Сердце Саламандры - Камаева Майя Альмировна - Страница 2

— О! — воскликнул он с необычайным удивлением. — Какие у тебя красивые волосы!

Волосы? А что такого с моими волосами? Или я, сама не зная, вдруг соорудила какую-то новую ультрамодную прическу? Я нервно накрутила прядь на палец.

— А что в них особенного? — выпалила я, сгорая от желания узнать, в чем дело.

— Они цвета молнии, — ответил он.

Волосы у меня рыжие. Не белые, не голубоватые... Рыжая молния? Бред какой-то. И вдруг до меня дошло. Ему и вправду нравятся мои волосы. Он не шутит. Не насмехается. Он бросил один-единственный взгляд на мои рыжие волосы, и они ему понравились.

Я вспыхнула. Лицо залилось краской, жар поднимался, как кипящее молоко в кастрюле. Сейчас мои щеки наверняка сравнялись по цвету с волосами. Хорошо, что в кухне полумрак.

— Вот, — сказала я. — Свечки, — И неуклюже протянула их, как будто хотела проткнуть его.

— Спасибо. — На короткий миг его рука коснулась моей. И я почувствовала... почувствовала, будто легкий удар тока пронзил меня от головы до пяток. «Глупо, — сказала я себе. — Прекрати. Он всего лишь коснулся твоей руки, и все. Простая случайность». Но я не могла отвести от него глаз. Я попыталась держаться естественнее, не пялиться на него, будто намереваюсь составить его описание для полиции. Но продолжала смотреть.

Чуть повыше меня. Рыжевато-каштановые волосы, немного вьющиеся, но не чересчур. Красивые плечи — широкие, сильные на вид. Гладкая кожа. И удивительные глаза — ярко-синие, электрические. Сверкающие энергией.

— А нельзя ли в придачу несколько спичек? — попросил он.

— Да... конечно. Вот. Я обернулась за коробком. Хрусть! Громкий

сухой треск. Я наступила на кусок поджаренного хлеба.

— Что это? — спросил он.

— Я... я только что жарила хлеб. — Я заморгала и принялась еще сильнее накручивать волосы на палец. — Хочешь?

Он с сомнением оглядел кучу крошек на полу.

— Нет... спасибо. Я недавно пообедал.

Я взглянула на остатки намасленного хлеба. «Я говорила не об этом куске! — хотелось воскликнуть мне. — Я поджарю тебе еще. Могу даже приготовить тебе ужин. Могу...»

«Да замолчи же!» - велела я себе. Прекрати. Он всего лишь сказал, что у тебя красивые волосы.

— Значит, ты недавно переехал? — выдавила я наконец, ощущая, что румянец начал спадать.

— На прошлой неделе. Квартира 26Б. Чуть дальше по коридору. Денни Нова, — он протянул мне руку. Я неуверенно пожала ее. На этот раз электрического удара не было. Даже искорки.

— А я Вилл, — представилась я. —  В какую школу ты ходишь? — Я еще не видела его в городской школе, но есть надежда...

— Школу? Это еще не... не решено окончательно. Я пока живу один. А ты в какой школе?

— В Первой Городской. — «Видишь, — сказала я себе. — Совсем не трудно. Ты что-то говоришь. И он говорит. Это называется беседовать».

— Хорошая школа? - Я пожала плечами.

— Нормальная. У меня там много друзей.

— Друзья — это очень важно, — сказал он и улыбнулся мне.

И в этот миг электричество включилось. Загорелся свет, и автоответчик настырным писком возвестил, что надо восстановить запись.

Под яркими кухонными лампами Денни по-прежнему казался очень красивым. Я же, напротив, застеснялась того, что моя прическа напоминает мокрую копну сена.

Он протянул свечи.

— Пожалуй, они мне уже не понадобятся.

— Оставь себе, — сказала я. — Эти перебои с энергией за последнюю неделю нас совсем замучили. Могут снова отключить в любую минуту.

— Тогда, наверное, не стоит лишать тебя всего запаса. — Он осторожно задул свечу у меня в руке и разделил остальные на две равные кучки. Зазвенел домофон. Тишину разорвал голос моей мамы:

— Вилл? Дорогая, ты дома? У меня тяжелые коробки. Помоги, пожалуйста.

Надо же! Ну почему в такой неподходящий момент?

— Я пошел, — Денни помахал своей охапкой свечей. - Еще увидимся.

Он был уже на полпути к двери, а я все никак не могла найтись, что ответить. Тут он на миг обернулся.

— У тебя удивительные волосы, — сказал он. И исчез.

Мокрые сосульки, пропитанные хлоркой? Ну и вкус у него. Я медленно нажала кнопку домофона.

— Иду, мама.

Но сама еще на миг замешкалась у дверей, вспоминая удар тока, который пробил меня, когда наши руки соприкоснулись. Электричество. Я слышала, как другие говорят об этом, но не знала, что это надо понимать так буквально.

— Мисс Вилл!

— Да, Джеймс?

Наступило долгое, неестественное молчание. Будто холодильник хотел что-то сказать, но не мог найти слов. Я ждала,

— Не забудьте съесть салат, — наконец пробормотал он. Но мне почему-то казалось, что он имел в виду совсем не это.

Вот так я и познакомилась с Денни Нова. С обыкновенным соседским мальчиком. Встреча ничем не примечательная — по сравнению с тем, что произошло дальше.

2. Бреик-Данс

«Бум, бум. Бум-бум-бум». Над автостоянкой гремел оглушительный ритм. Толпа школьников, возвращавшихся домой, сгрудилась вокруг небольшого пятачка и смотрела на танцоров.

— Кто это? — спросила Тарани, вытягивая шею.

— Не знаю, — пожала плечами я. — Пойдем лучше домой. Мама сказала, что вернется пораньше.

Публика разразилась аплодисментами и одобрительными воплями.

— Фантастика! — выкрикнул кто-то.

— Разве тебе не интересно посмотреть? — удивилась Тарани. Толпа все разрасталась, подходили новые школьники. Хлопки стали громче и ритмичнее. — Погоди минутку, Вилл, это ненадолго.

Я пожала плечами.

— Ладно, — мне и самой стало любопытно. Трое мальчишек танцевали брейк. Двое из них

учились в Первой Городской школе; я не знала, как их зовут, но встречала их на переменках. Они танцевали хорошо, знали много крутых движений. Но толпа собралась не из-за них. Все не сводили глаз с третьего парня. Он вертелся, скользил, кувыркался, садился на шпагат, а в следующий миг снова был на ногах. Ладный, стройный, он двигался точно в такт с раскатистым гулом барабанов. Казалось, все его тело пульсирует в одном ритме с музыкой. Зрители были правы — получалось у него просто фантастически. И этим танцором был Денни, тот самый Денни, мой сосед по лестничной площадке.

— Вот это да! — ахнула Тарани. — Ну и отплясывает!

Я молча кивнула, глядя на Денни, двигавшегося так, будто у него внутри бесконечная батарейка.

Музыка стихла. Двое знакомых ребят из школы отдувались и вытирали пот, на их футболках выступили темные пятна, лица блестели. А Денни даже не запыхался.

И тут он заметил меня. Его лицо озарилось восторженной улыбкой:

— Вилл! Я надеялся, что увижу тебя.

Все обернулись посмотреть, с кем это он говорит. Я оказалась в центре внимания целой толпы. На меня смотрели десятки глаз. Я прикусила губу и принялась нервно накручивать волосы на палец.

— Эээ, привет, Денни.

Тарани удивленно покосилась на меня.

— Ты его знаешь? — шепнула она.

— Новый сосед, — уголком губ прошептала я в ответ.

— Может быть, мы... сходим куда-нибудь? — предложил Денни. — В парк? Или на ярмарку? Покажи мне город.

— Хорошо, — мигом согласилась я. Потом вспомнила, что сегодня после обеда Тарани обещала подтянуть меня по математике. — То есть, Тарани... если ты не возражаешь... — я бросила на нее умоляющий взгляд.

Она тяжело вздохнула.

— Ну ладно. Я зайду попозже. Часов в семь?

— Ты лучшая подруга на свете, — я благодарно похлопала ее по руке. И, разумеется, осталась стоять, не зная, что сказать дальше. —  а куда мы пойдем? — выдавила я наконец.

Дэнни взглянул на мощный магнитофон, который один из шеффилдских ребят повесил на плечо.

— Покажи, где можно купить такую штуку, — попросил он. — Мне он очень нужен.

Я удивилась, что у него до сих пор нет магнитофона. Если парень научился так танцевать, он, наверное, должен был тренироваться каждую свободную минуту где угодно: на ярмарке, на автостоянке, на любом подходящем углу, пока его не прогонит хозяин соседнего магазина.