Аромат жасмина - Мей Дебора - Страница 5

В это время двери распахнулись, пропуская полную женщину в опрятном платье и фартуке с накрахмаленными оборками. Похоже, она была удивлена, застав на кухне в столь поздний час гостей, но никаким образом этого не показала. Выслушав указание мужчины, она поставила на огонь кофейник и принялась хлопотать возле плиты.

– Где я нахожусь? – спросила Элиза, вглядываясь в лицо своего похитителя. Конечно, он не похож на развратника, но слишком странным было его поведение. – Вы не сможете держать меня здесь силой! – на всякий случай пригрозила она. – У моей матери много влиятельных знакомых, и она…

– Ну, разумеется. Очень влиятельных! – слегка криво усмехнувшись, перебил ее незнакомец.

– Она будет меня искать! – дала ему понять.

– Нисколько в этом не сомневаюсь, – проговорил мужчина. – На поиски такой красивой девушки твоя мать снарядит целый отряд полицейских. И сутенеров… – он покачал головой. – Нет, девочка, тебе не следует возвращаться к ним. Я подобрал тебя на улице, чтобы избавить от того безнравственного образа жизни, который ты ведешь. Я хочу помочь тебе. У тебя лицо ангела, и тебя еще можно исправить…

– Но я не сделала ничего такого, чего можно стыдиться, – проговорила Элиза. Насупившись, она смотрела на своего похитителя исподлобья, не понимая, в чем он ее обвиняет.

Мужчина печально взглянул на нее и снова покачал головой, давая понять, что не верит ее словам.

– Не надо лгать, девочка, – тихо сказал он. – Тот факт, что ты в такую ночь гуляешь по улицам совершенно одна, ясно указывает на твое ремесло. К тому же, я видел, как ты выскочила из переулка, за которым закрепилась дурная слава. Наверно, тебе удалось сбежать из дома, где полно таких же несчастных девушек. У тебя нарядное платье, следовательно, ты считаешься еще лакомой новинкой. Но это ненадолго, очень скоро от твоей красоты не останется и следа. Покайся, чтобы спасти свою заблудшую душу. Ты еще можешь вернуться на праведный путь.

– Я вовсе не сбивалась с пути и не считаю свою душу заблудшей! – возмущенно воскликнула Элиза. – Разве вы не видите, что я – приличная девушка?

– Какое искреннее негодование! – усмехнулся мужчина. – Но подумай сама: разве можно поверить, что девушка из приличной семьи гуляет без сопровождения по ночным улицам?

– Но это действительно так! – чуть не плача, доказывала Элиза. – Почему вы мне не верите? Как вы смеете оскорблять меня?

– Потому что забочусь о твоей безопасности, дитя мое, – он облокотился на камин и с жалостью взглянул на девушку.

– А я еще раз повторяю, что вы ошибаетесь, – горячо заговорила девушка. – Я не отношусь к числу падших женщин.

Но по лицу мужчины было видно, что он не верит ни единому ее слову.

– Большинство уличных женщин не считают себя падшими, – с горечью в голосе сказал он. – Они думают, что таким образом помогают своей семье выжить. Но это глупое самооправдание, – мужчина покачал головой и с грустью заметил: – А ты очень хорошенькая. Если привести тебя в порядок, ты станешь настоящей красавицей. Нежная кожа, чувственные глаза… С тобой, видимо, пока что хорошо обращаются, дают волнующие обещания и говорят нежные слова… Но пойми девочка, – все это недолговечно! Очень быстро твое очарование померкнет. Подумай: что у тебя останется тогда? Подорванное здоровье и иссушенная душа.

Неожиданно его слова ранили Элизу в самое сердце. Какая разница между женщинами, одна из которых продает свое тело за жалкие гроши на улице, а другая – в обмен на роскошную жизнь в богатом особняке?

Служанка прервала их беседу и тягостные размышления Элизы. Она поставила на стол кофейник, сливочник, фарфоровую чашечку с блюдцем и плетеную корзиночку с пышными булочками, от которых шел восхитительный запах яблок и корицы. Хозяин дома предложил девушке угощаться и присел с другой стороны стола.

– Бедное дитя, я понимаю, как тебе тяжело. Бог мой, страшно представить, что твоя собственная мать продала тебя! Эта мысль приводит меня в ужас. Девочка, никогда и никому не позволяй разрушать свою жизнь. Ты достойна лучшей участи, чем твоя пропащая мать.

Услышав эти слова, Элиза поперхнулась и, закашлявшись, дрожащей рукой поставила чашку с горячим кофе на стол. Как убедить этого доброго человека в том, что она думает точно так же и именно поэтому оказалась ночью на улице?..

– Поверьте… Я всего лишь три месяца назад вернулась домой из пансиона, – Элиза отчаянно пыталась объяснить своему собеседнику его ошибку. – Но кое в чем вы правы. Моя мать – любовница знатного человека, и она решила, что я должна пойти по ее стопам… принять покровительство одного титулованного господина. А я отказалась. И сбежала из дома.

В глазах мужчины промелькнуло легкое удивление, он окинул пристальным взглядом лицо Элизы и ее одежду, но тут же вновь нахмурился:

– Это мало что меняет. Все та же проституция, только обернутая в красивые одежды и нарядные побрякушки. Хладнокровная сделка, в которой мужчина расплачивается деньгами, а женщина – душой! А навязывать развратную жизнь собственному ребенку еще более отвратительно и низко! Назови мне имя своей матери, – внезапно потребовал он. – Я позабочусь о том, чтобы ее подвергли всеобщему осуждению.

Элиза вздрогнула и заметалась испуганным взглядом по комнате. О чем он говорит? Он хочет, чтобы ее матушку опозорили! Но это ужасно!

Мужчина заметил ее волнение и тут же неверно его истолковал:

– Не беспокойся, дитя мое. Я спасу тебя от порочной женщины, которая не смеет называться матерью. Думаю, я смогу найти для тебя подходящую работу, где тебе не придется волноваться за свою честь. А твою бессердечную мать обязательно призовут к ответу.

Элиза умоляюще взглянула на своего нежданного защитника, не зная, как выпутаться из создавшегося положения, но тут, на ее счастье, дверь кухни распахнулась, и на пороге возник мужчина в нарядной ливрее.

– Прошу прощения, ваша светлость, – он слегка поклонился. – Но ее сиятельство обеспокоена слишком поздним визитом вашей гостьи. Госпожа графиня хочет переговорить с вами.

Хозяин дома слегка нахмурился и смущенно потер изящную бородку.

– Хорошо, ступай. Скажи, что я сейчас приду, – бросил он дворецкому и повернулся к Элизе. – Не волнуйся, моя супруга не станет возражать против того, чтобы ты осталась у нас на ночь. Обожди здесь, я распоряжусь, чтобы о тебе позаботились.

Как только граф покинул кухню, Элиза подхватила свой плащ и, бросив умоляющий взгляд на кухарку, выбежала из дома. Быстро осмотревшись, девушка сообразила, что находится на заднем дворе и невдалеке виднеются ворота. К счастью, они оказались открытыми, и Элиза, задыхаясь от волнения, помчалась к ним.

ГЛАВА 4

Отбежав подальше от особняка, где было тепло и уютно, девушка обреченно вздохнула и устало побрела по улице. Уже совсем стемнело, на улицах было тихо и безлюдно. Бродить всю ночь по темному городу в поисках родного дома стало еще более глупо и небезопасно.

Сзади послышался шум кареты, и Элиза испуганно отскочила назад, опасаясь нового нападения. Экипаж действительно остановился возле нее. Из него неспешно вышел высокий мужчина, на плечи его был небрежно наброшен элегантный плащ, а голову венчала модная шляпа. Окинув презрительным взглядом девушку, он, тем не менее, вежливо протянул ей руку, предлагая сесть в экипаж.

Элиза отчаянно замотала головой и хотела убежать, но тут же оказалась в жестких руках кучера. Она не успела даже охнуть, как ее запихнули в карету и плотно захлопнули дверцу.

– Не вздумай орать, – услышала она низкий красивый голос. – Терпеть не могу женского визга.

Незнакомец велел кучеру ехать, а сам слегка брезгливо отодвинулся от девушки, которая затравленным зверьком забилась в угол. Дрожа от страха, Элиза покосилась на дверь, но не решилась выпрыгнуть из экипажа на полном ходу. Незнакомец поймал ее взгляд и, усмехнувшись, предупредил:

– Не советую этого делать. Ты можешь покалечиться, а это не входит в мои планы.