Аромат жасмина - Мей Дебора - Страница 6

Испуганная девушка уставилась на своего нового похитителя. И неожиданно замерла. Подобное лицо могло быть только у падшего ангела – порочное и прекрасное одновременно. Темные глаза, тонкий, слегка заостренный нос с породистыми ноздрями, высокие скулы, чувственный рот, изящные усы и бородка – все это было великолепно и просилось на полотно. Девушка не заметила, как принялась разглядывать незнакомца глазами живописца, забыв о том, где находится и что с ней происходит…

– Забавно… оказывается, ты довольно мила, – удивленно заметил мужчина, в свою очередь рассматривая Элизу.

Девушка мгновенно опомнилась и как можно надменнее потребовала:

– Немедленно остановите карету и выпустите меня!

– Брось, детка, я не причиню тебе зла. А если ты согласишься мне помочь, то сумеешь хорошо заработать, – многозначительно проговорил он.

Заработать? Элиза вспыхнула. Ее снова принимают за шлюху! Похоже, ночная Вена кишит мужчинами, рыщущими по улицам в поисках грязных наслаждений.

– Сколько ты обычно берешь? – небрежно осведомился мужчина.

Девушка едва сдержалась, чтобы не нагрубить наглецу. Опять ей придется уверять в том, что она не уличная девка.

– Как вы смеете говорить мне гадости и предлагать всякие непристойности!

– Пока что я не позволил себе ничего лишнего, милочка. И не предлагаю тебе ничего непристойного. Я хочу всего лишь поговорить с тобой и заплачу за это не меньше твоего последнего клиента.

– Я не занимаюсь тем, на что вы намекаете!

– Вот как? – мужчина холодно улыбнулся. – Не морочь голову, красавица. Я своими глазами видел, как ты только что побывала в одном доме. Причем вошла туда в обществе хозяина со стороны черного хода. И вышла оттуда только полчаса спустя, – он наклонился к Элизе и с чувственным придыханием зашептал: – Я хорошо заплачу, если ты во всех подробностях расскажешь мне о том, чем с тобой занимался этот господин. В какую сумму он оценил твои услуги? Полагаю, что сиятельный граф с его манией к экономии был не очень-то щедрым. Интересно, юная супруга случайно не застала тебя в его объятиях? – он насмешливо фыркнул. – В таком случае ты, конечно, ничего не получила. Что же ты молчишь? Удалось тебе выцарапать у него хоть что-нибудь?

– В этом доме меня согрели у очага и угостили прекрасным кофе со сливками и восхитительными штруделями! – раздраженно выпалила Элиза. Ей очень не понравилось то, что о добропорядочном хозяине уютного дома так дурно отзывается этот красавец с лицом демона.

Мужчина удивленно взглянул на нее, но тут же злорадно рассмеялся.

– Тебя подобрали на улице для того, чтобы угостить кофе и булочками!

– Да, сударь! Этот господин, в отличие от вас, был очень любезен, – мстительно заметила Элиза. – И если вы желаете не уступать ему в благородстве, то также можете оказать мне услугу – отвезти меня домой.

– Ты недурно изъясняешься… – мужчина окинул ее недоверчивым взглядом. – Хорошо, я помогу тебе добраться домой, если только ты не живешь в отвратительных трущобах. Но сначала ты расскажешь то, о чем я тебя просил.

Элиза тяжело вздохнула и неуверенно заговорила:

– Этот господин… граф, как вы изволили заметить… подобрал меня на улице, когда я спасалась от преследования наглецов, и привез к себе домой. Мы вошли в кухню, он усадил меня поближе к очагу и принялся рассказывать о том, как следует себя вести порядочной девушке… – Она искоса посмотрела на мужчину и заметила, что глаза его насмешливо сузились, а рот скривился в саркастической улыбке. – А потом он обещал мне помочь устроиться на работу.

Незнакомец оглушительно расхохотался.

– На работу! Быть может, в свой собственный дом, чтобы держать к себе поближе? Неплохо! А что было дальше?

– Затем пришел дворецкий и сказал, что его сиятельство желает видеть супруга. Когда они вышли, я тут же убежала. – Элиза вскинула повыше подбородок и потребовала: – А теперь отвезите меня, пожалуйста, домой.

Незнакомец пристально смотрел на девушку, слегка приглаживая кончики темных усов.

– Значит, ты считаешь этого господина добропорядочным человеком? Не удивительно, ведь он великолепно умеет пускать пыль в глаза. Даже очень умные люди склонны уважать его, что же говорить о таких глупышках, как ты. Я всегда подозревал, что он скрывает какой-то свой грешок, и теперь, похоже, его тайна раскрыта. Неужели, этот лицемер и впрямь питает слабость к дешевым красоткам?

Элиза не знала, что и думать. Разве может заботливый человек быть лицемером и развратным ханжой? Трудно поверить в такое – ведь в глазах графа светились искренняя доброта и желание помочь…

– Мне кажется, вы ошибаетесь… – тихо сказала девушка. – Этот человек был очень добр ко мне, он от чистого сердца предлагал помощь и умолял покаяться.

– Ну и что ты? Покаялась? – зло усмехнулся незнакомец.

– Мне не в чем каяться! – возмущенно воскликнула Элиза. – Я честная девушка.

– Ну, разумеется, – отозвался он, коварно улыбаясь.

Фридрих фон Ауленберг с задумчивым видом откинулся на спинку сиденья. Верхоффен собирался раскрыть какой-нибудь грешок Вильгельма при помощи нанятой уличной девки. Ауленберг счел его болтовню пьяным бредом. Но неужели Иоганн и впрямь решил приступить к выполнению своего плана?

Старший брат всегда отличался рассудительностью, и Фридриху уже в детстве до смерти наскучили нравоучительные нотации родственников, в которых ему вечно ставили в пример Вильгельма. Наверно, именно поэтому он назло всем вел себя вызывающе, стараясь казаться полной противоположностью старшему брату. В конце концов его оставили в покое. Все, кроме дядюшки, который стал опекуном братьев после ранней смерти их родителей.

В последнее время старик начал весьма часто донимать его упреками по поводу разгульного образа жизни. Он уже не раз грозил, что лишит младшего племянника средств к существованию, если тот не одумается. Фридрих не сомневался, что все это происки Вильгельма. Братцу, похоже, мало того, что по завещанию он получил большую часть отцовского состояния.

Вот почему Ауленбергу понравилась идея приятеля во чтобы то ни стало сбить с Вильгельма ореол непогрешимости. Но затем его душу стал точить малюсенький червь сомнения и стыда. Одно дело – опорочить брата в глазах дядюшки, но совсем другое – в глазах всего света. Как ни крути, но они – одна семья, и в глубине души Фридрих порой чувствовал гордость за брата. Кто бы мог поверить, что удастся так легко найти доказательство порочности Вильгельма!

Что же касается Иоганна, его приятеля и непременного соучастника в беспутных проказах, то Ауленберг прекрасно знал цену этому господину. Граф Верхоффен был завистником и злопыхателем. А его пристрастия часто отдавали банальной грубостью и непристойностью, в то время как все прочие участники их проделок ценили в своих похождениях элегантность и умение изящно плести любовные интриги.

После долгих сомнений Фридрих решил, что ему следует предупредить брата о возможных провокациях со стороны недоброжелателей. Он долго сидел в карете неподалеку от особняка Вильгельма, размышляя о том, как правильнее повести разговор, но неожиданное событие заставило его изменить свое намерение. Барон с трудом поверил своим глазам, когда увидел, что его брат вытаскивает из экипажа какую-то девицу и тащит к себе в дом.

Ауленберг решил во чтобы то ни стало дождаться возвращения странной гостьи. У него возникли подозрения, что именно эту девицу нанял Верхоффен. Следовало выведать у нее признание о тайных делишках братца и за любую цену купить ее молчание. Иоганн ни в коем случае не должен узнать о сегодняшнем происшествии. К счастью, ожидание не очень затянулось.

Барон, посмеиваясь, рассматривал девчонку, которая даже не предполагала, насколько удачной может оказаться для нее сегодняшняя работа. Немного усилий и звонких монет – и он сумеет вытянуть из нее правду. Фридрих ничуть не сомневался в успехе своего предприятия, еще ни одна женщина не, могла сопротивляться его обольстительному обаянию. Даже самые строптивые красавицы, славящиеся неприступностью, давно числились в списке его мужских побед. Где же устоять этой маленькой глупышке?