Всемирная история без комплексов и стереотипов. Том 1 - Гитин Валерий Григорьевич - Страница 111

И вот, 25 декабря 800 года, в день Рождества Христова, в соборе Святого Петра происходит беспрецедентное событие: франкского короля Карла провозглашают Римским императором. Карл, уже получивший прозвище «Великий», провозглашается «цезарем» и «августом», делая вид, что все происходящее является для него полной неожиданностью. Папа, в свою очередь, делает вид, что это происходящее — не более чем приятный сюрприз королю-праведнику. Он опускается на колени перед новоявленным цезарем, а тот в ответ клянется чтить, блюсти, приумножать и т.д.

Это был фарс, потому что Папа Лев III не имел никакого права венчать кого бы то ни было титулом римского императора, а Карл Великий также не имел права принимать этот титул, но, как говорится, если нельзя, но очень хочется, то можно.

В итоге на Западе появился католический император, а варварское королевство франков превратилось в новый Рим…

Ну, «превратилось» — это, пожалуй, громко сказано. «Стало называться» — более соответствует действительности, в которой мало что изменилось вследствие перемены названия этого государственного образования.

Славы там было маловато, но зато хватало славословия, причем во всеевропейском масштабе. Карла это вполне устраивало. Он пытался увековечить свое имя сооружением величественных дворцов в Нейменгене, Енгельгайме и Ахене, а также моста через Рейн у Майнца. Он прослыл щедрым покровителем образования и науки, хотя сам освоил премудрости азбуки лишь в весьма зрелом возрасте. Под его непосредственным руководством была составлена грамматика франкского языка, переписаны народные сказания, песни и баллады, а также пересмотрен (!) текст Библии.

При Карле империя включала в себя триста графств, каждое из которых управлялось личным представителем императора — графом. За каждым графом, правда, приглядывал местный епископ. Рядом своих указов Карл упорядочил законодательство, приведя его в соответствие с церковным. Убийство священника неизменно каралось смертью. Но вот если, паче чаяния, преступление совершал священник, то судить его мог лишь особый суд под председательством графа и епископа. Ясное дело, об осуждении священников в империи Карла Великого никому ничего не известно. Зато известно, что сбор десятой части урожая и прочих доходов в пользу Церкви был узаконен совершенно однозначно. В то же время епископства и аббатства Карл считал феодальными имениями, на которые в полной мере распространялись все светские законы (правда, в основном защищающие права и неприкосновенность имущества феодалов). Церковь была предметом постоянных забот Карла, за что он после смерти был канонизирован (не сразу, правда, а лишь через 351 год из-за уж очень громких скандалов, связанных с его сексуальными похождениями).

Карл Великий в старости

После его смерти в 814 году империя распалась, как неизбежно распадаются все подобные образования. Вскоре его наследие стало предметом алчных притязаний тех, которые по праву кровного родства считали себя причастными к его славе, положению и материальным ценностям. Как показывает весь печальный опыт упрямого человечества, в большинстве случаев наследство достается крайне недостойным людям. Да ладно бы еще речь шла об автомобиле, даче или, скажем, о ценных бумагах, но ведь речь идет о государственной власти, о судьбах миллионов людей, которыми по праву рождения будет распоряжаться кто попало.

А разве мало случаев, когда королева переспит с лакеем, и впоследствии страной правит не потомственный король, а потомственный лакей! Понятно, что это тешит самолюбие всех лакеев, но ведь общество, к счастью, состоит не только из лакеев…

Наследие Карла начали тащить в разные стороны его сын и внуки, тащить яростно, безоглядно, презрев не только нормы морали, но и элементарные соображения относительно блага державы. Они, ничтоже сумняшеся, как говорится, ввергли доставшееся им добро в пучину гражданской войны. После многолетней кровавой резни три оставшихся в живых внука заключили в городе Вердене в 843 году договор о разделе империи. Так образовались три независимых государства: Франция, Германия и Италия.

В 962 году германский король Оттон I (936—973 гг.), прозванный тоже Великим, завоевав часть Италии, был провозглашен Римским императором. Теперь уже Германия стала центром нового лоскутного образования, которое, хоть и формально, продержалось на удивление долго. Так называемая Священная Римская империя германского разлива рухнула только под натиском Наполеона. Впрочем, это говорит не столько о прочности империи, сколько об отсутствии стремления ее испытать.

Роза ветров

Угроза, излучаемая Севером, ничем не уступает угрозе с Востока, и в VIII веке европейцы оценили это в полной мере. Викинги совершенно справедливо назывались «чумой» и на Британских островах, и на всем северном побережье континента. Вначале их набеги были спонтанными и непродолжительными, как резкие порывы северного ветра, но к концу VIII века они сменились хорошо спланированными и обстоятельными походами, сопряженными со строительством укрепленных лагерей, служивших базами для дальнейших разбойничьих нападений.

Один из таких лагерей был построен датскими викингами в устье Сены. Это был плацдарм, с которого наносились удары по всем городам северной Франции.

В 851 году викинги напали на Англию и контролировали ее восточную часть почти 150 лет.

В IX веке они создали на севере Франции область, называемую Нормандией. Норвежские викинги в VIII—IX столетиях захватили Шетлендские, Фарерские и Гебридские острова, Восточную Ирландию и Исландию. Викинги открыли Гренландию и, весьма возможно, Америку, которую они назвали Винландом.

Шведские викинги освоили всю Балтику, а также построили укрепленные лагеря на Одере, на Висле и в Новгороде. Им принадлежал проторенный путь от Балтийского до Черного моря. Они были хорошо известны в бассейне Днепра и даже в Константинополе.

Бесспорно, именно северным ветром «надуло» государственные образования восточных славян в Новгороде и Киеве. По крайней мере, главными героями этого процесса были варяг Рюрик и его сыновья.

Видимо, симбиоз северных авантюристов и обстоятельных, спокойных, уравновешенных восточных славян, в принципе не известных своими грабительскими набегами, был довольно благотворным, если и Новгород, и Киевская Русь очень скоро стали весьма значимыми субъектами мировой политики. То же можно сказать о таких славянских государствах как Польша, Чехия и Болгария.

Между прочим, посол кордовского калифа, Ибрагим Ибн Якуб, совершив в 965 г. поездку по Восточной Европе, уверенно заявлял, что русины вовсе не славяне, а варяги. Скорее всего, он ошибался, но лишь в определенной мере.

В 907 году Киевская Русь уверенно вошла в клуб мировых агрессоров, совершив поход на Византию. Как сообщается в так называемой «Повести временных лет», возглавлял этот поход киевский князь Олег, который «взял с собой множество варягов, и славян, и чудь, и кривичей, и мерю, и древлян, и радимичей… Со всеми ними пошел Олег на конях и кораблях. Число кораблей было 2 000, и пришел он к Царьграду».