Аромат жасмина - Мей Дебора - Страница 55

– Я умираю от желания, – промурлыкал он. – Но ты не ответила на мой вопрос.

– Какой вопрос? – искренне удивилась девушка.

– Получу я трех женщин в одном лице? Она закусила губу, чтобы не рассмеяться.

– Согласна, если я взамен получу сразу трех мужчин! И полагаю, нашу новую сделку следует отметить, – она озорно улыбнулась. – Например, ночью восхитительной любви… – Распустив шнуровку платья, Элиза осторожно потянула платье с плеч, и оно легко соскользнуло с ее тела на пол. Фридрих с изумлением обнаружил, что его супруга в этот вечер решила обойтись без корсета. Вот отчего ее тело во время танца казалось столь нежным и трепетным.

– Боже милосердный! – выдохнул он. – Как тебе это пришло в голову?

– Мне подсказала богиня любви… Нельзя сковывать панцирем тело женщины, точно так же, как нельзя запирать любовь в каменных стенах.

Элиза, не опуская глаз, быстро избавилась от невесомого кружевного белья и опустилась на постель, приглашая мужа присоединиться к ней. Она выглядела невероятно соблазнительно.

– Ты похожа на жрицу Венеры…

– Я лишь только учусь…

– Раньше у тебя были несколько иные планы.

– Я их изменила. Ну что, приступим к занятиям?

Когда занялась утренняя заря, счастливые супруги лежали, тесно прижавшись друг к другу.

– Я очень скучала по тебе, – с мягким упреком прошептала Элиза. – А ты? Ты вспоминал обо мне хоть иногда?

Фридрих, ни слова не говоря, соскочил с кровати и взял со стола статуэтку Венеры.

– Я безумно скучал по тебе. Я скучал по твоему смеху, твоей искренности и любви. И во всем виноват этот маленький проказник, – сказал он, указывая на малютку Амура. – Когда я искал подарок для тебя, один антиквар показал мне эту вещицу. Но лишь только я взял ее в руки, как почувствовал легкий укол. Я даже рассмеялся, решив, что стал мишенью для любовной стрелы.

– Я тоже… Когда приняла ее из твоих рук…

– Любовь богини нас благословила… И подарила нам друг друга…

– Еще вчера я в это боялась поверить… – она улыбнулась. – А знаешь, что нам нужно сделать? Послать барону Брюгехоффену благодарственное письмо. Если бы он не захотел стать моим покровителем, мы вряд ли повстречались бы…

Фридрих сердито посмотрел на нее, и Элиза рассмеялась:

– Я шучу, любимый…

– Ты знаешь, что мне советовал твой отец? Он велел мне держать тебя в сильных руках.

Элиза прильнула к мужу и задумчиво проговорила:

– Он прав, – при этом глаза ее озорно блеснули. – Если у тебя есть хоть капля разума, ты всегда будешь держать меня в руках.

– О чем ты сейчас думаешь? – подозрительно спросил Фридрих.

– Разве я когда-нибудь замышляла что-либо дурное? – невинным голоском спросила она. – Просто я хочу предложить тебе еще одно дело.

– Еще одно!

– Тебе оно понравится. Поскольку ты уже стал мне мужем, любовником и другом, теперь я предлагаю тебе стать отцом.

Фридрих притянул ее к себе и зарылся лицом в пушистые волосы.

– Согласен!

ЭПИЛОГ

Когда домашний ужин в Вюрсбадене закончился и все разбрелись по своим комнатам, Элиза медленно вышла на балкон полюбоваться заходящим солнцем. Они вернулись в поместье пару недель назад. К сожалению, сопровождать Фридриха в его поездке в Прагу она не сможет – ведь уже в начале зимы вновь станет матерью! Хорошо еще, что разлука не будет очень долгой и ближе к лету семья вновь соберется в своем любимом поместье. А пока что дядюшка Адольф вволю наиграется с любимым внуком Людвигом. Малышу уже исполнилось пять лет, и теперь супруги фон Ауленберг мечтали о дочери.

Элиза счастливо вздохнула и услышала, что сзади к ней кто-то подошел. Князь Рудельштайн ласково поцеловал дочь в щеку и поправил на ее плечах шаль.

– Как хорошо, что ты приехал, папа! – Элиза радостно прильнула к отцу.

– Прости, что опоздал к ужину. А где она? – небрежно поинтересовался князь.

Не было нужды уточнять, кого он имеет в виду.

– Мама укладывает Людвига в постель. Пойдем, я провожу тебя.

Взяв отца под руку, Элиза повела его в детскую, однако голос Аманды они услышали значительно раньше. Князь рывком распахнул дверь в библиотеку.

Аманда сидела за столом, заполненным книгами, курила маленькую папироску и что-то мурлыкала себе под нос.

– Альберт, дорогой, я только что вспоминала о тебе! – приветствовала она князя лукавой улыбкой. – Я никак не могу вспомнить, сколько любовников было у царицы Клеопатры?

– Почему ты об этом спрашиваешь? – с подозрением спросил Рудельштайн.

– Меня интересуют великие женщины, которым поклонялись мужчины. Я хочу знать о них самые мельчайшие подробности.

– Аманда, я понимаю, что ты сейчас весьма занята, но мне необходимо поговорить с тобой, – заявил князь тоном, не терпящим возражений, но тут же смягчился и добавил: – Если ты не против, конечно.

Аманда нехотя потушила сигарету и отложила в сторону книгу.

Оставив родителей выяснять в очередной раз отношения, Элиза отправилась в гостиную, надеясь найти там Фридриха. Он действительно оказался там, в обществе брата. Извинившись перед Вильгельмом, Элиза потащила мужа на второй этаж. В картинной галерее она остановилась и объявила:

– Пришел мой отец.

– А я думал, это был раскат грома, – он усмехнулся. – Бедняга Альберт – твоя мать сведет его с ума. Скорее бы она, наконец, согласилась.

– Согласилась? О чем ты?

– Как? Разве Аманда не сообщила тебе эту потрясающую новость? Твой отец сделал ей предложение.

– Мои родители… женятся?

– Не знаю, не знаю. Аманда пока еще ничего не ответила.

– О, я должна немедленно пойти к ней.

Но Фридрих остановил ее порыв и, взяв жену под руку, повел ее наверх.

– Не стоит вмешиваться в дела влюбленных, когда они об этом не просят, – коротко заметил он.

Но когда они добрались до детской, оказалось, что князь и Аманда уже находятся там. Рудельштайн тормошил в руках черноволосого малыша, а тот заливисто смеялся.

– Элиза, поговори со своим отцом! – возмущенно сказала Аманда. – Он решил приучать Людвига к ночному образу жизни. Я считаю это совершенно недопустимым.

– Ребенок перевозбужден, теперь его нелегко будет уложить спать, – вторила ей Анна. Она целый час читала племяннику книгу, чтобы он уснул, а теперь все ее хлопоты оказались напрасными.

– Мальчику нужно больше двигаться, – добродушно заметил князь, передавая малыша няне. – А во время долгих путешествий вовсе не обязательно соблюдать распорядок дня.

Пожелав Людвигу спокойной ночи, взрослые вышли из детской спальни.

– Мама, ты ответила? – тут же приступила к делу Элиза.

Впрочем, она могла бы и не задавать этого вопроса. Сияющее лицо Аманды и торжествующий вид князя говорили о благополучном разрешении проблемы.

– Слава богу! Вам давно пора образумиться.

Немного помедлив, Аманда с милой улыбкой заметила:

– Скоро у нас будет второй внук или внучка, но я считаю, что было бы очень неплохо и князю Рудельштайну приобрести себе наследника. Думаю, мы могли бы дать ему чудесное имя – Одиссей.

– Одиссей? – возмутился Альберт. – Ну, уж нет. Мы назовем его Фердинандом в честь моего деда.

– Прошу прощения, – смущенно заметила Анна. – Но именно так мы решили назвать нашего с Вильгельмом первенца. Полагаю, что он родится немного раньше вашего малыша.

– Бог мой! – в ужасе воскликнул князь Вайер-Мюрау. Он в это время вышел из своего кабинета и услышал окончание разговора. – Если наши милые дамы не угомонятся, в этом доме скоро появится слишком много карапузов! Прощай, моя спокойная старость…

Фридрих, смеясь, расцеловал супругу и потащил ее в спальню.

– А как мы назовем нашего следующего ребенка? – лукаво спросил он, обнимая Элизу.

– Давай спросим об этом у Венеры, – предложила баронесса и упала в объятия супруга.