серебряного Волка, очень отдаленного территориально, по словам удивленного колдуна, от Оркланда, с некоторых пор воцарилась мода на, так сказать, брутально выглядевших мужчин. Которой моде ровесники дам этого подросшего поколения не соответствовали. А хотелось. Соревнования в этом плане с ветеранами войны с Империей, например, представителями пусть даже родов, стоявших ниже в табели о рангах, выиграть было достаточно сложно. Дамы, они такие и здесь, оказывается. В постели герцогини все равны — и король, и сантехник. Голыми не отличишь.

В общем, некоторые молодые ушастые сыны или там щенки Серебряного Волка собрались добывать брутальную репутацию и трофеи. Какого-то особо озабоченного или глупого осенила идея, что репутация будет круче некуда, если проредить ряды потомственных врагов эльфов — орков. Идти одним было страшно. Понимаю, у орков такая репутация, что тут хорошо бы самому уши не потерять, не то что набрать пригоршню-другую на радость любимой.

Поэтому озаботились поддержкой свыше, подключив связи. Связями оказался папаша упомянутого невезучего прыгуна с забора, который поговорил с князем о патриотическом порыве молодежи. Князь прочувствовал ситуацию. Возможно, прослезился и накидал эльфийский вариант «Священной войны», нас зачем-то просветили, что он великолепный поэт. Я вник. Колдун не знаю.

Кинул клич, надеюсь, не по четырехугольным репродукторам, будущим боевым наставникам молодежи, которые тоже были бы не прочь добавить себе брутальности. И от всего сердца пожертвовал в помощь даже Приносящих Смерть. Это те типы в черном. Из состава собственной дружины. Их функции в дружине мне были ясны без пояснений. Чтобы, как он вообще высказался — не пожертвовать будущим клана. Дети у эльфов рождались не так часто, как у смертных.

Всю эту бражку разделили на два отряда, где-то по сорок пять голов. После чего избранные командиры приступили к тренировкам, пока старшие родственники финансировали подготовку похода. Кроме кораблей, даже магов наняли, заботясь о будущем сыновей.

Между делом выяснилось, оказывается, некоторые эльфийские дома и рода далеко не так дружны, как кажется со стороны. Настолько, что были бы сами рады выпустить кишки некоторым путешественникам без всякого участия орков.

Пока организовывали поход, пришли известия о крупном набеге. Предводители отрядов, у которых не хватало брутальности, но отнюдь не мозгов, резонно решили, что это очень кстати, риск посоревноваться в «Кто кому отрежет уши» с готовыми к бою пиратами, идущими в набег или из него, их отнюдь не вдохновлял. Выяснили, какой орочий клан промышляет, составили планы. Но подвели организаторы. Пришлось задержаться.

Пока плыли на кораблях, высаживались вместе с лошадьми в некоей укромной бухте, выдвигались в глубь Оркланда, прошло огромное количество времени. Как раз заявились, когда драккары начали уже возвращаться.

Я замер:

— Откуда известно?

— Ладью купеческую перехватили.

— Где? Давно? Как?

— Ниже по течению, на ночной стоянке. Пять суток как. Стрелами их закидали, когда спали. Уцелевших старшие добили. Одного допросили.

Я начал его бить. Старик оттащил.

— Что сказал?

— Не знаю, но утром на драккар засаду начали готовить.

Все стало ясно. Осталось только подавить желание содрать с него кожу. Остановила мысль о бухте и втором отряде.

Сигурд мертвым голосом:

— Где?

— На следующий день, чуть выше. Так же. Только они одного у нас убили и двоих ранили.

— Где корабли и тела?

— В приток загнали, трупы там же оставили на кораблях. И купца, и драккар рядом.

Остановил старика, уже он вознамерился выпустить пленному кишки.

— Подожди, мы еще далеко не все узнали, что стоит узнать. Он нам живым ценнее. Пока.

Как ни удивительно послушался, но пальцы тряслись.

— А что в реку не сбросили?

— Чтоб не повсплывали, думали, может, еще кто плыть будет. А на кораблях в протоке, думали, пусть воняют.

Выбил ему два зуба.

— Где второй отряд?

— Он на полпути отделился, вниз пошел. Не знаю.

— Где встречаетесь?

— В бухту договорились сразу возвращаться, там корабли забрать должны.

— Забрать или ждут?

— Забрать подойдут

До Сигурда дошло. Сделал стойку, как алабай над куском говядины.

— Когда?

— Через где-то месяца полтора, если не успеем, будут ждать какое-то время.

— Кто надоумил на поселок напасть?

— Охтарон задумал. Сказал, что борг небольшой и новый, а мужчин на драккаре было много. Выселки искали, чтобы рабов расспросить о борге. Нашли на другом берегу, по дыму. Углежогов. Допросили и ночью атаковали.

Больше одному допрашивать Сигурд мне не дал. Пленные распелись, как соловьи.

Захлебываясь, рассказывая все, что знали, в первую очередь обрисовывая бухту и путь к ней, на пределе вспоминая и напрягая аналитические способности, не только про все, что нас интересовало, но и что могло интересовать. По-моему, намекни о желании знать цвет любимых стрингов своей княгини, и то бы угадали. С вероятностью девяносто девять процентов. Даже не зная, что такое стринги.

Заодно посвятили в перипетии своего путешествия. Нанятый маг этого отряда оказался сопляком, вчерашним учеником какой-то Академии, но с протекцией. Более взрослые, умные и главное, родовитые, надо полагать, предпочитали найти постоянную работу, а не халтурку на раз. И подальше от стрижения чьих либо ушей, а то сегодня ты стрижешь, завтра тебе обрежут. Отчего по глупости залез в могильник с нечистью со всем отрядом. Откуда еле унесли ноги, потеряв мага вместе с одним из спутников. На нечисть напоролись еще пару-тройку раз, но благополучно. Амулетов было достаточно. Да и Приносящие Смерть умели немного колдовать.

В начале путешествия их было сорок четыре, поселок шло штурмовать тридцать пять. Четверо коноводили, двое раненых были с ними, они могли передвигаться на лошадях.

Руководил визитом действительно тот амбал в чешуе, которого я прикончил, звали несчастного Охтарон Серебряный Волк. Во как, не больше и не меньше. При такой новости Сигурд заулыбался, сверкнув обломанным клыком. Надо полагать, наслышан. Я заработал уважительный взгляд. Брутальности этой чешуйчатой скотине было не занимать, хоть в аренду сдавай, но острых ощущений, видно, самому захотелось, когда князек героев созывал. Кроме него, трое Приносящих Смерть и некоторое количество опытных вояк. Они в основном и работали штурмовиками.

Окончив допрос, пересчитали мертвяков, собранных как раз рядом, справа от башни. Был полный шоколад, не ушел никто. Что интересно, шестнадцать подозрительно знакомых тушек лежали отдельно, в отличие от оставшихся, еще в доспехах. А говорят, Конан то да Конан се. Про меня Гордон не знал, к сожалению. Проявил объективность, не став, однако, ломаться: